В начале 2000-х я закончила Московский Горный Университет с дипломом Магистра горного дела и устроилась на работу менеджером в Торговый дом Соль. Ни о каком писательстве я не думала, но вела дневники, похожие на эмоциональные сводки с жизненных полей: «сегодня было очень весело, не пойму, почему» или «весь день страдала и маялась от тоски, не знаю, как жить дальше». Все в таком духе. Еще я писала статьи для сетевой версии журнала «Хулиган», в которых рассуждала про женский вопрос и культуру потребления, за что мне даже платили деньги.
И вот однажды…
Был солнечный осенний день 2004 года, первые числа сентября. Я шла по Тверскому бульвару и увидела за оградой лавочку в тени тополей, а рядом – памятник, который мне захотелось рассмотреть поближе. Потом можно было бы сесть на лавочку, выкурить сигарету (я тогда курила), насладиться красками осени и теплой погодой, в общем, побыть там, в этом чудесном дворике с тополями.
Ворота оказались закрыты, какой-то молодой человек, пробегая внутри дворика, крикнул мне, что вход с другой стороны бульвара. У меня не было никаких дел, и я решила обойти несколько домов, соединенных оградами. Рядом с проходной темнела вывеска: Литературный институт имени Горького. «Ого! – подумала я. – Такой бывает! Тем более я должна попасть внутрь».
– Вы куда? – спросил охранник.
– Поступать, – ответила я.
Охранник только лениво махнул головой в сторону крутящегося турникета.
Я зашла в небольшой уютный дворик, окруженный низкими желтыми особняками непонятно каких времен, прогулялась по дорожке к памятнику, прочитала на постаменте «ГЕРЦЕН», постояла, подумала и села на лавочку курить. Покурив, решила узнать, как же сюда поступают. Как раз напротив лавочки был одноэтажный каменный дом с вывеской: «Приемная комиссия». На стенде для объявлений висел листок. Я подошла и прочла: «Расписание экзаменов». Судя по датам, последний экзамен был в середине августа, я опоздала. Что ж, не буду расстраиваться, решила я, ведь поступление – всего лишь выдумка, чтобы сюда попасть. Но я все же попыталась представить, каково это – учиться в Литературном институте. Пока я фантазировала, подошел невысокий худой человек и стал нервно отрывать объявление. Оно отрывалось полосками, оставляя остатки бумаги на доске, и молодой человек никак не мог их счистить. Наконец, он не выдержал и повернулся ко мне:
– Вы что-то хотели?
– Поступать, – я использовала уже сложившуюся «легенду».
– Какое у вас образование?
– Высшее. Горный Университет.
– Пойдемте, – и повел меня внутрь.
Вход был как кроличья нора. Нам, кажется, даже пришлось пригнуться. Коридор, кривые стены, кабинет. Вокруг навалены горы каких-то бумаг и папок, вдоль стен выгибаются, переполненные книгами, шкафы. Посреди за столом сидит нервный молодой человек и куда-то звонит по телефону. Я сижу рядом на стуле и вдыхаю запахи старых книг, бумаг и как будто немножко серы, – в общем, дышу литературой. «Если институт имени Горького, был ли тут сам Горький? – думаю я. – А Булгаков? А Достоевский? А Толстой?»
Пока я впитывала энергию места, молодой человек закончил телефонный разговор и обратился ко мне:
– Завтра поступаете.
– Что?
– Не забудьте принести творческую работу.
– Творческую работу?
–Минимум тридцать страниц. Вы на какой факультет планируете?
– Э..
– Вы пишите стихи?
– Нет.
– Значит, прозу. До завтра. Жду вас здесь в десять часов.
И вот я, ошарашенная, иду по бульвару, мимо «Макдональдса» к метро, а сама мысленно прикидываю, что делать. Я тогда была увлечена Кастанедой, то есть верила в знаки, шла путем воина и принимала вызовы судьбы. В данном случае все сложилась. Жизнь будто давала мне шанс – вот, ты же хотела, иди. Это казалось каким-то чудом.
Я пришла домой, мы тогда снимали с подругами квартиру, собрала на компьютере в один файл свои хулиганские статьи, загрузила на флешку и распечатала у метро. Получилось ровно тридцать листов А4. На следующий день я приехала сдавать экзамены. Первым заданием был этюд. Я не знала, что это значит. Отпросившись покурить, я на той же лавочке спросила у случайного человека (как потом выяснилось, это был Алексей Константинович Антонов), что такое этюд. Не помню, что он сказал, но своей речью так вдохновил меня, что я написала этюды на все пять тем. Потом было изложение по Куприну, кажется, отрывок из гранатового браслета. И на следующий день собеседование с ректором Сергеем Николаевичем Есиным. Я воодушевленно размахивала руками, пересказывая сюжет романа Умберто Эко «Маятник Фуко». Жестикуляция понравилась и меня взяли.
Так я поступила на заочное отделение прозы в Литературный институт. Это я потом узнала, что не было никакого чуда, просто в институте случился недобор по платникам, а у меня уже было высшее, значит я должна была платить.
Отучившись первую сессию, я поняла, что Литературный институт – место, где я всегда мечтала учиться. Лекции об Илиаде и Одиссее, поэтика заговоров, обсуждение вопроса «за что народ любит Иванушку-дурачка», оды Ломоносова и Державина, три стиля и разговоры про язык, который, оказывается, живой, к тому же древнее и мудрее нас. Я слушала лекции и у меня горело от энтузиазма лицо, в мозгу нежно лопались дофаминовые пузырьки удовольствия – неужели учиться может быть так интересно!
Правда, после второй сессии меня отчислили за пьянку и сорванный экзамен латинского. Я попыталась сдать его по старинке, как делала в Горном – за две бутылки коньяка. Но меня выгнали, и тогда я предложила их выпить всем, кто ждал у двери кабинета очереди сдавать. Мало кто отказался, это же были заочники, закаленные, как и я, пьянками и работой.
Когда я пришла плакаться в деканат, Зоя Михайловна Кочеткова, наш декан, сказала, что примет меня обратно, если я вымолю у преподавателя латинского языка прощения (к сожалению забыла его фамилию), а пока могу посещать творческие семинары, которые у моей группы вел Орлов Владимир Викторович, автор известных романов «Альтист Данилов», «Аптекарь» и «Шеврикука». Через несколько лет я, родив первого ребенка, восстановилась. Еще через год взяла академ, чтобы родить второго. В общей сложности я училась в Литературном институте десять лет – защитилась в 2014. Но я до сих пор не хочу с ним расставаться, поэтому, наверное, и держусь за последнюю ниточку – литературный кружок Белкин, в которым я кем-то вроде администратора.
В общем, писать я начала в Лите, потому что там нельзя было не писать. Многие из сокурсников, который выпускались со мной, бросили это гиблое дело, а я почему-то вот продолжаю, хотя это почти не приносит денег, – надеюсь, пока. Что поделать, если жизнь меня выбрала. Я же иду путем воина и не отказываюсь от подарков судьбы.
***
Дорогие читатели! Если хотите поддержать меня, можно лайкнуть мой текст или оставить комментарий — это помогает развитию канала.
Также можно купить мои уже опубликованные книги на Ridero:
Или подписаться на мой канал в Telegram
Спасибо, что читаете меня!