В недавнем интервью Rock Feed Закк Уайлд сказал, что надеется продолжать деятельность в ближайшие десятилетия, поскольку очень любит свою работу: «Я люблю это занятие. Искренне люблю. У меня есть друзья с тех пор, как я присоединился к Оззи, в 1987–1988-м, и они говорят: "Закк, не могу поверить, что ты всё ещё гастролируешь". У них есть работа дома — в театре, звукорежиссура или что-то ещё, и они говорят: "Чувак, я больше не могу ездить в турне. Я хочу спать в своей постели каждую ночь". Думаю, я тоже пройду этот этап, когда настанет время. Посмотрите на The Rolling Stones. Они этим занимаются. Они делают это не ради денег... Нет, они занимаются этим просто потому, что любят это. Кита Ричардса спрашивали: "Когда ты собираешься уйти на покой?" А он отвечал: "Уйти на покой? Если я люблю читать книги и пить кофе, почему я должен бросать всё это?" И я понимаю его». Единственное условие, при котором уход на покой был бы приемлем для Уайлда, — это если физически будет неспособен этим занимат
В недавнем интервью Rock Feed Закк Уайлд сказал, что надеется продолжать деятельность в ближайшие десятилетия, поскольку очень любит свою работу:
«Я люблю это занятие. Искренне люблю. У меня есть друзья с тех пор, как я присоединился к Оззи, в 1987–1988-м, и они говорят: "Закк, не могу поверить, что ты всё ещё гастролируешь". У них есть работа дома — в театре, звукорежиссура или что-то ещё, и они говорят: "Чувак, я больше не могу ездить в турне. Я хочу спать в своей постели каждую ночь". Думаю, я тоже пройду этот этап, когда настанет время.
Посмотрите на The Rolling Stones. Они этим занимаются. Они делают это не ради денег... Нет, они занимаются этим просто потому, что любят это. Кита Ричардса спрашивали: "Когда ты собираешься уйти на покой?" А он отвечал: "Уйти на покой? Если я люблю читать книги и пить кофе, почему я должен бросать всё это?" И я понимаю его».
Единственное условие, при котором уход на покой был бы приемлем для Уайлда, — это если физически будет неспособен этим заниматься:
«Например, если ты физически не можешь это делать, как в спорте, это другое дело. Например, если ты больше не можешь бросать мяч, если ты не можешь выступать на том уровне, к которому ты привык... Как Том Брэди говорит: "Я попробую ещё раз, ещё один год, а потом завяжу". Или Джо Монтана, который говорит: "Я завязываю. Я сделал то, что должен был сделать, и ухожу". Но тогда можно перейти к следующему этапу, будь то тренерство, управление командой или что-то ещё, но ты всё равно остаёшься в игре».
В музыке этот поворотный момент наступает гораздо позже, как отметил Уайлд, указав на то, как много великих гитаристов по-прежнему дают жару после десятилетий выступлений:
«Эл Ди Меола задавал жару каждую ночь, как Джон Маклафлин и все остальные. Просто потому, что они любят играть. И я думаю, что даже Оззи, когда мы говорили о первом альбоме Black Sabbath или "Vol. 4", он отвечал: "Закк, не могу поверить, что прошло столько времени". Когда я смотрю видео "Miracle Man", я думаю: «Мы сняли это в 1988 году". Прошло уже 40 лет. Мне сейчас 58, но я смотрю на это и думаю: "Я не чувствую, что сильно изменился".
И мне по-прежнему нравится всё то же самое. Когда я слушаю игру Джимми Пейджа, она звучит так же потрясающе, как и тогда. А когда я слышу Тони Айомми... Знаете, когда вы кусаете бутерброд с арахисовым маслом и джемом, он на вкус такой же восхитительный, как и в восемь лет. Так что я не знаю. Мне по-прежнему нравится это делать. Я люблю играть каждый вечер. Так что я счастливчик».