Когда любовь оборачивается арифметикой
Помните, как в детстве делили конфеты? Тому - две, этому - одну, а себе - три, потому что «я старше». Вот только речь сейчас не о карамельках, а о деньгах на содержание детей. И главные герои этой истории - не школьники, а взрослые, состоявшиеся люди, один из которых к тому же зарабатывает миллионы. Павел Прилучный и его нынешняя супруга Зепюр Брутян устроили такую комбинацию с алиментами, что даже опытные юристы присвистнули: технически законно, морально - за гранью.
Представьте картину: женщина живет с мужем душа в душу, публикует в соцсетях фотографии с роскошных курортов, получает подарки от Cartier... И вдруг подает в суд на собственного супруга с требованием алиментов. Абсурд? Как бы не так. Это продуманный ход, который может лишить детей актера от первого брака приличной части денег. И пока вся страна ахает, юристы объясняют: схема работает как часы швейцарских мастеров.
Как отсудить треть, чтобы потом урезать до четверти
Давайте перемотаем пленку на несколько месяцев назад. Агата Муцениеце, бывшая жена Прилучного и мать двоих его детей - Тимофея и Мии, - устала получать символические сто тысяч в месяц. Да, для обычного человека это деньги, но когда твой бывший муж снимается в главных ролях и зарабатывает как небольшой завод, это капля в море. Актриса пошла в суд и потребовала не фиксированную сумму, а положенную по закону треть от всех доходов Павла. Суд встал на ее сторону. Победа? Как бы не так - только прелюдия к настоящей драме.
Едва решение вступило в силу, как Зепюр Брутян, жена номер два и мама годовалого Микаэля, подала собственный иск о взыскании алиментов. С мужа, с которым, напомню, она в браке и живет вместе. Вы сейчас подумали: «Женщина спятила?» Нет, она просто хорошо подготовилась к экзамену по Семейному кодексу.
Вся соль в том, что по закону на троих детей отец обязан выплачивать не треть, а половину доходов. То есть 50 процентов делятся на троих. Получается: вместо 33 процентов, которые отсудила Агата для Тимофея и Мии, теперь каждый ребенок может рассчитывать максимум на 16,6 процента. А это значит, что дети от первого брака в итоге получат около 25 процентов вместо победных 33. Остальное формально уйдет Микаэлю, который, между прочим, и так живет с папой под одной крышей и ни в чем не нуждается.
Гримерка, где рождаются схемы
Я помню, как года три назад сидела в гримерке одного популярного канала и слышала разговор двух актрис. Одна жаловалась, что бывший муж нашел лазейку, чтобы платить меньше. «Его новая жена подала на алименты, хотя они вместе живут! Мои дети теперь получают в полтора раза меньше», - причитала она, размазывая тушь. Тогда это казалось какой-то экзотикой, грязным приемом из арсенала откровенных подлецов.
А теперь эту схему применяет один из самых высокооплачиваемых актеров страны. Человек, который играет благородных героев, защитников, борцов за справедливость. Ирония так и сочится между строк судебных документов.
Понимаете, в чем фишка? Юридически все чисто. Статья 119 Семейного кодекса позволяет пересматривать размер алиментов при изменении семейного положения. Родился еще один ребенок - появились новые обязательства. На бумаге все логично. Но когда этот «новый ребенок» живет с папой в одной квартире, спит в его кроватке, ест с его стола, а деньги официально переводятся маме, которая спит в той же постели с папой... Как говорится, почувствуйте разницу между буквой закона и его духом.
Три женщины, один мужчина и куча денег
Агата Муцениеце сейчас, наверное, кусает локти. Она годами старалась не выносить сор из избы, не поливала грязью отца своих детей в интервью, держала лицо. Даже когда Павел ушел к другой, публично не устраивала сцен. Терпела, договаривалась, пыталась сохранить хоть какие-то человеческие отношения ради Тимофея и Мии. А в ответ получила холодный юридический расчет: ваши дети будут получать меньше, потому что у нас родился свой.
Зепюр Брутян оказалась в центре скандала и, судя по всему, не ожидала такой реакции. Ее Instagram полон идеальных картинок: она в Дубае, она с огромным букетом, она целует мужа на фоне заката. Образ любящей жены и заботливой мамы дал трещину размером с Красную площадь. Теперь в комментариях под каждым фото пишут одно и то же: «Как вам не стыдно отбирать деньги у чужих детей?»
А Павел Прилучный молчит, как партизан на допросе. Ни слова в свою защиту, ни объяснений. Может, считает, что молчание - золото? Или просто понимает: что ни скажи, хуже сделаешь. Когда тебя обвиняют в том, что ты жадничаешь на собственных детях, оправдаться сложно.
Что говорят те, кто в теме
Прилучный не отрицает отцовство и не отказывается платить, он просто нашел способ платить меньше. Причем легально. И это, пожалуй, еще циничнее.
Один известный адвокат по семейным делам (имя называть не буду, но она ведет дела половины московской богемы) рассказывала недавно:
«Эта схема существует давно, но обычно ее используют те, у кого реально нет денег платить всем детям в полном объеме. А когда так поступает человек, зарабатывающий десятки миллионов... Это говорит о многом».
Действительно, о чем это говорит? О том, что деньги портят людей? Или о том, что новая любовь затмевает ответственность перед старыми обязательствами? А может, просто Прилучный считает, что Агата требует слишком много, и таким образом «восстанавливает справедливость»?
Дети как разменная монета
Самое страшное в этой истории - не юридические тонкости и не сумма алиментов. Самое страшное, что дети превратились в цифры в бухгалтерской ведомости. Тимофей и Мия, которым сейчас 11 и 8 лет, рано или поздно узнают об этой истории. Они погуглят папу, прочитают статьи, увидят комментарии. И что они подумают? Что папа считал деньги важнее их благополучия? Что мачеха участвовала в схеме, чтобы у них было меньше?
Психологи говорят: развод родителей - это всегда травма для ребенка. Но когда после развода начинаются публичные судебные баталии за деньги, это травма в квадрате. Дети чувствуют себя виноватыми, никому не нужными, обузой. Они начинают думать, что из-за них родители ссорятся и воюют. И никакие миллионы не компенсируют эту психологическую рану.
А судьи кто?
Юристы в один голос твердят: формально закон не нарушен. Но есть такое понятие - злоупотребление правом. Это когда ты действуешь в рамках закона, но используешь его не по назначению, а для достижения корыстных целей. Статья 10 Гражданского кодекса прямо запрещает такие действия. Вопрос только в том, сможет ли суд доказать, что иск Брутян - именно злоупотребление, а не реализация законного права на содержание ребенка.
Прецеденты есть. Суды иногда отказывают в таких исках, признавая их недобросовестными. Но это редкость, потому что доказать злой умысел очень сложно. Мать может сказать: «Я хочу, чтобы мой ребенок имел официально закрепленное право на содержание, что в этом плохого?» И формально она права. Другое дело, что все понимают истинную подоплеку этого иска.
Что дальше?
Сейчас мяч на стороне суда. Именно судья будет решать, сколько в итоге получит каждый из троих детей Павла Прилучного. Агата может попытаться доказать злоупотребление правом со стороны Брутян. Может предоставить доказательства того, что семья живет вместе, Микаэль ни в чем не нуждается, а иск - чистая формальность для урезания выплат. Но даже если суд встанет на ее сторону, сколько нервов, времени и сил будет потрачено?
А может, Павел одумается и откажется от этой затеи? Может, осознает, что репутационные потери несопоставимы с финансовой выгодой? Что сэкономленные проценты не стоят того, чтобы войти в историю российского шоу-бизнеса как символ отцовской жадности?
Мораль без морализаторства
Эта история - как лакмусовая бумажка. Она показывает, что происходит, когда люди забывают о главном: дети - это не статья расходов, не способ насолить бывшему партнеру и не инструмент для финансовых маневров. Это живые люди с чувствами, эмоциями и правом на достойную жизнь.
Павел Прилучный сейчас на пике карьеры. Его лицо на афишах, его имя в титрах главных российских сериалов. Он играет героев, за которых болеют миллионы. Но какой ценой? Стоит ли успех того, чтобы собственные дети читали в интернете, как папа придумывал схемы, чтобы платить им меньше?
Зепюр Брутян тоже сделала свой выбор. Она могла отказаться участвовать в этой комбинации, могла сказать: «Нет, я не буду инструментом для урезания алиментов чужим детям». Но она согласилась. И теперь навсегда останется в памяти публики как женщина, которая подала на алименты на собственного мужа.
А Агата Муцениеце снова доказывает, что материнская любовь сильнее усталости от судов. Она не сдается, не опускает руки. Она борется - не за себя, а за своих детей. И в этом противостоянии она выглядит единственным человеком, для которого слово «совесть» не пустой звук.
Как думаете, чем закончится эта история? Победит ли юридическая хитрость или родительский долг? Пишите в комментариях свое мнение - интересно услышать, на чьей стороне окажется большинство. И не забудьте подписаться на канал, потому что продолжение этой драмы точно будет, а мы обязательно расскажем все подробности. В мире звезд скучно не бывает, особенно когда речь заходит о деньгах, детях и разбитых сердцах.