Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Свободная Пресса

Получил Героя России в 18 лет, но не дожил до своего 26-летия. Трагичная судьба молодого оперативника Евгения Остроухова

Он — один из первых Героев России, награжденных за события первой чеченской кампании. В родной Усть-Джегуте его имя носит улица, а детский сад, где он делал свои первые шаги, теперь тоже назван в его честь. Ему было всего восемнадцать, когда вчерашний школьник Евгений Остроухов, как тысячи других призывников едва оклемавшейся от распада страны армии, внезапно оказался на настоящей войне. Трудная эпоха выковывает характер. Первая чеченская сделала из юноши Жени солдата, который знает цену дисциплине, взаимовыручке и огню. Вторая стала для него роковой чертой, после которой вопросы остались, а ответов не нашлось. Распад Советского Союза не исчерпал собой центробежные процессы. Как только бывшие союзные республики обрели независимость, в самой России один за другим зазвучали голоса о самоопределении регионов. Летом 1991-го, когда СССР уже дышал на ладан, генерал-майор авиации Джохар Дудаев, кавалер Боевого Красного Знамени за Афганистан, объявил о создании Чеченской Республики и ее неподч
Оглавление

Он — один из первых Героев России, награжденных за события первой чеченской кампании. В родной Усть-Джегуте его имя носит улица, а детский сад, где он делал свои первые шаги, теперь тоже назван в его честь. Ему было всего восемнадцать, когда вчерашний школьник Евгений Остроухов, как тысячи других призывников едва оклемавшейся от распада страны армии, внезапно оказался на настоящей войне.

Трудная эпоха выковывает характер. Первая чеченская сделала из юноши Жени солдата, который знает цену дисциплине, взаимовыручке и огню. Вторая стала для него роковой чертой, после которой вопросы остались, а ответов не нашлось.

Россия на сломе эпох

Распад Советского Союза не исчерпал собой центробежные процессы. Как только бывшие союзные республики обрели независимость, в самой России один за другим зазвучали голоса о самоопределении регионов. Летом 1991-го, когда СССР уже дышал на ладан, генерал-майор авиации Джохар Дудаев, кавалер Боевого Красного Знамени за Афганистан, объявил о создании Чеченской Республики и ее неподчинении ни Москве, ни союзному центру.

К 1994 году конфликт на Кавказе только разгорался. Переговоры заходили в глухие тупики, силовые структуры России укреплялись рывками и латками. На заседании Совбеза в конце ноября министр по делам национальностей Николай Егоров уверял: большинство жителей Чечни якобы встретят федеральные подразделения если не с радостью, то без вражды — дескать, часть населения даже будет «сыпать муку на дорогу». Эти оценки оказались иллюзорными и дорого обошлись стране.

30 ноября 1994 года Борис Ельцин подписал указ «О мероприятиях по восстановлению конституционной законности и правопорядка на территории Чеченской Республики». Утром 11 декабря федеральные силы перешли границу региона. Началась операция, которая вскоре получит неофициальное имя — первая чеченская.

Декабрьский бой

-2

20 декабря 1994-го подразделения внутренних войск получили задачу: перекрыть развилку близ полевого стана примерно в трех километрах от Грозного и обеспечить переправу техники через Терек.

В колонне, которая двинулась к столице республики, особое внимание уделялось машине с зенитной установкой — ее следовало прикрывать бронетранспортерами.

При проходе через станицу Петропавловская, рядом с Домом культуры, колонна попала в тщательно подготовленную засаду. По броне ударили гранатометные выстрелы. Командирский БТР, где находился рядовой срочной службы Евгений Остроухов, получил попадание; командир оказался тяжело ранен в голову. Завязался ожесточенный бой на коротких дистанциях — там, где секунды тянутся вечностью.

Остроухов до последнего удерживал позицию в бронемашине, прикрывая отход и эвакуацию огнем из КПВТ. Когда ленты с боеприпасом опустели, он выбрался через боковой люк, лег у корпуса и повел огонь очередями из автомата по огневым точкам нападавших. Первый осколок достал его в ногу, но он продолжал работать — движение, очередь, смена магазина, снова очередь.

Когда удар противника усилился, бойцы заняли круговую оборону в подвале одного из домов. Более двенадцати часов они держали рубеж, ожидая подхода подкрепления. Евгений получил второе ранение, но из строя не вышел. Указом Президента РФ от 31 декабря 1994 года рядовому Евгению Владимировичу Остроухову за проявленные мужество и отвагу присвоено звание Героя Российской Федерации.

После госпиталя

Выписавшись, он не попросил тихого места и не спрятался за штабными стенами. В 1996 году окончил курсы младшего офицерского состава при Владикавказском высшем военном командном училище ВВ МВД России, получил погоны младшего лейтенанта и принял взвод специального назначения в составе отдельной дивизии особого назначения внутренних войск МВД. С 1998-го командовал патрульным взводом отдельного специализированного моторизованного батальона. Позже работал в системе МВД Карачаево-Черкесии, где ценится не только выправка, но и умение разговаривать с людьми без лишнего пафоса.

Учеба и редкая сдержанность героя

Параллельно со службой Евгений поступил на заочное отделение Ростовского юридического института МВД России. Он не привык мерить жизнь регалиями и не считал звезду пропуском через любые трудности.

Легендарную «Золотую Звезду» он не надевал ни на экзамены, ни на зачеты — не хотел, чтобы преподаватели оценивали «героя», а не курсанта. На вопросы о подвиге отвечал коротко, без позы, обычно смущаясь и уводя разговор в сторону дела.

Москва и командировки, которые не заканчивались

Получив диплом, Остроухов был переведен в столичный регион — на должность старшего оперуполномоченного УБОП при ГУВД Московской области. Работа стала другой по содержанию, но тяжелее не стала. «Командировок на юг» меньше не делалось: в августе — сентябре 1999-го он в составе сводного отряда милиции участвовал в отражении вторжения банд Шамиля Басаева и Хаттаба в Дагестан. Затем были новые поездки и во время службы в УБОП — Кавказ выбрасывал волны напряженности одна за другой.

Лето 2002-го

25 августа 2002 года Евгений снова был на Северном Кавказе — командировка, спецоперация, рабочий план. Основная группа СОБР УБОП по Московской области выдвинулась в село Старые Атаги.

Операция готовилась по правилам: поставленные цели, распределенные роли. Снаружи — стандартный, рутинный, почти учебный день. Но любой, кто бывал в длительных командировках, знает, как усталость накапливается молча и незаметно, как она «садится» в мышцы и в голову. Нервы к исходу срока у всех были натянуты.

Ничего не предвещало беды, когда тишину разрезал одиночный выстрел. Евгений Остроухов получил смертельное ранение из табельного пистолета Макарова. Это произошло фактически на глазах у сослуживцев — мгновение, которое забыть невозможно. Коллеги стояли, не находя слов, и лишь разводили руками, когда позже следователь спрашивал об обстоятельствах.

Новость о смерти 26-летнего офицера, которого в подразделениях знали как жизнерадостного и надежного товарища, ошеломила всех. Подробности путались, версии расходились. Прокурор Чеченской Республики Николай Костюченко на первых порах заявлял журналистам, что о самоубийстве сотрудника ему неизвестно и вообще нет информации о любых происшествиях в Старых Атагах. Почти одновременно в представительстве Главного управления МВД по Южному федеральному округу подтвердили факт трагедии и сообщили о начатом тщательном расследовании.

Следствие поставило финальную точку: установлено, что молодой оперативник покончил с собой. Версия признана окончательной. Но насколько окончательной — вопрос, который многие близкие и сослуживцы в душе оспаривали и, вероятно, продолжают оспаривать.

Похороны и вопросы, которые не смолкают

Героя России Евгения Остроухова похоронили в его родной земле. На церемонии, где всегда не хватает слов, друзья и командиры говорили о его выдержке, упрямстве на бою, умении не бросать своих.

И все равно сквозь формулы официальных речей слышался один и тот же немой вопрос: как мог человек, прошедший огонь 1994-го, выстоявший многочасовой бой и не раз смотревший смерти в лицо, сделать то, что сделал в тот августовский день?

Никто из тех, кто знал Евгения, не вспоминает за ним жалоб на судьбу. Наоборот — работа, учеба, служба, привычка держать себя в руках. И тем тяжелее примириться с фактом: иногда не видимое снаружи оказывается сильнее, чем все, что человек уже преодолел.

Память сильнее времени

В Усть-Джегуте его имя теперь звучит ежедневно — когда жители называют адреса, когда родители ведут детей в детский сад, где когда-то воспитывался сам Женя. Для родного города он — не абстрактный «герой из учебника», а свой, понятный и настоящий: тот самый парень, который уехал служить восемнадцатилетним, оказался на войне и повел себя так, как учили его семья, школа и командиры — защищать до конца.

Истории таких людей редко бывают гладкими. Они наполнены датами, приказами, боевыми эпизодами, рапортами и молчанием между строк. В биографии Евгения Остроухова все это есть: февральская учебка и декабрьский бой, ранения и госпиталь, курсы младших командиров и погоны, служба и учеба, столичный УБОП и короткие «командировочные» дни, успевшие вместить слишком много. Есть и финальная, бросающая вызов здравому смыслу строка — выстрел, который не объяснить до конца никакими отчетами и справками.

Но есть и то, что сильнее всех «почему» - и это память. Память семьи, сослуживцев, города, страны. Она складывается из табличек на стенах, из названий улиц, из фотографий на стендах, из коротких разговоров на кухнях, где вспоминают, каким он был — прямым, без позы, умеющим не прятаться за наградами и не мерить жизнь громкими словами.