Глава 10. Первая помощь
Потускневший пасмурный день постепенно сменился яркими жёлто-красными красками, озаряя золотистым сиянием парящие повсюду пузыри. Лёгкие наполнялись воздухом, похожим на густую тёплую жидкость. Сквозь заложенные уши пробивался гул работающего двигателя, смешанный со свистом встречного воздушного потока. Зрительное восприятие одного мира медленно накладывалось на очертания другого, и вот за боковыми стёклами Боливара возникла высокая каменная гряда, покрытая невысокими деревьями.
Буханка несколько раз подпрыгнула, будто на дороге лежала крупная склейка, разделяющая миры, и мы выехали в новую, совершенно незнакомую местность.
– Твою мать, – сдавленно выругался Мезенцев, делая глубокий вдох и бросая быстрый взгляд в зеркала. – Что там сзади?
– Чисто! – отозвался Вовка, приподнимаясь на сидении. – Выходит, Тохан, не могут твари дырки видеть!
– Что за дырки? – не понял Игорь.
– Переходы между мирами.
– Понятно…
Мы мчались по тёмному асфальтовому полотну, поблёскивающему от недавней влаги. Вокруг нас поднимались высокие каменные outcrops, кое-где покрытые землёй и заросшие самыми обычными берёзками. По хмурому небу плыли низкие сероватые облака. Редкие порывы ветра раскачивали ветви, обрывая пожелтевшие листья. Создавалось впечатление, что здесь недавно прошёл осенний дождь.
Крупные коричневатые валуны блестели от сырости, опутанные стеблями высокой травы, склонившейся под тяжестью капель. Разметка на дорожном полотне снова отсутствовала. Ограждение тоже. На какое-то мгновение мне даже стало интересно, а встретится ли нам когда-нибудь мир, где вообще не будет дороги? Или дорога – это неотъемлемая часть перехода?
Окончательно убедившись, что никакие твари нас точно не преследуют, Мезенцев сбросил скорость, прижимаясь к обочине.
– Так и что там у вас случилось? – спросил он. – Что с Бабахом?
– Ему Маргарита Павловна плечо прострелила.
– Как это понимать, Тохан?!
– Ну, вот так, взяла и выстрелила из автомата…
– Который ты ей отдал! – сурово воскликнул Гарик, останавливая машину.
– Да, ёлки-палки, говорю же, она такой момент выбрала тогда… – начал было я.
– Какой момент, Тохан? – перебил Мезенцев, останавливая буханку и дёргая ручник. – Будь любезен, объясни.
Несмотря на сдержанный тон Игоря, я прекрасно понимал, что он злился. Причём очень сильно. Поэтому я быстро рассказал ребятам всё, что нашептала мне Маргарита Павловна, а также про нашу короткую беседу с Людмилой в душевой, если это можно было так назвать.
За это время Гарик покинул водительское место и распахнул дверь пассажирского отделения. В салон тут же ворвался приятный запах мокрого асфальта вперемешку с прелой листвой. Прохладный воздух освежил лицо, мысли и чувства, выдувая из салона пороховой дым и вонь горелой резины.
– Ладно, понятно всё, – согласно закивал Гарик. – Так, Вован, давай посмотрим, что там с тобой.
– Ты что-нибудь в огнестрельных ранениях понимаешь? – спросил я, помогая Вовке снять шинель.
– Я понимаю, что для начала надо посмотреть, что там, – хмыкнул Гарик, неопределённо пожимая плечами. – Доставай свою аптечку, надеюсь ничего серьёзного.
– Это почему надеешься? – болезненно поморщился Бабах, но, судя по тону, сохраняя бодрое расположение духа. – Там и нет ничего серьёзного, гарантирую…
– Посмотрим-посмотрим.
– Осторожней, кашне не испачкай! – предупредил Вишняков, здоровой рукой придерживая края дедушкиного наследия.
Кровавый след на шинели выглядел не очень большим. В совокупности с бодрым тоном самого Бабаха это вселяло оптимизм. Если честно, я понятия не имел, что делать с ранением. И уж тем более представить себе не мог, что было бы, окажись Маргарита Павловна более метким стрелком...
На чёрной куртке кровь была практически не видна. И лишь тусклое поблёскивание влажного материала вокруг аккуратного отверстия давало представление о том, что бежала она достаточно долго. Но стоило нам помочь Вовке избавиться от самодельной ружейной обвязи и патронташей, как сильное волнение вновь завладело мыслями. Всё плечо Вовкиной футболки оказалось липким и тёмным от крови. Огромное количество подтёков устремлялось к локтю, образуя красно-коричневую мазню.
Я невольно сглотнул, чувствуя отголоски подступающей тошноты. Впрочем, это были уже не такие сильные ощущения, как в том же магазинчике. Видимо, все произошедшие события всё же оставили свой отпечаток. Но одно было совершенно ясно: в данной ситуации я был полностью бесполезен, так как совершенно не представлял, что именно надо делать. И только сосредоточенный вид Мезенцева и его максимально спокойный тон сдерживали меня от того, чтобы не поддаться истеричной панике.
– В таких случаях одежду не снимают, а режут, – многозначительно хмыкнул Мезенцев, оглядывая прилипшую к телу футболку.
– Есть нож, которым я морковку чистил, – сказал Вишняков, пытаясь осторожно приподнять раненую руку.
Игорь отрицательно помотал головой.
– Так снимем. Только придётся потерпеть, Володь. Ты сначала здоровую руку вытащи, ага, вот так. А тут мы с Тоханом постараемся максимально быстро стащить…
– А чем тебе идея с ножом не нравится? – спросил я.
– Тем, что он тупой и грязный. Больше мороки будет.
– Прям как ты, – явно не сдержался Вишняков, ткнув в меня здоровым пальцем. – Тупой и грязный.
– Очень смешно… – проворчал я, невольно подумав о том, насколько же мы оказались неподготовленными к данному «приключению».
– Так, давай. Тянем…
У нас получилось сработать на удивление слаженно. Вишняков быстро вытянул голову через растянутый ворот затасканной зелёной футболки, а мы быстро сдернули её с раненого плеча.
Я уставился на вздутую бледную кожу тощей Вовкиной руки, обрамляющей краснеющую плоть. Не знаю, что я ожидал увидеть, но, похоже, всё действительно было не так уж и плохо. На самом деле пуля угодила чуть ниже внешней стороны плеча, но выше отметки от прививки, оставив такой след, словно через кожу быстро продернули какой-то грязный толстый штырь.
– Ну, парни, тут всё не так уж и плохо… – заявил Гарик.
– А я что говорил, – болезненно поморщившись, хихикнул Бабах. – Я же чую, что всё в порядке.
Мезенцев с деловитым видом посмотрел на рану с другой стороны.
– Так, ну это точно на вылет и в самый край! – почти радостно воскликнул он. – Бабах, ты везучий сукин сын!
– Чего?
– Он сейчас не про маму твою, – быстро уточнил я. – Мы просто рады, что тебе половину плеча не снесло.
– А как я рад, кто бы знал… – закивал довольный Володька.
– Поднять вверх руку можешь? Вот так.
Гарик показал плавное движение, чем-то напоминающее танец маленьких утят.
– Могу, но больно, – откликнулся Бабах.
– Давай подними.
– Больно, говорю, – возразил Бабах.
– Володь, подними. Нам надо понять, что кость и сустав не задеты. Это важно.
– Да чтоб вас всех, – прошипел Вишняков и, сделав глубокий вдох, выполнил указанное движение.
– А ты точно знаешь, что так проверяют? – тихо спросил я.
– Ага, – кивнул Гарик. – Хотя нет. На военке объясняли, но я прослушал, как назло. Но тут же логика банальная. Если всё цело, значит, рука будет работать.
Тем временем Вишняков, закусив губу и морщась от боли, вернул руку в исходное положение и злобно зыркнул на нас.
– Хоть бы дверь закрыли. Холодно так-то.
– Сейчас закроем, – пообещал Мезенцев. – Итак, у меня две мысли. Одна хорошая, вторая плохая…
– С хорошей начни, – буркнул Вишняков.
– Пуля тебе просто кожу и немного мяса подцепила. Это хорошо. Плохо то, что надо бы специалисту показать, обработать как надо и зашить.
– Так это, сейчас воды вскипятим, промоем, – я деловито подключился, осматривая багажное отделение в поисках аптечки и пакета с препаратами. – Там перекись есть.
– Да-да, Палыч, это всё здорово, так и надо сделать, – ободрился Гарик. – Но как мы вглубь раны залезем?
– А зачем вам туда лезть? – спросил Бабах.
– Затем, что там могут частички одежды застрять. Вот это я вам точно говорю. С пулей могла любая ерунда в рану попасть. Потом воспалится, загноится. Может заражение крови начаться, а это всё, приговор. С этим делом шутить нельзя, Володь. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше.
Вишняков недовольно на нас посмотрел. Я согласно кивнул, поймав себя на том, что совершенно об этом не подумал.
– Ну, так давайте, чего встали-то оба? – распорядился Вишняков. – Я не знаю, как вы, а я слишком молод, чтоб умереть.
Несмотря на серьёзность фразы и ситуации, прозвучала она с присущим Бабаху задором. Я невольно подумал о том, что он подразумевает самый простой уровень сложности в том самом «Думе». Что ж, наверное, столь позитивный настрой был хорошим признаком.
«И чем у тебя голова занята? – иронично поинтересовался внутренний голос. – Впрочем, можешь не отвечать. Ерундой какой-то… Это что, какая-то защитная реакция? Чтобы не задумываться над судьбой Люды, спалившей себя заживо? Или над тем, что стреляй начальница более точно, не было бы сейчас Вишнякова? И что бы ты тогда делал? Что бы вы тогда делали?»
Я тяжело вздохнул. Об этом действительно надо было подумать, но после того как разберёмся с Вовкиным плечом. Наверное, только сейчас я первый раз по-настоящему задумался о том, что это далеко не игра. Не какое-то забавное приключение, в котором обязательно будет положительный исход. Всё это было очень серьёзно. Погибли люди. Людмила, Маргарита Павловна, Фёдор Михайлович да и много кто ещё. Вован мог погибнуть. И как нам потом в глаза его родителям смотреть, когда мы домой вернёмся?
Подобные мысли абсолютно не способствовали продуктивному поиску медикаментов. Я тихо фыркнул и помотал головой, сосредоточившись на поставленной задаче. Переложив пару пакетов и свёрнутые зимние куртки, я обнаружил автомобильную аптечку и пакет со скудным запасом медицинских препаратов. Почему-то сверху на них лежала нарезанная морковка, и я быстро перекинул её на столик.
– Так, нашёл!
Я протянул Игорю аптечку.
– Хорошо, размотай пока немного бинта, намочи перекисью и дай Вовке. Пусть осторожно кровь вокруг раны смывает.
Я кивнул и деловито зашуршал пакетом.
– Надо руки помыть, максимально хорошо, – продолжил Игорь, но, видимо, уже по большей части для себя, чтобы тоже как-то упорядочить мысли.
– Мезенцев, блин, закрой дверцу, – настойчиво повторил Вишняков. – Холодно. Меня трясти начинает.
– Тебя трясти начинает, потому что адреналин отпускает, – поучительно пояснил Игорь, потянувшись к ручке. – Тохан, как это называется, когда сильный стресс и человек неадекватно на всё реагирует?
– Состояние аффекта.
– Ага, вот именно.
– Бабах большую часть жизни в таком состоянии…
– Это ещё почему? – возмутился Вишняков.
– Потому что ты на половину всего неадекватно реагируешь, – я улыбнулся.
– Так, а это что?
Мезенцев замер, устремив взгляд через ветровое стекло.
– Где? – живо заинтересовался Вован. – У нас только два патрона!
– Не в патронах дело, – отмахнулся Гарик, – там идёт кто-то.
Я выставил на столик пузырёк с перекисью и подошёл к пассажирским сидениям.
Чёрная лента мокрого асфальта, обильно присыпанная по краям опавшей листвой, убегала в сырую даль. Поначалу ничего не смог разобрать, но через несколько секунд я действительно заметил вдалеке какую-то мелкую точку.
– Ничего себе у тебя зрение, – я даже удивился. – Как ты вообще разглядел? Там же сливается всё в одну сплошную мазню.
– Это человек идёт, – сообщил Игорь, будто это было само собой разумеющимся.
– Один? – спросил Бабах.
– Похоже на то, – подтвердил Гарик и быстро выпрыгнул из машины, хлопнув дверцей.
Вовка поднялся с лежанки и подался вперёд, вглядываясь в жёлто-красную даль.
– Ничего не вижу, – буркнул он.
– Вон, – я вытянул руку, указывая в сторону еле различимого пятна. – Может быть очередной продавец сосисок…
– Или киселя.
– Почему именно киселя? – недоумевал я.
– А почему именно сосисок? – хмыкнул Бабах, явно не сомневаясь в логичности своих умозаключений. – Да хоть бананов, я всё равно не вижу ни хрена.
– Ладно, вот тебе перекись, вот бинт, – я передал Вишнякову со столика всё необходимое. – Давай начинай обрабатывать.
– Ты хоть пузырёк открой, гений.
– Открою-открою, садись давай.
Хлопнула водительская дверца, и Мезенцев быстро уселся за руль. Зазвенели ключи, и в следующую секунду ожил двигатель Боливара.
– Подъедем поближе, спросим, что да как, – бросил Гарик, трогаясь с места. – Может, подскажет, где ближайшая больница.
– Если тут такие есть, – хмыкнул я.
– Должны быть, Палыч.
– Слушайте, парни, – быстро начал я, открыв пузырёк с перекисью и взявшись за бинт. – Давайте только не будем слишком откровенничать с незнакомцем. Да и вообще, я тут подумал, надо какой-то свод правил придумать.
– Ты о чём?
Гарик бросил на меня быстрый взгляд.
Читайте бесплатно, наслаждайтесь, делитесь с друзьями — я не торговец, я писатель. Но если решите поддержать мой борьбу с прокрастинацией и пустым холодильником — милости прошу на главную страницу, там есть волшебная кнопка «Поддержать автора»!
Подборка "Где-то во времени. Часть первая" целиком:
https://dzen.ru/suite/6f9c2eb4-9a0d-4a0d-bd8b-a59dfc56b8cd
Небольшая группа-междусобойчик с разговорами обо всём в ТГ:
t.me/AntohaIgroed