окончание статьи. Начало читайте, переходя по этой ссылке (https://dzen.ru/profile/editor/id/67d819bb186869172cd11ebb/68db79c7e6ed373d32fc8b18/edit)
обсуждение за круглым столом
Продолжаю писать о главном условии для счастья. Об отношениях. Кстати, само слово счастье образовано из двух частей «с частью», то есть человек отождествляется не как независимая единица, а как часть. И сакральный его смысл в том, что человек — часть сообщества: часть своей семьи, всего рода, часть коллектива. И действительно, главное счастье ведь вовсе не в том, чтобы заработать огромное количество денег, которые дают тебе ощущение независимости. А в первую очередь в том, какие у тебя отношения с твоими близкими и родными.
В обсуждении приняли участие Светлана Муганцева психоаналитик, Мила Соломенник, психолог, сертифицированный ЭОТ-терапевт, Юлия Веневцева, психоаналитик, Дмитрий Шнейдер, психолог, бизнес-консультант, Светлана Барамыкова, ментор трансформаций, Наталья Вишневская, коуч, психолог по личностному росту, аналитик по цифрам, Анна Аверина, психолог, телесный терапевт и Ася Заботина, психолог-экстрасенс. Мнения в чем-то разделились, в чем-то оказались единодушны. Читайте. Пользуйтесь рекомендациями. В конце каждой темы чек-лист. А выводы делайте сами.
Как не превратить свою жизнь в жертвоприношение своим родителям?
Юлия Веневцева: «Ключ к своей счастливой жизни — границы и договорённости. Жертвенность возникает, когда человек отказывается от своих потребностей ради чужих. Ставьте рамки: что вы готовы делать сами, а что можно делегировать (няня, сиделка, социальные службы), что требует участия других родственников. Задавайте себе вопрос: «То, что я делаю, — это из любви и заботы или из страха быть плохим ребёнком?» Любовь питает, а страх выжигает».
Светлана Муганцева: «На какие-то подвижки и даже жертвы ради родителей можно и нужно пойти. Ведь они также участвуют и в жизни ваших внуков, дают им поддержку, заботятся, дарят внимание, если нужно, помогать растить ваших детей. Сейчас мы живём в довольно обеспеченное время, поэтому и взрослые дети имеют возможности и желание помогать своим родителям.».
Мила Соломенник: «Вдумайтесь, насколько сильно в нас «фонит» чувство долга и вины. И здесь, как нигде, важен разворот внимания на себя! Ведь даже отпустив чувство вины, вы не перестанете одномоментно участвовать в жизни семьи. Разница заключается лишь в том, что будет восстановлен баланс «отдавать/ получать», а также появятся новые возможности, ресурсы и время на собственное восстановление, и реализацию собственных желаний и потребностей, которые, зачастую, игнорировались годами, а то и десятилетиями. Поэтому задумайтесь над тем, сколько еще десятилетий своей жизни вы готовы пожертвовать на плаху внушенного чувства вины и стыда?!».
Дмитрий Шнейдер: «Для меня это довольно абстрактный вопрос. Отвечу так, как понял. Для меня это про то, чтобы устраивать личные границы, с уважением относиться в первую очередь к себе. Это универсальная база, применимая ко всем сферам жизни. Особенно к родителям, которые норовят как-то повлиять на нас, как-то проманипулировать чувством вины. Там и далее просто нужно научиться ставить в приоритет свои ценности, свой отклик, своё личное пространство и только из этого ресурсного центрированного состояния выстраивать коммуникацию с родителями, даже если им, родителям, это будет неприятно. Родители тоже со временем адаптируются под новые правила игры, примут их, и тогда перестанут работать старые схемы их поведения, которые они применяли к вам в детском возрасте. У родителей тоже происходят какие-то внутренние работы».
Ася Заботина: «Отдавать возможно из изобилия, а не нужды. Жертвовать собой и своей энергией вы не обязаны. Замечаю частую установку из детства — «я сделаю маму/папу счастливой/ым». Нет, не сделаешь. Родители счастливы, когда ребенок счастлив и самодостаточен. Не играйте в Бога и не ставьте себя, выше своих родных...»
Елена Яковлева: «Вопрос про жертвоприношение своим родителям, для меня звучит как крик души. И это очень глубокая тема, достаточно болезненная, с которой часто приходят клиенты в терапию. И с позиции психолога, глядя на эту проблему извне, мне хочется сказать, что, конечно же, родители — это наши первые проводники в этот мир. Мы смотрим в них, как в зеркала, и отражаем всё то, что видим. И то, как мы видим себя в этих зеркалах, закладывает основу для нашего самоощущения на долгие годы.
Когда мы говорим о «жертвоприношении», речь идет о том, что это зеркало отражало нам их жертвоприношение нам. Скорее всего, когда ребенок был маленький, родители пожертвовали своими интересами и желаниями, той жизнью, которой им хотелось бы жить ради благополучия ребенка. И в ответ они хотят той же жертвы. Чаще всего бессознательно. Важно подчеркнуть, что эта тема несет в себе огромную силу исцеления, когда мы начинаем ее исследовать. Ведь именно через эту боль мы можем выйти на путь обретения собственной свободы, собственной идентичности.
Почему взрослые дети в отношениях с родителями ощущают себя жертвой
- Они идентифицируют себя с родительскими ожиданиями: живут не своей жизнью, а той, которую, как им кажется, родители хотели бы для них. Это может быть выбор профессии, места жительства, семейного положения.
- Испытывают огромное чувство вины: даже за малейшие попытки отделиться, жить по-своему. Эта вина часто бывает необоснованной, но очень реальной для самого человека.
- Подавляют собственные желания и потребности:ради «блага» родителей, ради того, чтобы не вызывать их разочарование или осуждение.
- Имеют трудности с установлением границ:родители могут чувствовать себя вправе вмешиваться в личную жизнь, принимать решения за взрослого ребенка. И ребенок, даже будучи взрослым, привыкший «жертвовать», не умеет говорить «нет».
- Боятся потерять любовь: они считают, что если они перестанут «жертвовать», то потеряют любовь родителей. Это страх, который часто коренится в очень ранних переживаниях.
- Ваша задача — увидеть себя в этом «зеркале» уже не как искаженное отражение чужих желаний, а как самодостаточную, уникальную личность, которая имеет право на собственную жизнь, на собственные выборы, на собственное счастье».
Как сохранить уважение к матери, которая из руководителя с двумя высшими образованиями превратилась в больную с деменцией?
Юлия Веневцева: «Разделить болезнь и личность. Деменция — это не «она стала плохой», это поражение мозга, которое разрушает поведение, память, речь. У вашей матери всё ещё есть прошлое, в котором она сильная, умная, любящая. Сохранять уважение — значит видеть в ней человека за симптомами, помнить её биографию, говорить с ней так, чтобы уважение звучало даже в самых простых фразах. И еще раз напомню — просить помощи у других людей, не пытаться справляться в одиночку. Это очень сложно.».
Мила Соломенник: «Соглашусь с тем, что это очень сложный с моральной точки зрения выбор. Но я, в первую очередь, рекомендовала бы работу с грамотным терапевтом для отреагирования накопленных эмоций. Также важно вовремя снять с себя «Мантию Бога», ведь мы наивно полагаем, что можем обратить естественные процессы вспять. И здесь, вовремя осознать и признать реальную картину как данность — один из первых шагов на пути к собственной гармонии и принятию природного хода вещей. Еще один важный «кирпичик» в обеспечение сохранности собственной психики: обеспечить профессиональный уход, конечно же, исходя из своих финансовых возможностей».
Дмитрий Шнейдер: «Вопрос сложный. Наверное, я сделаю отсылку к своему ответу на второй вопрос. То есть нужно просто понимать, что да, такова наша жизнь, и такие могут быть обстоятельства. Советы какие-то давать не буду, потому что нет единого правильного решения для всех. У каждого будет свой ответ, потому что кто-то вообще не готов заботиться о родителях, и кто-то только спит и видит, как отдать их в дом престарелых. Кто-то вообще обрывает связи с родителями при первой возможности. Я не могу осуждать этих людей, потому что всегда есть причинно-следственная связь тому, что такое отношение у детей к своим родителям. А зачем сохранять уважение к матери? Почему вообще возник такой вопрос, как будто есть какой-то контекст, и тут надо этот контекст разбирать?».
Ася Заботина: «Уважение и любовь живут в сердце, а не голове. Да, мама болеет, но можно обращаться и любить ее здоровую часть, ее душу и сердце. Тогда и маме, и взрослому ребенку будет легче».
Елена Яковлева: «Что происходит, когда человек, которого мы знали как сильного, умного, реализованного, начинает угасать из-за деменции? Это похоже на то, как величественное дерево, которое всегда было опорой, источником тени и жизни, начинает терять свои листья, трескается кора, а его прежняя мощь уходит. Но при этом корни остаются, и сама суть дерева, его жизненная сила, пусть и изменившаяся, все еще присутствует. С точки зрения метаперсонального подхода, я вижу , что человек – это не только его интеллект, его социальная роль, его память. Это гораздо больше. Это душа, которая проживает свой опыт. Деменция — тяжелейшее испытание для души, но оно не уничтожает личность. Эта болезнь — просто изменение ее формы, изменение способа взаимодействия с миром».
Чек-лист от Елены Яковлевой:
Как сохранить уважение к близкому человеку в этой новой реальности?
Во-первых, различать личность от болезни:Понимать, что «полубезумная старуха» — это проявление болезни, а не вашей матери. Ваша мать — это та женщина, которая была руководителем, у которой было два высших образования, которая строила свою жизнь, которая любила и которую любили. Болезнь — это временное (или, к сожалению, иногда необратимое) искажение ее текущего состояния, но не уничтожение ее прежней сущности.
Во-вторых: работать с образами: например, с образом «Сияющий Бриллиант»: Представьте вашу мать как бриллиант. В его первозданном виде он сияет ослепительным светом, имеет четкие грани, отражает мир. Болезнь — это как слой пыли, грязи, царапины на поверхности бриллианта. Он не перестает быть бриллиантом, но его свет становится тусклым, грани — нечеткими. Ваша задача — бережно, насколько это возможно, очищать этот бриллиант, находить те моменты, когда он все же проглядывает, ценить эти проблески.
Образ «Эхо»: то, что вы видите и слышите сейчас, — это эхо прежнего человека. Это не сам человек, а лишь его ослабленный отклик. Уважая прошлое, мы можем найти в этом эхе отголоски той силы, той мудрости, той любви, которую мы знали.
В-третьих: Целостный подход к матери: воспринимайте ее целостно, не только сквозь призму ее нынешнего состояния. Вспоминайте ее прошлое, достижения, сильные стороны. Даже в проявлениях агрессии, страха, забывчивости, можно искать моменты, когда можно увидеть проблески прежней заботы, улыбки, узнавания. Целостный подход означает, что человек — это не только его настоящее, но и его прошлое, его потенциал, его духовная суть.
В-четвертых: сместите свой фокус от достижений к простому состраданию. Мать, даже страдающая деменцией, достойна уважения просто потому, что она просто есть, и что она – ваша мать. И это человек, которому нужно сострадание. Тепло прикосновения, знакомый голос (даже если она говорит бессвязные вещи), просто ваше нахождение рядом. Это тоже проявление любви и уважения, пусть и в иной форме.
В-пятых: признать свое собственное страдание. Не забывайте о себе. Видеть, как близкий человек угасает, — это невероятно тяжело. Ваше уважение к матери не должно идти в ущерб вашему собственному эмоциональному состоянию. Ваше переживание, ваша боль, ваша любовь — все это тоже часть целостной картины. Разрешите себе проживать весь спектр эмоций, и здесь очень помогает работа с психологом.
Сохранить уважение в этой ситуации — это не значит отрицать реальность болезни. Это значит видеть сквозь болезнь, помнить о той личности, которая была, и ценить то, что осталось, даже если это лишь тень былого. Это акт глубочайшей любви и духовной стойкости. Вы делаете очень важную и трудную работу.
Позвольте себе чувствовать все, что приходит. И помните, что даже в самой темной ночи, звезды все еще существуют. И бриллиант, покрытый пылью, все равно остается бриллиантом.
Как и в каких случаях принять решение, чтобы разместить родителя в пансионат или хоспис, и не погрузиться потом в депрессию из-за чувства вины?
Юлия Веневцева: «Опираться на реальные ресурсы свои и семьи: здоровье, время, деньги, эмоциональные силы. Если дома уже небезопасно (угрозы падений, забывание лекарств, агрессия, полное выгорание ухаживающих) — это сигнал к необходимости профессиональной помощи. Пансионат или хоспис — не отказ, а форма заботы, когда одному человеку невозможно обеспечить должный уход. Чтобы снизить чувство вины, важно:
- принимать решение не в одиночестве, а с врачами, семьёй, психологом;
- помнить, что ваша задача — обеспечить качество жизни, а не изнурять себя до предела.
Горе и вина после такого решения — естественны. Их стоит проживать с поддержкой близких или в терапии, чтобы не застрять в самообвинении».
Мила Соломенник: «Здесь я бы рекомендовала провести настоящий «семейный совет», чтобы максимально адекватно и реалистично оценить создавшуюся ситуацию, возможные варианты ухода, а также финансовое бремя, сопряженное с уходом. И, если ресурсов для профессионального ухода явно недостаточно, сделать все возможное, чтобы родственник, попавший в специализированное заведение, не чувствовал себя «брошенным». Каждый случай исключительно индивидуален, и здесь я бы поостереглась давать «универсальные» советы. А для того, чтобы выйти из депрессии, нужно помнить о том, что не стоит себя «хоронить» и отказываться от радости в жизни, даже если родственник попал в больницу. Многие события не зависят от нас, а специализированный уход и наблюдение врачей являются благом для пациента, и могут существенно продлить ему жизнь. И в этой связи желаю всем добра и здоровья!»
Ася Заботина: «Чувство вины — это навязанная социальная эмоция, она опирается на навязанное чувство долга. Нужно говорить с родителями и слышать себя. Пансионат —это проявление заботы, в первую очередь. А не попытка избавиться или исключить из своей жизни. Быть честной с собой, смотреть правде в глаза и не играть в бога».
Дмитрий Шнейдер: «Если объективно нет возможности самим поддерживать старого родителя, ухаживать за ним в должной мере, которая ему необходимо, то тогда, конечно, следует передать его в специализированное учреждение, где ему эту поддержку будут оказывать. Это и есть проявление вашей заботы. И я думаю, что если есть такое понимание, то никакого чувства сожаления и раскаяния не будет.»
Светлана Муганцева: «В жизни, к сожалению, бывают случаи, когда пожилые родители нуждаются в уходе в хосписе из-за неизлечимого заболевания. И размещение их туда по медицинским показаниям неизбежно. Что делать, если нет возможности оплатить сиделку, а пожилой человек нуждается в непрерывном наблюдении и заботе? Конечно, по согласованию с ним, если он в добром уме и здравии лучше разместить его в пансионате для престарелых. Это, конечно, самый крайний выбор из всех доступных вариантов. Потому что разные люди по-разному там себя ощущают, но так или иначе личность человека зачастую в пансионате стирается…»
Чек-лист от Светланы Барамыковой:
Чтобы не принести себя в жертву родительской любви, нужно:
1. Признать право на отдельную жизнь.
Это база. Человек должен дать себе внутреннее разрешение быть отдельной личностью со своими желаниями, ценностями, границами и ошибками. Это сепарация — когда «Я взрослый и имею право на мое мнение. Моя жизнь принадлежит мне. Я могу любить родителей и при этом жить так, как считаю нужным».
2. Провести ревизию долгов.
Мысленно или физически составить два списка:
· Что я реально должен родителям? (Как правило: уважение, благодарность, забота в старости в разумных пределах).
· Что мне лишь кажется, что я должен? (Следовать их сценарию, жить в их эмоциональном состоянии, отказываться от своих целей ради их спокойствия).
Второй список — это не реальный долг, а навязанное чувство вины. Его можно и нужно «списать».
3. Научиться говорить, не разрывая связь, мягкое, но уверенное, твердое НЕТ.
Задача менять не смысл, а форму общения. Освоить «мягкие» формулировки:
· Вместо: «Я не приеду, вы меня достали!» — говорить: «Я очень по вам соскучился, но в эти выходные у меня важные планы. Обязательно приеду на следующих!»
· Вместо: «Ваше мнение меня не интересует!» — оворить: «Я ценю ваш совет и обязательно его обдумаю. Но окончательное решение я должен принять сам».
4. Создать эмоциональный фильтр.
Задача — перестать реагировать на манипуляции, обиды и чувство вины как на прямое руководство к действию.
Когда человек слышит: «После всех моих мучений и жертв ты так поступаешь!?», мысленно ставить щит.
Пропускать суть (родители волнуются), но отбрасывать токсичный заряд (обвинение). Держать внутреннюю опору — фраза: «Это ее тревога, а не моя вина».
5. Сместить фокус с долга на дар.
Это ключевой мировоззренческий сдвиг. Прекратить воспринимать свою жизнь как расплату за родительские жертвы. Начать воспринимать ее как подарок, который они сделали своему ребенку.
Задача — не «отработать» этот подарок послушанием, а увеличить его ценность, прожив лучшую жизнь, на которую способен человек.
Конечно, важно быть благодарным за такой великий подарок. Но все всегда важно в меру не в ущерб себе и своей жизни.
Счастливый, реализованный человек — это самое большое доказательство того, что родительская любовь и труд не пропали даром. Став таким, человек не предает их, а, наоборот, становится их главной родительской победой…
Что еще дополнить к сказанному выше? Надеемся, что для многих из вас, у кого еще живы престарелые родители, наше обсуждение этой непростой болезненной и актуальной темы расширило ваше видение проблем, и, возможно, даже в чем-то изменило. Проблем, связанных с необходимостью поддерживать родителей в одинокой старости, в болезнях, при этом не превратиться в родителей для своих родителей. Проблем, связанных с непростыми решениями. Надеемся, что вы также взяли себе на вооружение некоторые упражнения и методички, как решать тот или иной вопрос.
****
Будет интересно, если вы также выскажете в комментариях и свое личное мнение. Поделитесь своим опытом. И еще сделайте репост статьи, если на ваш взгляд, она является полезной и содержательной.
Валентина Разумовских