начало здесь
предыдущая глава здесь
Строительство театра шло гигантскими шагами. Барон не поскупился на бюджет, дракон тоже расщедрился, и прикатил пару тачек алмазов- изумрудов. Так что, денег хватало на всё задуманное.
А тут ещё радость приключилась. Дракон, наконец-то взлетел! И держался в воздухе весьма уверено.
Всё, вообще-то, странновато получилось.
Они с Мяуськой тренировались. На том поле, где раньше траву косили, а иногда после того, как она немного подрастала, выгоняли скотинку.
И вот однажды, когда поле уже было отдано дракону для тренировок, бык Спартакуалисус Герофонтович, прозванный так за свои солидные размеры и миролюбивый нрав, настолько миролюбивый, что стоило кому-то только намекнуть на то, что он хочет потревожить покой Спартакуалисуса Герофонтовича, как наш миротворческий бык моментально объяснял буяну, что так поступать нехорошо.
Очень доходчиво объяснял. Настолько доходчиво, что те, кому он объяснял, доходили до коньков на крыше, верхушек немаленьких деревьев, или уж на худой конец, самый верх забора. Хотя с забора, благодаря вибрации от рогов, им приходилось доходить ещё куда-нибудь. И не подальше, а повыше.
В тот день у Спартакуалисуса Герофонтовича было весьма ностальгическое настроение, возможно, связанно с расслабленным настроением пастуха. Оно было настолько расслабленное, что куст, под который тот присел, от солнца, конечно, от солнца! трясся и вибрировал.
Спартакуалисус Герофонтович посмотрел на это дело лиловым своим глазом, и решил, что он уж точно не грешник, и упускать такую возможность не станет. ( Грех в переводе с древнеарамейского – упущенная возможность).
Ну, а куда прогуляться быку, как не туда, куда его тянет его ностальжи? И романтик?
Где когда-то прекрасная Зорька хлопнула в его сторону хвостом по морде, и так взмахнула ресничками, что почти взлетела?
Где восхитительная Манюня так кокетливо жевала пучок травки, что он сразу понял, что она его единственная на целых полчаса.
Где,…ах, ну разве перечислишь все приятные воспоминания Спартакуалисуса Герофонтовича? Нет, нет, и нет. Да собственно, не затем мы здесь собрались, чтоб всё это обсуждать.
Спартакуалисус Герофонтович неспешным, солидным шагом добрел до места своих воспоминаний, романтично перекидывая цветок из одного уголка пасти в другой.
И застыл на месте! Такого попрания своих трогательных воспоминаний он не ожидал. Никак!
По тому месту, с которым было связано столько приятных мыслей, бегало какое-то длинношее, чешуйчатое, толстое создание! Дракон не был толстым, отнюдь, он был массивным. Но оскорбленный оскорблением своих романтически ностальгических чувств, Спартакуалисус Герофонтович охарактеризовал его именно так!
- По какомуууууу, мууууу, мууууу правууууу, - взревел оскорбленный Спартакуалисус Герофонтович, - вы тут мою пожню топчите?
Дракон, не знакомый близко с проявлением бычачьего нрава снисходительно отмахнулся.
Ох, зря он это сделал. Зря! Но ему же никто ничего в эту сторону не объяснял.
На быка эта отмашка подействовала, как красная тряпка на быка.
Спартакуалисус Герофонтович, у которого перед глазами поплыли оранжево красные круги, взревел, так что даже дракон уважительно притормозил, и, не вдаваясь в дальнейшие объяснения, ринулся в атаку.
На хвост. Потому что дракон, так ничего в тот момент и не понял, приготовился к новой разбежке.
Мяуська, сидевшая на шее дракона, и исполнявшая роль группы поддержки, громко взвизгнула, и попыталась предупредить дракона воплем:
- Сзади!
Но дракону было….
Ох, ему и было! Рогами под хвост, даже дракон ощутит в полной мере.
Дракон от такого толчка, резко скакнул вперед, Спартакуалисус Герофонтович решил что противник убегает, и поддал ещё.
Дракон попытался развернуться, чтобы пыхнуть огнём, Спартакуалисус Герофонтович, как прилепленный врезался рогами всё в то же место. Довольно мягкое, даже у драконов.
Дракон понял, что сейчас его будут толкать ещё, и решил предпринять лучшую тактику всех боев без правил. Он побежал.
Бык взревел, Мяуська завизжала, дракон, полностью дезориентированный, набрал скорость.
Бык, не разбирая пожней и саженей, несся, поддавая рогами. Дракон, не видя ничего перед собой, пытался увернуться от острых и мощных толчков.
Спартакуалисус Герофонтович, рассвирепев окончательно, совсем забыл, что…
Дракон, набравший не плохую скорость, донесся до края пожни, и….
- ААААААА!!!! ИИИИИИИИИИИИИИ!!!! Айяйяйяйяй!!!
Визг Мяуськи всколыхнул гладь реки, текущей под глубоким обрывом за пожней.
Дракон, не удержавшись на краю обрыва, начал всей своей тушей падать вниз.
- ААААААА!!!! ИИИИИИИИИИИИИИ!!!! Айяйяйяйяй!!! ОООООООООООО!!!
Испуганный визг резко сменился восторженным возгласом, когда дракон, боясь не за себя, а за свою наездницу, внезапно для самого себя распахнул крылья, и взмыл вверх.
- Мы ещё поговорим!!! – взрыл берег мощным копытом, вовремя вспомнивший об обрыве, Спартакуалисус Герофонтович, задирая морду вслед удирающему нарушителю.
А нарушителю было до альпийской коровы то, что он там ревел.
Он летел! Спустя столько времени и безуспешных тренировок, дракон летел! Вместе с восторженно вопящей Мяуськой.
- Надо будет ему сена в благодарность лучшего принести, - пропыхтел дракон, приземляясь за домом Мяуськи.
- И отборного зерна! – согласилась она.
Следствием такой неожиданной помощи в пробуждении полетных способностей стало то, что дракон отпросил Мяуську у родителей, и пока строился театр, полетел к родителям, известить их о своем спасении.
От счастливых слез, мамы и бабушки дракона в горах чуть не начался сель! А от объятий и похлопываний по всем частям тела от папы и прочих родичей мужского пола, те же горы вздрагивали!
А какой праздник там закатили! Я даже описывать не буду, потому что могу вызвать резкое похудение ваших карт или кошельков, и утолщение в области талий. Сами представьте. Ладно? Тогда я не буду виновата в вашем, кхм, ладно, короче.
Когда задаренная Мяуська, объявленная драконьей героиней, взобралась с подарками на шею дракона, чтобы лететь обратно, он аж слегка присел.
За то время, пока они навещали драконову родню, театр уже построили.
И даже успели покрасить. Деньги, сами понимаете, когда они есть, сроки сжимаются.
С архитектурным вкусом у архитектора всё было в порядке. Здание получилось величественным и монументальным. А вот…
Когда дракон и Мяуська приземлились на площади перед почти готовым театром, то дружно застыли изваяниями.
- Кха, кха, кха, - закашлялась девочка, - этто чтооо…
Стены театра сверкали таким разнообразием красок, что самый лихой абстракционист получил бы косоглазие от зависти.
- Кха, кха, кха, - закашлялся пораженный дракон.
Он так сильно кашлял, что…
Огонь, вырвавшийся из его пасти, моментально охватил всё здание. Крики и вопли окружающих будущих зрителей привлекли пожарную команду. С ведрами.
Но команда не успела ничего залить. Огонь так же внезапно, как загорелся, потух.
Почему-то оставив само здание абсолютно невредимым. Вот только всё это абстракционистское великолепие обожглось. Абсолютно.
- Какой у нас театр-то загорелый…- протянул кто-то из толпы.
- Ага, - потрясенно поддержал его второй голос, - цвета южного загара…
P.S. дорогие друзья ОГРОМНАЯ, ОГРОМНАЯ благодарность тем, кто решил отблагодарить автора кофейком выпивая утром свою чашку кофе, чувствую, как от неё идёт тепло! Благодарю! Это очень, очень приятно!
И благодарю всех, кто покупает мои книги на литрес! Очень благодарю! Вот просто очень, очень приятно!
И просто благодарю всех, кто читает, всех кто отзывается! Всех кто со мной! Благодарю вас, друзья!
Продолжение здесь