Этим летом, будучи в Москве, в очередной раз сходил в Третьяковку. Был там уже раз десять, наверное, но все равно люблю туда ходить. Но этот раз был особенным. После долгой реставрации вернулась в экспозицию картина Репина "Иван Грозный и сын его Иван". Я раньше ее "вживую" не видел, и не подозревал даже, какое сильное впечатление она производит. Даже будучи укрыта толстым антивандальным стеклом. На меня очень сильно подействовала. Я не особо слежу за новостями в мире искусства (совсем не слежу, на самом деле), поэтому не знал, что эта картина снова выставляется. Буквально случайно наткнулся на нее в очередном зале. Первое впечатление было настолько сильное, что я просто сбежал из зала. Да, буквально, взглянув на картину, тут же вышел из зала. Перевел дух и вернулся. И стал рассматривать. Минут на 15 завис. По мерками Третьяковки - это очень долго. 15 минут уделить одной картине - это прям непозволительная роскошь. Но я не мог уйти. Смотрел. Поразительная картина.
На днях рассказывал об этом случае старому институтскому другу. Он спросил, и чем же меня так поразила эта картина, что такого я увидел в глазах Ивана Грозного? И, знаете, я не смог сразу ответить. Наверное, дело в том, что настоящее искусство в исполнении гения в том и состоит, чтобы вызывать чувства и переживания, которые обычными средствами (слова, рисунки, звуки) обычные люди передать не могут. Если бы я мог передать устной речью или письменным текстом то, что меня поразило в этой картине, я был бы хорошим писателем. А так... Ну скажу / напишу я "Ужас. Раскаяние". И что? Это не то, это слишком общее и плоское. Картина куда как глубже.
Однако, тем не менее, пробую попретендовать на роль хорошего писателя и напишу, что я увидел в глазах Грозного - то, что он сам в этот момент видит - четырехлетнего мальчишку, который вбегает утром к нему в спальню (опочивальню, наверное), прыгает на кровать, кричит "Папка, давай поиграем!" и дергает его за бороду. Солнечный свет из окна косыми лучами, пылинки в луче света. Свет падает на лицо мальчишки. Он щурится и смеется. И царь смеется - "Ах ты, проказник!"...
Я именно это увидел...
