Предыдущая часть:
Татьяна кивнула, а про себя подумала, что совсем не была бы против такого. Только, наверное, при знакомстве лучше это не озвучивать. Антон может подумать о ней плохо, а Татьяне этого совсем не хотелось. Они уютно расположились на диване в гостиной. У Антона было уютно и очень чисто. Не походила его квартира на типичную холостяцкую берлогу. Татьяна и Антон смотрели какой-то фильм, пили вкусное вино, закусывали приготовленными наспех хозяином канапе, разговаривали, обсуждали моменты триллера. Это было просто чудесно. Татьяне даже не верилось, что с Антоном они знакомы всего несколько часов и что он намного младше её. Антон был умным, даже мудрым, внимательным, приятным, чутким. Татьяна не стала скрывать от него Пашу. Сразу сказала, что замужем. Эта новость обескуражила Антона. Он буквально потух. В глазах появилась боль.
— Как? Как же? — растерялся он.
— Не переживай, мы женаты, но у него любовница, — объяснила Татьяна. — Он дома почти не живет. Так только дочь вместе воспитываем, и всё. Между нами давно нет отношений, как между супругами.
— А почему не разведетесь? — спросил Антон.
— Сложно это всё, даже не знаю, как объяснить, — вздохнула Татьяна.
Антон вздохнул. Потом обнял Татьяну, прижал к себе, вдохнул запах её волос.
— Мне кажется, я уже без тебя не могу, — тихо произнес парень. — Но если ты сейчас уйдешь, я всё пойму. Всё же ты замужем.
— Не хочу я уходить, — воскликнула Татьяна. — Не хочу, понимаешь.
Антон кивнул. Он понимал её. Понимал с полуслова, с полувзгляда. Такого с Татьяной ещё не случалось. Они стали встречаться. Сначала изредка, примерно раз в неделю по выходным. Работа, ребенок, домашние дела. Татьяне попросту некогда было. Но они постоянно переписывались, строили планы на очередное еженедельное свидание. Валентина Ивановна, похоже, начала о чем-то догадываться, но как всегда оставалась полностью на стороне Татьяны. Скорее всего, пожилой женщине было известно о любовницах сына. Догадывалась она точно так же, как и Татьяна. Свекровь и невестка это не обсуждали, но обе понимали, что к чему.
— Можешь спокойно гулять с подругами хоть до утра, хоть дольше, — говорила Валентина Ивановна, провожая Татьяну в очередную пятницу. — Я с Софией посижу, мы в кино сходим, в кафе, найдём, чем заняться.
Паша, как обычно, звонил раз в два-три дня, интересовался, как дела у Софии, дежурно говорил, что соскучился. Конечно, Татьяна этому не верила. Фраза была такой, просто подходящей к ситуации. Паша произносил то, что полагалось. Вот и всё. Татьяна, конечно, испытывала некую неловкость и угрызения совести. Всё же она замужняя женщина, и у неё молодой любовник. Да, любовник. А как ещё можно было назвать отношения с Антоном? Со стороны так и выглядело всё это. Антон. Только с ним Татьяна поняла смысл словосочетания родство душ. Им никогда не было скучно вместе. Антон оказался интересным и остроумным собеседником. А ещё парень действительно потрясающе готовил. Татьяна никогда раньше таких блюд не пробовала. Антон говорил Татьяне слова, которые её окрыляли.
— Ты особенная, я таких никогда не встречал, — признавался он. — Ты делаешь меня счастливым. Я хочу быть с тобой всегда.
Но всегда они быть вместе не могли, потому что слишком многое в своей жизни пришлось бы Татьяне менять. Да и София, она уже большая девочка, и Пашу любит, несмотря на его равнодушие. Как дочь отнесется к тому, что у её мамы есть Антон? Сложная ситуация нарисовалась. Антон не раз заговаривал о том, что пора бы поставить все точки над i.
— Вы все равно не живете вместе, а нам очевидно хорошо друг с другом, — рассуждал он.
Так может... Татьяна обычно уходила от этой темы, потому что и сама не знала, как быть. Ей правда хорошо было с Антоном. Только страшно ведь так кардинально жизнь менять, причем не только свою. Иногда Татьяна вину ощущала не перед Пашей, конечно, перед Антоном. Он молодой, перспективный человек, красивый, умный, добрый, чуткий. Он заслуживает большего, нежели взрослая женщина с ребенком почти подросткового возраста, с грузом личных и семейных проблем. Не станет ли она камнем, тянущим Антона на дно? Имеет ли она право его вот так связывать по рукам и ногам? Да, сейчас Антон думает, что влюблен, но когда всё это на него навалится — быт, чужой ребенок, необходимость решать множество проблем, — не испарится ли его прекрасное чувство? Уж слишком у Татьяны наследство богатое. Решилось всё само собой. Паша однажды просто вдруг вернулся домой. Татьяна не знала, что там у него произошло, но вечные командировки прекратились. Если раньше он появлялся дома в лучшем случае на пару дней в месяц, то теперь жил здесь постоянно, как когда-то очень давно, и даже играл роль приличного семьянина. Пытался делать с Софией уроки, затеял мини-ремонт, иногда готовил ужин на всю семью. Ещё несколько лет назад Татьяна бы порадовалась таким переменам, но сейчас Паша её раздражал. Своей напускной веселостью, постоянным присутствием, попытками казаться добропорядочным мужем и отцом. Татьяна ведь своими глазами видела его тогда в ресторане с той красивой длинноволосой блондинкой. А сколько их было ещё, этих юных созданий? Да и с Антоном Татьяна теперь не могла так часто встречаться. Разумеется, он задавал вопросы, переживал. Татьяне не хотелось бросить всё и лететь к нему, но Паша покупал билеты в театр на всю семью и приглашал жену и дочь в ресторан. Хорошо хоть не в тот самый. Или организовывал выезд на природу, и отказаться было нельзя. Татьяна пробовала.
— Паш, идите в театр без меня, — предлагала она. — Я с подругами договорилась встретиться.
— Подруги подождут, — отрезал Паша. — Мы не так часто все вместе куда-то выбираемся. Но никаких но, Паш. Ну, в самом деле, пусть Татьяна проведет вечер так, как ей хочется. Мы и сами Софию сводим на представление, — вступалась за невестку Валентина Ивановна.
Татьяна уже позже поняла: свекровь обо всём догадывалась. Она знала, как ведет себя в столице её сын. Прекрасно понимала, что у того есть любовницы. Ну и заметила, судя по всему, новую влюбленность Татьяны. За это пожилая женщина невестку не осуждала, напротив, даже как-то радовалась за неё и, как обычно, вставала на её сторону.
— Мам, ну ты-то не лезь в наши семейные дела, — многозначительно качал головой Паша. — Сами уже разберемся как-нибудь. Иди лучше Софии помоги собраться.
— Между нами что, всё? — пытался добиться ответа Антон. — Ты снова с мужем?
— Нет, что ты? Я тебя по-прежнему люблю, — отвечала Татьяна. — Просто Паша вернулся. И ты говорила, вы давно чужие люди, и брак ваш — это так.
— Так и есть, — подтверждала она. — Но, понимаешь, София... Ох, сложно это всё.
— А, по-моему, просто, — возражал Антон. — Тебе нужно сделать выбор. Ты не понимаешь, у нас же ребенок. Я скучаю без тебя. Мне тяжело не видеть тебя так долго и осознавать, что ты с другим мужчиной там.
Татьяна пребывала в растрепанных чувствах. Она не хотела оставаться с Пашей, это точно. Не верила женщина в то, что он вдруг перевоплотился в примерного семьянина. Понимала: ненадолго это всё. Антон его тоже не хотелось обременять. Молодой, перспективный человек, красивый, умный, добрый, чуткий. Он заслуживает большего, нежели взрослая женщина с ребенком почти подросткового возраста, с грузом личных и семейных проблем. Не станет ли она камнем, тянущим Антона на дно? Имеет ли она право его вот так связывать по рукам и ногам? Да, сейчас Антон думает, что влюблен, но когда всё это на него навалится — быт, чужой ребенок, необходимость решать множество проблем, — не испарится ли его прекрасное чувство? Уж слишком у Татьяны наследство богатое.
— Паш, давай поговорим, — однажды обратилась Татьяна к мужу.
Тот с готовностью оторвался от телефона. В последнее время он вообще тут же реагировал на просьбы жены, и даже привычное равнодушие в глазах куда-то исчезло.
— Да, я весь во внимании, — отозвался он.
— Но ты надолго или снова пропадешь скоро? — спросила Татьяна.
— Не знаю, малышка, — ответил Паша. — Вроде как филиал в столице заработал как часы и больше не нуждается в моём контроле. А как дальше пойдет, не знаю.
— Паш, а я ведь видела тебя с девушкой в ресторане рядом с кинотеатром, — призналась Татьяна. — Случайно заметила. Ты тогда говорил, что в Москве, а сам здесь еще был с ней.
Паша помолчал немного. Конечно, слова жены застали его врасплох. Он выдохнул, потом посмотрел на Татьяну долгим, серьезным взглядом. Кажется, на мгновение в его глазах мелькнула злость, но быстро пропала.
— Не буду врать и отпираться, — сказал он. — Я был не совсем честен с тобой. Признаю, совершил некоторые ошибки в жизни, но теперь я всё осознал. Это в прошлом.
— Но как ты? Да я вел себя как... — начала Татьяна.
— Больше такого не повторится, — перебил Паша. — Прости меня. У нас ведь дочь, семья. Нас так много связывает. Я изменился, повзрослел, осознал многое, понял, что главное в моей жизни — это ты и дочь.
В этот момент в комнату вбежала ничего не подозревающая София. Вот уж кто от всей души радовался возвращению отца. Девочка наслаждалась его присутствием, его вниманием. Они много гуляли вместе и будто бы становились действительно близкими людьми. Как-то уж очень быстро. Татьяна посмотрела на Пашу, на дочь и поняла, что должна отпустить Антона, оставить всю эту историю позади. Они семья, действительно семья. Так будет лучше. Личный разговор не решилась, ограничилась смской. Её тоже было тяжело набирать. Что-то внутри будто подсказывало Татьяне, что она поступает не слишком правильно. Возможно, совершает ошибку, но иначе женщина не могла. "Антон, прости меня, но мы не можем больше встречаться. Муж вернулся. Теперь у нас снова полная счастливая семья. Спасибо тебе за всё. Желаю встретить тебе красивую, добрую девушку, которая окажется тебя достойной." Антон потом звонил ей. Татьяна просто не брала трубку, потому что понимала: спокойный и холодный тон смски она не сможет выдержать при личном разговоре. Антон все равно однажды нашел её, дождался после работы у ворот. Выйдя из офиса, Татьяна сразу же увидела его, и сердце её ухнуло куда-то вниз. Пришлось призвать всё самообладание, чтобы не расплакаться и не броситься ему на шею. Татьяна ведь очень скучала по его глазам, голосу, по их долгим беседам обо всём на свете, по теплу Антона, его чуткости, внимательности, скучала по ощущению, что она любима. И вот он рядом стоит, прямо перед ней, бледный, немного осунувшийся. Неужели на него так повлиял их разрыв?
— Хочу, чтобы ты сказала это мне в лицо, — попросил он, глядя умоляюще. — Пожалуйста, я хочу убедиться, что ты и правда так считаешь. Будто с мужем тебе будет лучше.
— Конечно, мне будет лучше с Пашей, — взяла себя в руки Татьяна и говорила то, что должна была. — Отношения с тобой — это всё от тоски по мужу. Он был там далеко, работал много. Я скучала. Подвернулся ты, молодой, хороший, умный. Ты правда замечательный. Прости, что так вышло, но я выбираю семью и мужа.
Антон внимательно смотрел на Татьяну. В глазах его читались боль и отчаяние. Он отрицательно покачал головой.
— Не могу в это поверить, — сказал он. — Мы были так близки. Со мной ещё такого не случалось.
— Ну ты раньше не встречался с замужней взрослой женщиной, — ответила Татьяна. — Мы хитрые и коварные.
Она улыбнулась. Ещё и не то умеем.
— Ты не такая, — тяжело вздохнул Антон.
— Ты меня просто не знаешь, — возразила Татьяна. — Не успел узнать как следует.
Антон сделал шаг ей навстречу, и Татьяна поняла: еще чуть-чуть, и она не выдержит: бросится в его объятия. Поэтому нужно действовать быстро.
— Антон, извини, прости за всё и спасибо тебе, — произнесла она. — Ты правда много для меня значишь, но мне пора.
Женщина развернулась и поспешила на парковку, прочь подальше от этого влюбленного глупца, который так и не понял, что нужно радоваться тому, что она исчезает из его жизни. Ничего, позже всё осознает. Ну и всё, жизнь пошла своим чередом. Потекла размеренная семейная жизнь. Каждый вечер Паша возвращался домой и уделял время семье. Правда, ссоры мелкие на бытовой почве стали вспыхивать. Валентина Ивановна объясняла это тем, что они все отвыкли друг от друга. Приходилось заново притираться. София была счастлива. У неё появился папа. Нет, он всегда был, и девочка знала это. Но теперь он находился рядом и уделял ей много внимания. Татьяна честно пыталась простить супруга за измены. Она ведь и сама тоже. У неё ведь был Антон. Воспоминания о нём женщина пыталась гнать из головы и сердца. Получалось плохо. Сама того не желая, она сравнивала Пашу с Антоном. И всегда сравнение это было не в пользу мужа. Не возникало между супругами даже намёка на ту теплоту и близость, что ощущала Татьяна с Антоном. И все же женщина пыталась убедить себя, что всё это она придумала, потому что чувствовала себя брошенной, обиженной, обманутой. Антон пропал вообще: не звонил, не писал, не встречался больше на пути даже случайно. Позже от общих знакомых Татьяна узнала, что он уехал в Питер. Решил там какое-то дело начать. Это было интересно, но, конечно же, Татьяна не стала ему писать, чтобы узнать подробности. К чему бередить его раны? Женщина просто мысленно пожелала ему удачи во всех начинаниях, от всей души. Спустя какое-то время всё началось сначала. Задержки Паши на работе, возвращение под утро пьяным и веселым. Ну и командировки, конечно, куда без них. Сначала редкие и недолгие, потом всё более длительные. Татьяна часто напоминала супругу, что они решили строить семью заново, крепкую, настоящую. София страдала. Она уже привыкла, что папа всегда рядом, а тут снова равнодушие, какие-то другие интересы родителя. Паша сначала отмахивался, отговаривался работой, потом и вовсе начал злиться. Теперь между супругами периодически вспыхивали скандалы, громкие и некрасивые. Если Валентина Ивановна была в это время дома, она всегда вставала на сторону невестки.
— Мужчина ответственен за семью, — говорила женщина сыну. — За комфортную обстановку в доме, за счастье жены и детей. А ещё и за материальное благосостояние.
— Благодаря моей работе мы живем так, ни в чем себе особенно не отказываем, — огрызался Паша. — Татьяна, сама знаешь, копейки зарабатывает. А вы меня обе заклевали уже. Не даете работать спокойно. Впахиваю ради вас. А вы?
Продолжение: