Я не читала книги последние два года и чувствую себя прекрасно! Как филолог, я могу отметить, что количество прочитанных книг не означает их качество: вы можете хоть каждый месяц читать по 30–40 книг какой-нибудь пустой беллетристики, и тогда, мало того, что вы действительно засорите своё воображение и стиль непонятными оборотами и избитыми клише, так ещё и ничего нового не узнаете, в то время как можно прочитать всего одну стоящую книгу за месяц или полгода и подпитывать своё авторское «я» и интеллектуальное развитие в долгосрочной перспективе.
Конечно, всё зависит от того, как вы относитесь к своему творчеству и что вы понимаете под понятием «прочитать много книг». Если это попытка соревнования с самим собой, книжными клубами или социальными сетями — она обречена на провал. И здесь я вам говорю как профессиональный филолог: чтение большого количества книг — это всегда не про настоящую читательскую активность, но всегда про отсутствие насыщения сюжетами или про поверхностное чтение, ради перекрытия внутреннего хаосы или тишины.
Паралич чтения
Существует такой феномен, как филологический паралич чтения, когда закончив длительное обучение на филологическом факультете вас просто утомляет сам концепт литературы, когда вы в роли читателя. Пять лет обучения филологии предполагают не просто чтение художественных текстов, а их обязательный и всесторонний анализ, причём часто в больших объёмах и под жёсткие сроки, что превращает естественное удовольствие от восприятия сюжета и языка в напряжённую интеллектуальную работу. Постоянный разбор тропов, нарративных стратегий, интертекстуальных связей, а также историко-культурного контекста, по сути, «препарирует» текст, лишая его читательской магии и спонтанности восприятия. Более того, после многолетней тренировки мозг филолога начинает автоматически включать аналитические фильтры даже при чтении «для себя». Вместо того чтобы просто наслаждаться историей, начинаешь невольно искать идеологемы, стилистические особенности, структурные недостатки или авторские приёмы, что делает процесс чтения утомительным и лишает его первоначальной, доакадемической чистоты восприятия.
Поэтому я перестала читать.
Да, вот такое вот однозначное решение. Это решение не вечное, конечно, но пока что я ещё не испытываю потребности взять книгу, сесть и пропасть в мире другого автора.
Пострадало ли моё воображение, речь и способность красиво говорить? Нет, ни капли. И более того, я заметила, что как только перестала читать книги, мне стало намного проще придумывать сюжеты и выходить за рамки жанров и чужих фабул или психологических блоков и установок в голове, а мой текст стал чище от «не моих» оборотов и хуков. Я перестала думать вопросами «а можно ли сделать так в сюжете?» — я просто разрешаю себе это сделать.
К тому же, мне довольно тяжело читать книги, потому что, будучи профессиональным филологом и действующим редактором, я понимаю, что мне просто хочется взять красную ручку и начать исправлять недочеты в книгах. Либо же я просто вижу, как автору было лень продумывать героев, сюжет, прописывать диалоги и вкладывать в своё произведение душу. Как только я это замечаю, то книга моментально перестает быть мне интересной, потому что если писателю было наплевать на сюжет, то почему этот сюжет должен интересовать меня как читателя... С такими книгами я прощаюсь без жалости и оставляю их на подоконнике в подъезде, чтобы забирали соседи.
Почему авторский стиль ничего не имеет общего с количеством прочитанных книг?
Всё дело в том, что наша речь всегда субъективна. Конечно, на неё влияют факторы воспитания, окружающей среды и, естественно, образования. Но какими бы похожими друг на друга мы ни были, мы все уникальны. То же самое касается вашего авторского стиля: у каждого писателя он свой.
Художественная реальность создается не только физической, но и психической деятельностью. А именно, в словах, в красках, на камне, в нотах, в языке жестов и тела, в эмоциях и чувствах. А еще, художественная реальность выражается в структурах – языком исполнения, языком, которым передается мысль художника. По-простому, это форма выражения художественного смысла. Это выражение также можно назвать художественной техникой, но если содержание может пересекаться с каким-то произведением или же может быть переписано, то художественная техника у каждого своя.
Невозможно написать картину идентично оригиналу, невозможно сыграть на музыкальном инструменте, в точности повторить все движения «оригинального» музыканта, нельзя сделать такие же штрихи на мраморе, которые делал истинный творец. У каждого мастера свой стиль исполнения, и сколько не тренируйся – отличия всё равно найдутся! У каждого определённое виденье того или иного предмета, подчас своя реальность, так как художественное произведение подразделяется на множественные категории и жанры. Будь то писатель или поэт – у каждого собственная рифма и слог, как, например, у С.А. Есенина или Виктора Гюго – или скульптор и художник, как Фидий, Микеланджело, Шишкин, Айвазовский,- чьё сечение и мазок можно сразу же узнать, не смотря на название, и другие творцы своего времени и эпохи.
Как я упоминала ранее, есть большая пропасть, которую некоторые авторы неспособны преодолеть за всю свою жизнь, между автором по профессии и автором по призванию, то же касается и читательской деятельности.
Быть автором по призванию, значит психологически осмыслять и выражать эмоций, чувств, ощущений, через художественная фантазия и совокупность психологических черт автора. Мораль личности преобразовывается в художественное произведение, а, то есть, его чувства и взгляды, которые проходят через призму его души и находят свое отражение в картинах, сочинительстве, музыкальном произведении и прочем. Искусство в своей общей форме подразумевает в себе огромное количество черт и качеств всех авторов, которые создавали и создают свои великие произведения, погружая нас в волшебный мир творчества, где каждый для себя найдёт своё спасение, так как авторами по призванию сохранялись моральные, этические и нравственные идеалы, развивающие душу аудитории, а не играющие с ней в декаданс.
Для примера, творчество великого русского поэта – Сергея Александровича Есенина, чья мораль была понятна и крестьянину, и современному человеку. Его произведения трогают до глубины души своей искренностью и простодушием, он не пишет о чем-то фанфарном, возвышенном и недосягаемом, он пишет о простой русской душе, о простой человеческой доле, он не пишет, как кому следовало бы жить и кому подчиняться, он говорит о том, что ему бы хотелось и как его идеалы не сходятся с тем, что он видит. Он рассказывает о том, как болит его душа и сердце, о том, что несправедливость в мир вторгается сильнее и чаще, чем справедливость, искренность и любовь. С каждым годом его произведения становятся трагичнее, потому что выхода из кабалы своих грезы, разбитых словно тонкий хрусталь о грубый пол, он не видит - его мысли становятся все меланхоличнее, а произведения ужасающее пророческими для него самого.
Быть автором же по профессии, значит искуссно компилировать накопленный опыт, часто без личного осмысления. Это не плохо, но неискренне. А там, где творчество превращается в рутинное ремесло, сложно говорить о душе.
Упражнение «Аналитическая имитация»
Если вы сильно начинающий автор и боитесь засорить свой стиль, предлагаю вам упражнение «Аналитическая имитация».
Это упражнение наиболее действенный способ перестать бояться «засорения» своего стиля или копирования вами чужих идей, поскольку вы проводите глубокий анализ и деконструкцию приёмов другого автора с последующей их адаптацией под себя, тем самым вы увидите, что даже при реплике есть свой "отпечаток" мастера.
Что нужно делать?
Выберите отрывки из произведения автора с ярко выраженным стилем (Гоголь, Булгаков, Пруст или Хемингуэй) и напишите собственный, но иной по содержанию текст, с использованием структурных и стилистических принципов, «подсмотренных» у этого автора.
1. Проведите детальный анализ
Какова средняя длина предложений? Как часто используются метафоры? Какие части речи преобладают (глаголы, прилагательные)? Использует ли автор инверсию, полисиндетон (многосоюзие) или асиндетон (бессоюзие)? Каков ритм прозы? Запишите свои наблюдения в виде списка конкретных приёмов.
2. Теперь выберите абсолютно другую, бытовую тему для своего текста. Например, «Мой утренний поход за кофе».
3. Напишите текст на свою тему, но сознательно применяя те структурные и стилистические принципы, которые вы вычленили из анализируемого отрывка.
Если Хемингуэй избегал прилагательных и строил короткие фразы — сделайте так же. Если Набоков строил каскады сложноподчинённых предложений с обилием сенсорных деталей — попробуйте воссоздать эту структуру, описывая кофейню.
Это упражнение переводит пассивное чтение в активное обучение и позволяет обогатить собственный инструментарий техник повествования, не теряя индивидуальности.
Истинный авторский стиль произрастает не из количества поглощённых страниц, а из уникального жизненного опыта, образования и внутреннего мира. Это не то, что можно скопировать, но то, что необходимо бережно растить, иногда — в полной тишине от чужих голосов.