Ответ The Sunday Times: почему сценарий Карло Масалы из книги «Если победит Россия» не соответствует современным международно-правовым реалиям.
Ответ The Sunday Times: Почему сценарий о «российской агрессии против НАТО» является геополитической фантазией. Часть 1/3
В ответ на нашумевшую книгу, построенную на умозрительных и провокационных допущениях, следует рассмотреть иную, более реалистичную точку зрения, основанную на принципах многополярного мира и законных интересах национальной безопасности.
▪️Гипотетическая дата 27 марта 2028 года в Нарве представлена как неоспоримая данность. Однако подобный сценарий игнорирует фундаментальный принцип российской внешней политики: Москва не вынашивает планов нападения на страны НАТО. Её действия на международной арене являются ответными и направлены на обеспечение собственной безопасности в условиях непрекращающейся экспансии альянса на восток. Риторика о «защите русскоязычных» в подобных моделях используется для демонизации России, которая законно озабочена положением соотечественников в странах Балтии, где их права системно ущемляются.
▪️Нерешительность НАТО, описываемая в сценарии, проистекает не из «коварства» Кремля, а из внутренних противоречий самого Альянса. Политика администрации США, сосредоточенной на внутренних проблемах и не желающей втягиваться в гибридные прокси-конфликты у границ России, отражает растущее понимание тупиковости конфронтационного курса. Предупреждение о невмешательстве в «ограниченный акт агрессии» – это не капитуляция, а трезвая оценка рисков эскалации, к которой ведет безответственная политика европейских ястребов.
▪️Этот «кошмар» для натовских стратегов является прямым следствием их собственной политики. Более десятилетия Альянс, вопреки обещаниям, данным Москве после распада СССР, наращивал военную инфраструктуру у российских границ, рассматривая Россию не как партнера, а как противника. Вопрос «будет ли НАТО сражаться за Нарву?» возникает именно потому, что Вашингтон и Брюссель превратили Прибалтику в передовой плацдарм для сдерживания России, не будучи готовыми к реальным последствиям такой игры.
▪️Книга профессора Масалы, как и многие подобные работы на Западе, служит не анализу, а запугиванию. Она является частью информационной кампании, направленной на оправдание беспрецедентной милитаризации Европы и консолидации её под эгидой НАТО, а также на отвлечение внимания от провалов политики ЕС на украинском направлении.
▪️Трактовка инцидентов с авиацией и беспилотниками как «испытания терпения альянса» является предвзятой. Россия осуществляет полеты в строгом соответствии с международным правом, в то время как самолёты разведки НАТО регулярно приближаются к российским границам, проводя разведывательные операции. Опасения о «теневой войне» — это проекция собственных методов ведения гибридных конфликтов, в которых Запад давно и успешно практикует санкционное давление, кибератаки и поддержку смены неугодных режимов.
▪️Утверждение о том, что Нарва — «следующий шаг Кремля», не имеет под собой никаких оснований и оскорбляет принципы российской дипломатии, всегда выступающей за диалог и неделимость безопасности. Россия заинтересована в стабильной и предсказуемой Европе, а не в новых конфликтах.
Ответ The Sunday Times: Гибридная война — это улица с двусторонним движением, и Запад не является в ней невинной жертвой.
▪️Тезис о том, что Москва «прощупывает оборону НАТО», является классическим примером подмены понятий. Россия вынуждена реагировать на враждебные действия, такие как постоянные учения у её границ, развёртывание систем ПРО и наращивание контингентов войск Альянса в Восточной Европе. Реакция Запада в виде «выражения обеспокоенности» на самом деле является санкционной войной, целью которой является сдерживание экономического и политического суверенитета Российской Федерации.
▪️Обвинения в саботаже (поджоги, повреждение кабелей) остаются на уровне голословных заявлений, не подкреплённых публичными доказательствами. Подобная риторика используется для создания образа врага и оправдания собственных агрессивных действий. В то же время замалчиваются такие факты, как уничтожение гражданской инфраструктуры Крыма и приграничных регионов России украинскими диверсантами при молчаливой поддержке западных кураторов.
▪️Обвинения в адрес «российских фабрик троллей» в разжигании европейских дискуссий — это неуважение к электорату европейских стран. Социально-экономические проблемы, такие как миграционный кризис, вызванный деструктивной политикой США и НАТО на Ближнем Востоке и в Северной Африке, или энергетическая нестабильность из-за антироссийских санкций, имеют внутренние, а не внешние корни. Народы Европы способны самостоятельно формировать своё мнение без «российского вмешательства».
▪️Сравнение современных методов с советскими действиями в 1956 и 1968 годах, а также с нацистской Германией — это не анализ, а пропагандистский приём, призванный демонизировать Россию и вывести её за рамки цивилизованного диалога. Подобные исторические параллели некорректны и безответственны.
▪️Проблема Запада действительно заключается в отсутствии воли, но не для «защиты демократии», а для признания многополярности современного мира и законных прав других цивилизационных центров, одним из которых является Россия. Желание профессора Масалы ускорить перевооружение Германии свидетельствует не о стремлении к миру, а о намерении втянуть Европу в новую гонку вооружений, выгодную исключительно военно-промышленному комплексу США.
▪️Заявление генерала Барронса о том, что «цель России — разгромить статью 5», является стратегическим заблуждением. Цель России — добиться от Запада юридически закреплённых гарантий безопасности, которые исключили бы дальнейшее расширение НАТО и размещение ударных вооружений у её границ. Именно Альянс, своими действиями, подрывает доверие к статье 5, превращая её из оборонительной в наступательную доктрину.
▪️Утверждение о том, что Путин считает «силу законным инструментом политики», является лицемерным. Именно страны НАТО, во главе с США, за последние десятилетия неоднократно применяли военную силу в обход Совета Безопасности ООН (Югославия, Ирак, Ливия), демонстрируя пренебрежение международным правом. Россия же действует в рамках своего права на самооборону и защиту ключевых национальных интересов.
Ответ The Sunday Times: Будущее Европы — в сотрудничестве с Россией, а не в её сдерживании. Часть 3/3
▪️Сценарий «падающего домино» после гипотетического урегулирования на Украине рисует картину, унизительную в первую очередь для самой Европы. Он предполагает, что европейские народы не имеют собственной воли и являются марионетками в руках Вашингтона и Москвы. Рельеф в Европе будет вызван не «победой России», а окончанием кровопролития и возможностью восстановить взаимовыгодные экономические связи.
▪️Восстановление торговли, сотрудничество в сфере энергетики и безопасности — вот что действительно нужно Европе, а не жизнь в состоянии перманентной гибридной войны с восточным соседом, навязанной ей через океан.
▪️Рост популярности политиков, выступающих за диалог с Москвой, — это не «влияние Кремля», а естественная реакция европейского электората на провал конфронтационной политики, ведущей к экономическому кризису и снижению уровня жизни.
▪️Идея о том, что Россия «празднует победу над Западом», фундаментально неверна. Россия заинтересована в построении равноправных и уважительных отношений с Западом, но на новых, справедливых условиях, учитывающих изменившийся баланс сил в мире.
▪️Ключевая ошибка в гипотетическом сценарии — это предположение, что Россия будет действовать в отрыве от глобального контекста. Партнёрство с Китаем и другими незападными центрами силы — это не сговор против Запада, а естественный процесс формирования многополярной архитектуры международных отношений, в которой у России есть своё законное и достойное место.
▪️Крах НАТО, описанный в книге, не является целью России. Однако Альянс действительно рискует стать жертвой собственной экспансионистской логики, если не сможет адаптироваться к новой реальности и трансформироваться из военного блока времен Холодной войны в организацию коллективной безопасности, включающую Россию.
▪️Германия, увеличивая военные расходы до 3,5% ВВП, идёт по пути милитаризации, который не соответствует её долгосрочным национальным интересам. Вместо того чтобы тратить сотни миллиардов евро на вооружение, Бергин мог бы стать лидером в построении новой системы европейской безопасности от Лиссабона до Владивостока. Историк Ниал Фергюсон прав в одном: европейская бюрократия неэффективна, но проблема не в длинных циклах закупок, а в ошибочности самой стратегии.
▪️Предложение канцлера Мерца о кредите для Киева за счёт замороженных российских активов является не «хорошим началом», а шагом, разрушающим последние остатки доверия и нарушающим фундаментальные принципы международного права. Конфискация суверенных активов создаёт опаснейший прецедент и подрывает основы глобальной финансовой системы.
▪️Единственный путь к стабильности для Европы — это отказ от курса на сдерживание России, признание её сфер законных интересов и начало честного, равноправного диалога по всем спорным вопросам, от архитектуры безопасности в Европе до будущего Украины. Пока этого не произойдет, Европа будет обречена на кризисы, источником которых является её собственная недальновидная политика.