В СССР песня была с человеком. За это, в том числе, стоит поблагодарить Александру Пахмутову, которая отметила 96-й день рождения.
Времена меняются. Тетеньки, выросшие на песнях Пахмутовой, теперь восторженно кидают сердечки в сторону Shaman - он же Дронов, он же Роднулькин, он же Мизулин. Продали душу, так сказать, новому голосу поколения — аплодируют стоя.
А ведь когда-то эти же женщины мечтали, чтобы их дети слушали нечто великое, а не «встанем-сядем, вышли-зашли». Хотя, может все не так страшно, и Shaman удалось сохранить наследие Пахмутовой? Давайте попробуем разобраться.
Когда пафос скачет галопом
Shaman, конечно, пытается быть «всенародным певцом». Только есть одна маленькая проблема: рифма в его песнях — как трёхколёсный велосипед без одного колеса: громко, уверенно, но как только прислушиваешься к словам, хочется вызвать филолога.
Условные «вышли-сели», «ушли-зашли» — это не поэзия, это творчество уровня сельского ДК - при всем уважении к этому учреждению культуры.
На все претензии фанатки Роднулькина отвечают единообразно:
«Вы просто завидуете! Он сам пишет стихи!».
Оно и неудивительно: шаблонные песни, шаблонные отзывы - все закономерно и циклично.
Тетеньки забыли, что сам факт написания стихов не делает тебя Пушкиным. Иногда наоборот — стоило бы делегировать этот процесс человеку, умеющему отличать метафору от казённого лозунга.
А как же Пахмутова?
Вот где начинается самая грустная часть сего "опуса" - так в комментариях напишут фанатки. Пахмутова писала музыку к песням, в том числе про Родину, — но её Родина дышала, страдала, мечтала, сомневалась. Её песни не давили, не кричали — они убеждали. Без надрыва, без хайпа.
На фоне этого нежного культурного наследия вырастает Shaman — человек-громкоговоритель. Он не продолжает традицию, он её выжигает каленым железом. Вырывает культурное наследие с корнем, чтобы вместо нег посеять ветер. Думаю, вы знаете, что пожнем мы в итоге бурю примитивизма и безвкусицы.
Самое парадоксальное — это нравится именно тем, кто вырос на Пахмутовой. Люди, воспитанные на «Нежности», теперь хлопают в ладоши, когда мужчина с микрофоном берет зал децибелами
Вместо сопереживания — щенячий патриотизм. Вместо доброты — мерч с надписью «Сила в правде». В мире Пахмутовой было место человеку, в мире Shaman — только Shaman.
Сейчас всё перевернулось с ног на голову: теперь патриотизм — это когда ты кричишь громче других. А душа песни? Да кому она нужна, если есть световой шоу-пак и флаг размером со сцену.
Можно сколько угодно говорить, что Shaman несёт в массы добро, веру и патриотизм. Но если убрать автонастройку, световые эффекты и хор поддержки, остаётся человек, который просто орёт лозунги под минус.
Пахмутова создавала эпоху, Shaman — алгоритм. У неё каждая песня — маленький разговор с душой, у него — маркетинговый слоган для русского ТикТока. И если кто-то называет это «наследием», то, простите, это уже не наследие, а ремейк без сценария.
Может, когда-нибудь он и напишет что-то, что сможет встать рядом с «Нежностью». Но пока — вопрос звучит иначе: не «удалось ли Shaman сохранить наследие Пахмутовой», а «не потеряли ли мы его при нем?»