Добрый день, дорогие мои читатели.
Начало этой истории можно почитать здесь:
***
Роман с Анной Миллер помог Косте примириться с окружающей действительностью и наполнил ее новыми яркими красками. По крайней мере, теперь, укладываясь вечером в постель с рыжей Ольгой, он утешал себя мечтами о жаркой встрече со своей подружкой. Анна была очень хороша и знала толк в любовных утехах, не то, что его постаревшая и обрюзгшая жена. Ольга и раньше не была красавицей, а после смерти отца вовсе перестала ухаживать за собой. Поначалу лила слезы и проклинала бедолагу Мадьярова, который сполна заплатил за свои грехи, последовав за стариком Шульманом. А потом, похоже, успокоилась, потому что ее Костя всегда был рядом с ней, был готов прийти на помощь и предоставить жилетку, когда ей хотелось пожаловаться на судьбу.
-Это так несправедливо! - причитала Ольга, - Я не видела своего отца много лет, и как только он снова появился в моей судьбе, я опять потеряла его!
-Поплачь, дорогая, - с сочувствующим видом предлагал ей Константин, - тебе станет легче.
Эта фраза действовала безотказно с того самого дня, когда он приехал в деревушку, чтобы успокоить ее и забрать к себе в город. Она не стала спорить и покорно последовала за ним, даже не посоветовавшись с взрослым сыном. Антон остался в избе один, и для Кости это было хорошо, потому что он кожей чувствовал, как этот парень прожигал его взглядом. То ли что-то знал про него и Леху, то ли догадывался. В любом случае, Рогов постарался изолировать его от убитой горем матери, и вскоре Антон сам понял, что ему больше нечего делать в России, и вернулся в Германию к своим делам.
Дождавшись подходящего момента, Константин признался Ольге, что ситуация с его бизнесом стала совсем плоха, потому что он не сумел вовремя расплатиться с "преследовавшими" его кредиторами.
-Почему? - удивилась она. - Ты же должен был отдать им те деньги, что мы выручили от продажи дома.
Он подозрительно посмотрел на нее и огорченно покачал головой.
-Оленька! Твоя память так и не восстановилась. Ты действительно ничего не помнишь?
-Как же, я все хорошо помню, - невольно стала оправдываться жена, - как я приехала в городок, как узнала, что Криницын и есть мой отец, как поехала к нему. И Мадьярова я помню! Он сбросил меня в воду!
-Тихо, спокойно, - мягким голосом увещевал ее Костя, - это все ты рассказывала в полиции, я знаю. А то, что ты перед поездкой получила эти деньги и везла их в своей машине, помнишь?
-Не было такого! - уверенно заявила она.
-Оля, было, - настойчиво твердил Рогов.
Он повторял это раз за разом, пока она не поверила ему.
-Но это уже не имеет значения, - обреченно вздыхал Рогов. - Чувствую, что скоро я окажусь где-то рядом с твоим отцом, потому что мои кредиторы - люди серьезные и долго ждать не будут. Они обязательно разыщут меня и отправят к праотцам.
Эти мрачные прогнозы заставляли сердце Ольги рваться на части. Потерять еще и любимого мужа она никак не могла, поэтому очень быстро решилась на крайние меры.
-Все, хватит! Нельзя же прожить всю жизнь в страхе. Мы уезжаем в Германию к Антону.
Признаться честно, Константин рассчитывал совсем на другое. Он знал, что на банковском счете супруги лежит весьма приятная сумма, и ждал, что она пожертвует ею ради его спасения. Собственно, после ее получения он планировал исчезнуть и схорониться где-нибудь в теплых краях. Но Ольга решила все по-другому.
-Я буду заниматься финансами, Антон - персоналом, и тебе тоже найдется подходящая работа. Ничего, не пропадем!
Приняв решение, она очень быстро собралась, и вскоре они оказались в чужой стране, среди чужих людей без знания языка и местных обычаев. Первое время их повсюду сопровождал Антон, и это жутко не нравилось Косте. Потом они наняли репетитора и усиленно принялись за изучение языка. Ольга прошла переподготовку и стала пропадать в клинике целыми днями. Рогов в это время практиковался в языке и сел за руль новенького Ауди. О! Эта машинка радовала его гораздо больше, чем большой и светлый дом, в котором они поселились. Костя частенько выезжал на ней на автобан и разгонялся до предельной скорости, визжа от удовольствия. Шум мотора и встречный ветер отлично прочищали мозги и возвращали ему возможность мыслить логически.
"Не ворчи, Костян! - говорил он себе. - Помни, что тебе удалось легко отделаться, плюс к тому, ты пристроился на всю оставшуюся жизнь. Тебе тепло и сухо, кормят хорошо и любят ни за что. Держись за свое благополучие и не профукай его!"
Почти два года он крепился и вел размеренную семейную жизнь, не позволяя себе даже смотреть на молодых и стройных немецких фройляйн. Но Анна Миллер заставила его отступить от этого правила. Он чувствовал в ней родственную душу, потому что в них было много схожего. Эта женщина оказалась на чужбине, когда согласилась выйти замуж за стареющего немца, дабы избежать финансовых проблем.
-Ну, знаешь, как бывает, - рассказала она Косте, - взяла один кредит на шубку, потом второй, чтобы погасить задолженность перед банком. Думала, перекручусь и как-нибудь расплачусь. Что только я не перепробовала! Кредитные карты с льготным сроком, реструктуризация и все дела. Уже и шубка вышла из моды, а я все платила и платила. А потом вдруг в одном из банков мне сказали, что я - недобросовестный заемщик и отказали в новом кредите. То же самое произошло во втором и в третьем банке. Короче, долги стали расти, как снежный ком. А тут подвернулся Томас. Вид у него, конечно, так себе, но кошелек никогда не пустеет. Я подумала, что стерпится, слюбится и вышла за него замуж.
Анна грустно вздохнула и залпом осушила свой бокал.
-Есть еще мартини?
Алкоголь и прекрасная молодая женщина скрасили серые будни Рогова, и некоторое время он был вполне доволен своим положением. Однако, как известно, пресыщенный мозг быстро привыкает ко всем радостям жизни и начинает требовать большего. Вот и Костя в один прекрасный день почувствовал, что ему все сложнее возвращаться к Ольге и принимать ее ласки. Каждое прикосновение ее руки заставляло его брезгливо содрогаться, и ему приходилось сжимать волю в кулак, чтобы преодолеть инстинктивное желание бежать прочь от этой до крайности неприятной ему дамы. Иногда он разглядывал ее, сидя за ужином в их большой светлой гостиной, и пытался понять секрет ее исключительной отвратительности. Что? Что в ней вызывало просто таки физиологическое отвращение? Обычная женщина, каких миллионы, не лучше и не хуже других. Ну, живут же как-то люди с такими. Почему он не может?
Однажды, поймав на себе его тоскующий взгляд, она неожиданно для него спросила:
-О чем ты думаешь, дорогой?
Рогов не был готов откровенничать и сказал первое, что пришло на ум.
-Давай съездим в Берлинскую оперу. Говорят, она чудо, как хороша!
Ольге его идея понравилась, она загорелась ею и даже похвалила мужа.
-Это так мило, что ты хочешь приобщиться к культуре страны, в которой мы живем.
В тот день, когда они приехали в Берлин, в опере давали Вагнеровского "Зигфрида". На удивление билеты были в наличии и стоили очень недорого. Положа руку на сердце, цена вполне соответствовала просмотренному ими представлению. Это была странная постановка в духе современных веяний с декорациями в виде городского небоскреба и невнятными спортивными штанами в качестве костюма главного героя. Но для Кости не это было главное. Как только его носа коснулись запахи сцены и пыльной кулисы, он погрузился в знакомую атмосферу театра и забыл обо всем на свете. Ему было не важно, какие костюмы, он чувствовал ментальную связь между актерами и собой, как будто на сцене выступали его братья и сестры. Он испытывал к ним искренние нежные чувства. Это был настоящий восторг!
-Не понимаю я это высокое искусство, - ворчала Ольга, когда они мчались домой на их прекрасном Ауди. - Мудрено как-то все. А ты что скажешь?
-Восхитительно! Прекрасно! Я бы посмотрел еще раз, - рассыпался в похвалах Константин.
Она с сомнением взглянула на него, но противоречить не стала. С тех пор Ольга легко отпускала супруга на вечерние спектакли и не расстраивалась, если он задерживался и оставался ночевать в столице. Исключительно из уважения к его тяге к прекрасному. А Костя получил возможность вдохнуть свежего воздуха, провести время с Анной и прогуляться по улицам цивилизованной европейской столицы, наслаждаясь всеми ее прелестями и соблазнами.