Учите ваших мальчиков плакать.
«Мальчики не плачут» — это не про мужество. Это про смерть дыхания.
Тот, кто не умеет плакать наружу, плачет внутрь себя, а потом тонет под тяжестью собственных слез. Так уж мы устроены.
Плакать внутрь - удобно. Никто не видит.
Правда, рано или поздно можно захлебнуться в собственных солёных водах.
Но кого это волнует? Главное - выглядишь мужественно. Только, перед кем?
«Мальчики не плачут».
Фраза, которая противоречит не только человечности - она противоречит биологии.
Интересно, как получилось, что это заклятие, соревнующееся в жестокости само с собой так прижилось и убило несколько поколений чувств?
Есть много людей, и когда-то им пришлось себя эмоционально и чувственно оскопить, сделав себя человеческими функциями.
Так было нужно, чтобы выжить.
Они делали новых людей, вдыхая в них ядовитые споры саморазрушения, потому что их так самих научили. А переучиваться больно и сложно.
Чаще всего, они росли и развивались в среде, где с начала своей жизни они были одинокими, почти не знающими нежности, близости, заботливой поддержки и тепла. Или в страшно нестабильной и непредсказуемой среде, где любые проявления чувств были опасными.
Сплошь и рядом.
Особенно тяжело «мужикам».
И когда происходит утрата или угрожающее жизни заболевание, или крах в иных важных аспектах жизни, многие ломаются, вернее не так, они доламываются, в одиночестве.
Иногда, потому, что их не научили просить о помощи, ведь, мальчики не плачут.
Просить о помощи постыдно.
Этих «мальчиков» с разорвавшейся аневризмой в башке или вырезанным кишечником и зашитым анусом не научили признавать боль, ни свою, ни чужую.
Не научили никак с болью обходиться, кроме истязания себя же, ею же.
Не рассказали как оплакивать горе и себя в горе.
Возможно, потому что с детства вбивали бесчувственность и бесстрашие.
Параллельно выбивали бережное отношение к собственному телу, к мыслям и чувствам.
Вырывая нежные ростки чувственности - той самой, что даёт бесценные плоды в виде мужской нежности и бережного отношения к ближнему.
И часто, слишком поздно становится ясно, чуткость и страх спасают наши жизни.
Люди, которые выбивают из нежных и хрупких детских голов бережное отношение к телу и чувствам, потом внезапно удивляются, «Где их нежность? Где человечность? Где заботливость? Где теплые сердца?»
Оказывается, они лежат там же, где и выбитые зубы - под ногами истории.
Я часто сопровождаю клиентов и пациентов в их горе, и в их угрожающих жизни заболеваниях.
Мы встречаемся в больницах, в их домах, в моем кабинете, в паллиативных отделениях, и хосписах.
И мы говорим о жизни, о смерти, о том, как много они не успели, а затем они умирают, так и не успев. И очень часто, они говорили о чувственной сфере.
Я вижу мужские слёзы.
Настоящие. Целительные.
Иногда - первые за многие и многие годы.
Эти разговоры один на один, когда кто-то говорит с ними о них честно, безоценочно, не как с функцией, а как с человеком чувствительным, творят чудеса.
Мужчин не учат просить о помощи.
Они не умеют даже произнести это слово без внутреннего судорога.
«Что ж я за мужик тогда буду?» - наш национальный гимн.
Просить о помощи - нормально.
Плакать - нужно.
Бояться - естественно.
Чувствовать - необходимо.
Всегда есть время - учиться чувствовать заново.
И всё же что-то меняется.
Я вижу мужчин, которые берут детей на руки.
Обнимают женщин.
Обнимают друзей.
И я понимаю, моё поколение учится быть живыми и чувствующими.
И поколение которое сделало мое поколение внушает надежду, они теплее.
Если вы не пока умеете, учитесь сами, и учите ваших мальчиков, говорить с вами о невесомой нежности и силе человеческого духа, о ранимости и выносливости, о хрупкости и несгибаемости, о трепете и нестерпимой боли, о любви и утратах.
Мальчики не плачут - они дышать перестают.
Учите ваших мальчиков плакать.
