25 сентября 2025 года в прокат вышел «Август» - фильм по мотивам знаменитого романа Владимира Богомолова «Момент истины». Поставили его Никита Высоцкий и Илья Лебедев, продюсерами стали Константин Эрнст и Анатолий Максимов, а главные роли исполнили Сергей Безруков, Никита Кологривый и Павел Табаков. Именно их герои - капитан Павел Алехин, старлей Евгений Таманцев и лейтенант Андрей Блинов - должны найти и обезвредить в глухом и гиблом Шиловичском лесу группу шпионов и диверсантов, передающих немцам важнейшую информацию о действиях советских войск. И у них на это совсем мало времени.
В первый уикенд «Август» смог собрать в прокате более 250 миллионов рублей. О том, как снималась картина, KP.RU рассказал продюсер Анатолий Максимов.
«НАЧАЛО КНИГИ БЫЛО СОВСЕМ ДРУГИМ»
- Когда у вас с Константином Эрнстом впервые появилась идея снять фильм по мотивам «Момента истины»?
- Эта идея появилась у Константина еще задолго до нашего с ним знакомства, более 30 лет назад. Мне кажется, он увидел в «Моменте истины» один из тех базовых текстов национального культурного кода, которые остаются надолго, с годами становясь классикой. Книга возникла на пересечении лучей и линий, которые проходят сквозь всю историю нашей цивилизации. Снова пришла беда, и снова, как в стародавние времена, три богатыря вышли сражаться с врагом. Три характера, яркие социальные типажи, которые в иных обстоятельствах вряд ли бы сошлись между собою, как герои волшебной сказки отправляются в темный лес, чтобы найти и обезвредить источник зла. Чтобы найти его, им нужно выйти за свои пределы, преодолеть себя. Они выйдут из этого леса совсем другими людьми.
Поиск за гранью возможного делает сюжет «Момента» высоко киногеничным. Три попытки экранизации романа перед нами - это очевидное признание достоинств текста. Орсон Уэллс сказал, что сильную книгу можно экранизировать заново каждые двадцать лет. Потому что быстро меняется язык кино. Изображение на экране с невероятной скоростью стареет, книга же с течением времени невозмутимо продолжает оставаться собой. Фильм, претендующий на внимание аудитории, обязан быть не только кинематографически, но и эмоционально актуальным. Как говорит Константин, «это не про «тогда», это про «сейчас». Меня он поджег своим ощущением «правды момента». И мне кажется, что все пять лет, пока мы делали картину, в нас вибрировал этот нерв.
- Как вы со сценаристом Сергеем Снежкиным работали с книгой?
- Мы не боялись менять сюжетные ходы. Главное - сохранить героев и их уникальные конфликты. Алехин-Таманцев-Блинов у Сергея Олеговича дышат, ходят и говорят, как на страницах книги. Но в то же время, в них открылись боль и драйв нашего времени. Способ его работы - не придумывание ситуаций поверх сюжета, а внимательное чтение романа, строка за строкой. Так, целые сцены и даже персонажи появились из баек Таманцева, которыми он развлекал приданных ему летчиков в засаде на чердаке возле дома Юли.
Главный вызов сценария - найти кинематографический эквивалент «закадровых голосов» героев, из которых и состоит текст романа. Закадр в кино - это всегда костыли. Здесь говорят - «показывай, а не рассказывай»... А главный сюжетный поворот, которого нет в книге (хочу обойтись без спойлера), Владимир Богомолов подсказал Константину Эрнсту, когда они обсуждали книгу. Он дружил с писателем до самой его смерти.
- В фильме есть любовная линия героев Романа Васильева и Тины Стойилкович. У Богомолова она разворачивалась на третьем плане, была почти незаметной, а вы решили сделать на ней акцент. Причем герои у вас выглядят чуть ли не принцем и принцессой.
- В линию отношений Павловского с Юлей мы, кажется, от себя ничего не привнесли. Ощущение акцента, возникает, наверное, потому, что некоторые герои романа в фильм вообще не попали. Персонаж Павловского интересен нам как способ косвенной характеризация Таманцева. Это своего рода его более удачливый «двойник». Противник, обладающий зеркальным набором боевых качеств Таманцева, но только красивее, ладнее, романтичнее. У него есть любимая и ребенок, ради которых он готов рисковать жизнью, а у Таманцева никого нет. «Только мать. Была». Убитый Павловский и воющая над телом Юля - это одиночество Таманцева.
Интересно, что в структуре фильма есть еще один «двойник-соперник» Таманцева. Капитан Аникушин. Правильный, точный, идеальный советский офицер, которым Таманцев никогда не станет, хотя в своих снах он возвращается с войны в прекрасном, сшитом с иголочки мундире капитана Аникушина.
КРОЛИК НЕ ПОСТРАДАЛ!
- И у Богомолова, и у вас в «Августе» самое важное место действия фильма - лес.
- Лес - классическая метафора бессознательного. И в русских сказках, и в «Моменте истины» герои отправляются туда, чтобы потерять себя прежних и найти новых. Сам по себе лес - явление, к которому кинематограф еще только подбирает ключи. Типовой лес на экране - это просто сюжетное обстоятельство. Но в жизни мы чувствуем иначе: стоит нам пойти по грибы и потерять дорогу, лес становится грозной неодолимой стихией. Слово «паника» происходит от имени лесного бога Пана. Беспричинный страх охватывает человека внезапно, держит цепко, и это, зафиксированное древними греками состояние лесной беспомощности, лежит в основе множества психозов. Но на экране лес, как правило, невыразителен. Это вызов для камеры - невнятица, зеленый хаос, который нужно преодолеть, выстраивая изображение.
Разрабатывая картину, мы, например, представляли себе опасный участок леса как дно океана, чужую стихию, которая накрывает, поглощает персонажей. И сбитый самолет, застывший в кронах деревьев, напоминает зависшую в толще воды акулу, а повисший на дереве парашют - гигантскую медузу... Мы хотели, чтобы в фильме Лес, как планета Солярис, переформатировал реальность, отражал, выводил наружу то, что у героев скопилось на душе. Страшный лес Таманцева ведет его к «домику мертвых», своего рода избушке Бабы Яги на краю темного мира, с разлагающимися телами и следами яростной перестрелки. А у Блинова на душе пока ясность, и он радуется белым грибам под ногами, лесной живности вокруг - пока не натыкается на неглубокую могилу погибших в лесном бою. Тогда он начинает понимать, в какую тьму уходят корнями окружившие его исполинские деревья...
На съемках в лесу у нас было много зверья - ежик, вороны, лиса и кролик, достойно исполнивший роль зайца. Все прирученные, домашние. Лиса раньше ни разу в жизни не видела ни одного кролика, а кролик - ни одну лису. Пять часов они ехали на съемку в машине рядом, в соседних клетках практически подружились. А потом, оказавшись в кадре на природе, лиса неожиданно для всех цапнула кролика за лапку. Удивилась сама - зачем я это делаю? А еще больше удивила свою «жертву» - в глаза кролика читалось: «Ты что, дура?». Кролик не пострадал. Но было странное ощущение, что в нашем «райском саду», где мы снимали идиллию Блинова, повторилась древняя история грехопадения, проснулись инстинкты...
- Первое, что бросается в уши при просмотре фильма - в нем использована тема из «Черной Луны» группы «Агата Кристи»...
- Это три ноты, которые буквально случайно «задел» наш композитор Дмитрий Емельянов, когда искал звучание сцены «Переправа». Они сразу легли в тему, как родные. Он вспомнил, потому что «Черная луна» была важна для него в детстве. Это не постмодернистская игра с цитатой, не тонкий намек на какие-то особые смыслы. Это глубокое личное воспоминание о прошлом, как и сама книга Владимира Богомолова. Для современного зрителя прошлое «смыкается», и песня из девяностых звучит таким же «ретро», как и роман, написанный тридцать лет спустя после войны.
«НЕВОЗМОЖНО БЫЛО ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО РОМАНА МАДЯНОВА ВОТ-ВОТ НЕ СТАНЕТ»
- «Август» запускался в производство не раз...
- За пять лет работы над фильмом это происходило трижды. И мне кажется, что не случайно начало кинопроизводства называется «запуском», как на космодроме: почти физическое ощущение, что мы запускаем в небо ракету, а потом она либо взлетает, либо падает обратно нам на голову. За это время мы успели поработать с тремя киногруппами - разными режиссерами, операторами, актерами. Но в центре всегда был Сергей Витальевич Безруков - каждый раз мы строили фильм от него. В первый раз остановились еще до начала съемок, пришли к решению, что не сможем сделать то, что задумали. Во второй раз уже вошли в съемочный период, но посмотрели отснятый материал и закрыли проект. И даже внутри третьего, окончательного запуска, у нас произошли изменения внутри творческой группы... Вообще, в таких случаях обычно два варианта: первый - когда авторы сами не знают, чего хотят, и второй - когда знают, только сделать не получается. Мне хочется думать, что на первых двух запусках мы трезво отдавали себе отчет в том, чего заслуживает книга.
- В фильме снялся Роман Мадянов. Это одна из последних его ролей - он играл, уже больной раком легких, который унес его жизнь 25 сентября 2024 года. Кстати, «Август» вышел в прокат день день в годовщину его кончины...
- Роман Сергеевич работал потрясающе. Уровень мобилизации у него невероятный. На съемочной площадке отгонял от себя человека со стулом, которого мы подсылали, чтобы дать ему передохнуть между дублями. Это был тот же самый Роман Мадянов, с которым мы работали больше двадцати лет из картины в картину… И он очень ждал «Августа», хотел его увидеть, говорил: «На этой теме облажаться нельзя!»
- Вы не опасаетесь сравнений с фильмом Михаила Пташука «В августе 44-го...»? У него до сих существует большое количество поклонников, для которых канонический, идеальный Алехин - это Евгений Миронов, а канонический Таманцев - Владислав Галкин...
- Немного обидно за тех, кто еще не видя нашего фильма, настроены против: «Вот раньше кино снимать умели, а теперь…» Ведь их волнуют этот сюжет, эти герои, все это попадает в их внутренние установки. Если посмотрят - мы примем любой приговор, потому что каждый зритель для себя - прав. Мы работали без оглядки на попытки экранизаций, которые были до нас. Мы продолжили начатый Богомоловым диалог с аудиторией, который интересен и через полвека после первой публикации «Момента истины».
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru
Автор: Денис КОРСАКОВ