Давайте тронемся без спешки,
Назло пугливому восходу,
Туда, где нет орла и решки,
Где внемлют волны пароходу,
Где тайна послана в бутылку,
Где проповедник папуас
Достал из махагона скрипку
И смотрит вороном на нас.
Там чешут хвост двуглавыми змеями,
И, наклонившись, затаясь,
Идут по скованным аллеям,
Боясь перечить бармалеям,
И дно бодает водолаз.
Наперекор бумажным будням,
Наперекор железным судьбам,
Садится на скамью в садах
Повелевающий рассказчик,
Берет огромный белый ластик,
Стирает черные чернила,
Но затаилась горилла
В пространстве золотого Нила,
Ей внемлет белый дикобраз.
Зачем ты стер портреты духов?
Чернее ночи их завет!
Ведь был там ключ от старых люков,
Где дремлет рыбий амулет.
Ты вероломную резинкой
Наскальный образ погубил,
Не будет больше хоровода
И песнь возвышенных горилл.
Рассказчик встал и в изумлении
Достал бинокль и ладью,
Я говорю вам без сомнения,
Что это портит жизнь мою,
На заколдованных картинах
Узор, похожий на павлинов,
Кусает века тишину.
Не вразумил понять рассказчик,
Как был разорван белый ластик,
Бежать осталось сквозь аллеи,
Где рвут одежду бармалеи,
И в черной копоти потея,
На берег вылез он морской,
И стать гиганта парохода
Вселила смысл и покой.
На борт поднявшись, улыбнулся,
Исполнен долг, накрыт обед,
Но вдруг во тьме он обернулся,
Под ним плясал седой паркет,
И в миг, играясь, пошатнулся.
Костлявой рыбой поперхнулся,
Смиренных мыслей трафарет.
И рык гиганта парохода…
Встал на дыбы железный плащ,
Внахлест бросает злую воду,
Во тьме сияет злобный глаз,
И в мандариновых обломках
Из трюма лезет дикобраз.
Давайте тронемся без спешки,
Назло пугливому восходу,
Где королевы, львы и пешки
Махают снова пароходу,
Где поднимают грозно вилы
И леденеет в жилах кровь
От вида пламенной гориллы,
Что разлила опять чернила
И пишет что‑то про любовь.
2025.Дионисий Лисняк