Март 1963 года дал старт невиданной в истории хоккея серии! Следующие восемь чемпионатов мира и Европы прошли под знаком полной гегемонии советского хоккея. Вплоть до 1971 года включительно, сборная СССР ни разу не уступила пальмы первенства. Нашему хоккею едва исполнилось четверть века, и весь мир увидел, чего мы достигли в этом виде спорта за такой короткий срок. Хоккей в СССР превратился в национальное достояние. Отметим лишь, что в каждом из девяти победных турниров, самыми памятными стали те, которые проходили в наиболее острой борьбе. Безусловно, первыми в этом ряду драматических противостояний стоят поединки против канадцев в 1963 и 1964 годах. Понимая, что в австрийском Инсбруке нашей дружине предстоит серьёзное испытание во встрече против только что созданной сборной Канады, тренеры сборной СССР не решились кардинально менять состав, отдав предпочтение хоккеистам, завоевавшим золотые медали годом ранее в Стокгольме. Тем не менее, изменения всё же были. Вместо ветерана Николая Сологубова в команду включили Олега Зайцева, Константин Локтев вернулся к своим партнёрам по ЦСКА Альметову и Александрову, а «железнодорожник» Виктор Якушев присоединился к Леониду Волкову и Анатолию Фирсову. Как показало время, нововведения себя полностью оправдали, а сплав стратегических способностей Аркадия Чернышёва вкупе с тактическим даром Анатолия Тарасова в итоге принесли свои плоды. Очень тщательно готовились к соревнованиям и канадцы. Детально изучая европейский стиль игры, родоначальники хоккея принимали во внимание каждую деталь, которая изначально могла показаться сущим пустяком, но на деле была способна принести им массу неприятностей. Оттачивать своё мастерство «кленовые листья» отправились в Москву, сделав небольшую остановку в Швейцарии. Брайан Конэкер продолжает свой рассказ:
«В начале октября 1963 года мы впервые надели форму олимпийской сборной Канады. Провели первые три встречи – с профессиональными клубами Западной лиги, которые готовились к началу сезона. Когда же сезон стартовал, самой большой проблемой для Бауэра стало найти соперников того ранга, который необходим для эффективной подготовки к матчам на международном уровне. Правда, желающих увидеть на своих катках команду, которая будет представлять Канаду на Олимпиаде 1964 года, в конце концов наблюдалось немало. Поэтому немало нам пришлось и попутешествовать. Обычно мы проводили два-три матча в неделю, и с начала октября до середины декабря наша жизнь проходила в основном в дороге – в четверг или пятницу покидали свою «резиденцию» и возвращались в понедельник или во вторник. Нетрудно понять, что такой график не способствовал нашей учёбе в университете. Создание сборной Канады преследовало возвышенные цели. Однако и возвышенные цели требуют денег. Естественно, показательные матчи их приносили, но - не в таких количествах, на которые мы надеялись. И приходилось прибегать к самым неожиданным источникам финансирования. Однажды в Риджайне после матча, проигранного местной команде, в нашу раздевалку ввалилась компания парней не внушающего доверия вида. Возглавлял их пожилой человек с сигаретой в углу рта и щетиной по крайней мере двухдневной давности на щеках. К нашему общему удивлению, патер Бауэр попросил нас успокоиться и представил нам «главаря банды»: «Монсиньор Атол Мюррей, глава школы Нотр-Дам в Вилкоксе, провинция Саскачеван». Я уже слышал об этом человеке в своё время от отца и многих других из спортивных округов Канады. Монсиньор Мюррей собирал в своей школе молодых людей, попавших в жизненные передряги, и возвращал их к нормальной жизни. Насколько успешно он это делал, иллюстрирует то, что произошло затем в раздевалке. Монсиньор вынул из кармана чек на 1000 долларов и вручил его Бауэру – эти деньги собрали его подопечные (!) для того, чтобы помочь Олимпийской команде. Подарок сопровождался грубоватой, но точной репликой: «Итак, вы – канадские ублюдки, которые собираются представлять нас на Олимпиаде… Надеюсь, вы сумеете это сделать лучше, чем сегодня вечером на льду Риджайны…» Субсидировало нас и государство. Не знаю точно, сколько денег получила от него команда, но хорошо помню, как мы «продавали себя» мисс Джуди Ламарш, будущему министру здравоохранения и благосостояния. Это была весьма официальная церемония. В «воскресных» костюмах, с вымытыми ушами и начищенными до блеска ботинками – мы выглядели как рекламная картинка процветающей канадской молодёжи. И ни намёка на то, что это выставка-продажа. Однако 25.000 долларов мы всё же таким образом заработали – и это не слишком большая цена за необходимость слушать с излучающими внимание лицами откровения мисс Ламарш о её политической жизни.
18 декабря 1963 года новая национальная сборная Канады провела первую международную встречу. Когда наша команда выкатилась на лёд перед переполненными (около 6000) трибунами старенького пропитанного табачным дымом катка, я почувствовал, что означает для меня надпись «Канада» на свитере. Болельщики пришли не просто на матч двух команд – они ждали встречи Канады против Чехословакии. Мы обыграли чехов 3:2 в тот вечер и, хотя уступили им же 1:3 несколькими днями позже в Ванкувере, команда патера Бауэра, которую он создал всего лишь за полгода, выглядела вполне пристойно. После Рождества мы, по-моему, не уходили со льда, проведя пять игр за неделю – не только с чехами, но и со шведами, тоже приехавшими в Канаду. Больше всего мне запомнился матч 3 января в Садбери против всё той же сборной Чехословакии. В Садбери была большая чехословацкая община. И когда мы выкатились на лёд, нас публика встретила умеренными аплодисментами, чехов же – шквалом восторженных криков. Мы поглядывали друг на друга, не понимая, где оказались – в Канаде или Чехословакии. Эта игра в Садбери, где болельщики поддерживали отнюдь не нас, вскоре стала очень «грязной». Самой «грязной» из всех, в которых я участвовал за всю жизнь. После того, как мы повели 2:0, чехи делали всё, чтобы дешёвыми приёмами испортить матч. В международном хоккее драки строго наказуемы, и европейцы взамен хорошо освоили «грязные», не слишком приметные со стороны приёмы. Плохо это или хорошо, но драки часто возникают в матчах в Канаде – как дань традиции кулачных боёв у стойки бара в северных шахтёрских городках. Европейцы же используют клюшку как копьё, держат соперника руками, толкают, бьют исподтишка локтем – в расчёте, что он ответит на это честным ударом кулака. Но по настоянию Бауэра мы терпели и становились едва ли не «святыми», не отвечая на оскорбления. После шестидесяти минут хоккея и тридцати двух удалений мы ушли с поднятыми головами – 4:0. Однако на приёме после встречи комплименты высказывались в основном в адрес гостей. И хотя в заключение патер Бауэр, и мы получили пожелания успеха на Олимпиаде, чехам хозяева канадского города пожелали нечто большее, а именно – выиграть золотые олимпийские медали. Вот так-то! До начала Олимпиады в наших планах значились ещё два матча в Москве. Это путешествие началось в 6 утра – после вечернего матча с канадцами, проживающими в Швейцарии. Причём, было оно не менее жёстким, чем тяжёлый хоккейный матч, - с множеством промежуточных пересадок, перетаскиванием багажа и таможенным контролем.
В Москву мы прибыли почти через сутки – в 3 часа ночи. Посмотрев незадолго до отлёта из Канады фильм «Манчжурский кандидат», мы с Роджером Бурбонне сразу же обследовали комнату в отеле, разыскивая подслушивающие устройства. Ничего мы не нашли, а впоследствии узнали, что русские не используют в отелях «жучки». Должен признать, что мы не пришли в себя к следующему вечеру и русские разбомбили нас 8:1, что было расценено как победа коммунистического образа жизни. Правда, на следующий день мы показали хоккейное зрелище более высокого качества, хотя и проиграли – 1:2. После двух игр с русскими мы поняли, что нам не хватает мощного ударного кулака – игроков, умеющих забивать шайбы. Патер Бауэр отдавал себе отчёт в этом ещё до отъезда из Канады – он пытался заполучить из юниорской команды «Монреаль Канадиенс» аса-бомбардира Айвена Курнуайе. Однако по каким-то причинам Сэм Поллок, генеральный менеджер «Канадиенс», не отпустил даже одного Курнуайе в нашу олимпийскую команду хотя бы на две недели. Оставшаяся часть предолимпийского турне по Европе никакой пользы не принесла. Слишком частыми были игры и слишком изматывающими переезды. За месяц мы так и не выиграли ни одного матча у лучших русских или чехословацких команд, что, если говорить откровенно, нас деморализовало. Сборной Канады явно не хватало бомбардиров, а также напористых защитников, способных выйти с шайбой из своей зоны несмотря на прессинг соперников...»
Продолжение следует...
Подписывайтесь на наш канал. Впереди Вас ждёт много интересного...