До революции
1 октября 1918 года Совнарком выпустил Декрет о призыве в Красную Армию бывших офицеров и военных чиновников. При этом особо оговаривалось, что в случае измены семьи призванных будут репрессированы.
Такая оговорка имела основания. К середине осени 1918 года из Красной Армии к белым перешел ряд самых высокопоставленных командиров. И это, само собой, не считая офицеров, занимавших гораздо менее значимые должности.
Среди бывших офицеров, давших основания сомневаться в лояльности военспецов, был и бывший командарм-3 (командующий 3-й армией) Борис Богословский. Правда, прокомандовал армией у красных он всего один день, но тем не менее.
Борис Петрович Богословский родился 23 июня (6 июля) 1883 года в семье врача. Окончил кадетский корпус, затем Михайловское артиллерийское училище (1902 год). До 1913 года числился во 2-й гренадерской артиллерийской бригаде.
С 1913 года, то есть по окончании Николаевской академии Генштаба, штабс-капитан Богословский, как причисленный к Генштабу, переходит на службу в высших штабах. Для начала в XXV армейском корпусе.
С этим корпусом вступил в первую мировую войну. В приказах отмечена личная храбрость Богословского. О том же свидетельствуют многочисленные награды: в рядах XXV корпуса Борис Петрович получил Станислава, две Анны и Владимира 4-го класса, кроме того, Георгиевское оружие.
В сентябре 1915 года произведенный в подполковники Богословский переведен в штаб 4-й армии. В этом чине он и оставался вплоть до революции.
Накануне прихода к власти большевиков в октябре 1917 года подполковник Богословский переведен на преподавательскую деятельность в Академию Генштаба.
На службе у красных
Продолжая работать в Академии, Богословский и его сослуживцы фактически находились на службе в Красной Армии.
Для многих офицеров в первые месяцы Советской власти характерно проявление инертности. Служишь и служишь, получаешь паёк, ждешь, чем всё это кончится. Подавляющее меньшинство бросало всё – службу, семьи, дом – и пробиралось на Дон или, например, на Украину. Сохраняла инертность и Академия.
Что касается Бориса Богословского, то его служба у красных не ограничивалась только преподаванием в Академии. Он привлекался к работе комиссии по разгрузке Петрограда, организовывал штаб Петроградского военного округа. Богословский мог сколько угодно ненавидеть большевиков, но нет никаких определенных сведений о его антибольшевистской деятельности.
В апреле 1918 года Богословский вслед за Академией перебазировался в Екатеринбург.
Вследствие мятежа Чехословацкого корпуса летом 1918 года здесь сложилась тяжелая обстановка. На Урал наступала группировка чехов во главе с Сергеем Войцеховским. Между прочим, Богословский и Войцеховский – однокурсники по учебе в Академии.
Как и почему командующим 3-й армией назначили именно Богословского? Чёткого ответа нет. Обстановка в красных частях Восточного фронта была мутная. Во-первых, только что 10-11 июля произошел мятеж главкома Муравьева. Новый главком Вацетис не мог разобраться в обстановке. Да и организованных частей как таковых еще не существовало.
Сам Вацетис был точно таким же военспецем. Академию Генштаба он окончил в 1909 году. Возможно, знал Богословского лично. А если нет, то порукой профессионализма Бориса Петровича были многочисленные положительные аттестации времен царской армии. Вот только ничего о его политической благонадежности не знали.
Как бы то ни было, а 20 июля 1918 года Вацетис подписал директиву о формировании 3-й армии и назначении командующим Богословского:
«Все отряды бывшего главкома Берзина составляют 3 армию, командующим которой назначается преподаватель академии генштаба Богословский».
Андрей Ганин, насколько возможно тщательно изучивший жизнь Богословского, определил, что до 22 июля тот определенно еще не вступил в командование. Единственный свой день на посту красного командарма Борис Богословский провел 23 июля 1918 года. Он много совещался, выслушивал доклады о состоянии вверенных ему войск, выказывал профессионализм и деловой подход.
А уже 24 июля утром Богословского в Екатеринбурге не было. 25 июля в город вошли белые. Вряд ли переход Богословского как-то повлиял на такой исход наступления белых. Красные части были разбросаны на широком фронте и не организованы. С командармом или без, а Екатеринбург пал бы непременно.
На службе у белых
Подробности перехода бывшего командарма на сторону белых неизвестны. Но уже 28 июля 1918 года отдается приказ о назначении Богословского начальником штаба Средне-Сибирского корпуса Анатолия Пепеляева.
Где-то там, за Омском ближе к Иркутску, Богословский познакомился с Радоло Гайдой. В августе 1918 года Борис Петрович занял пост начальника штаба Восточного фронта, которым в тот момент командовал Гайда.
Так дальше и служили эти два генерала (чин генерал-майора Богословский получил в декабре 1918 года). Перемещался Гайда – за ним шел и его начальник штаба Богословский. В октябре они переехали в Екатеринбург, где Гайда возглавил Екатеринбургскую группу. В декабре генералы уже во главе Сибирской армии, развивающей наступление на Пермь и дальше.
Вообще современники склонны были приписывать успехи Гайды именно его начальнику штаба. Без всяких сомнений, «академик» Богословский был куда более подкован в военном деле, чем чешский «аптекарь».
Возможно, это утверждение следует продолжить: значит, и поражения Сибирской армии должны быть отнесены на счет начальника штаба. В частности, генерал Будберг (военный министр Колчака) отмечал нежелание Гайды и Богословского взаимодействовать с соседом – Западной армией.
Наверняка Богословский желал подняться выше. Какому «академику» понравится находиться под началом «аптекаря»? Наконец, летом конфликт Гайды и Колчака зашел так далеко, что встал вопрос об отставке чешского легионера.
Временно заменявший уехавшего командующего Богословский тут же погнал войска Пепеляева на штурм Глазова. Возможно, таким образом генерал-майор хотел зарекомендовать себя в качестве нового кандидата на роль командующего.
Но не вышло. Ценой больших потерь Пепеляеву удалось на несколько часов овладеть городом. А потом корпус покатился назад. Атака на Сарапул вообще не удалась.
Конец
В итоге этих действий Богословского сняли вместе с Гайдой (начало июля 1919 года). Некоторое время Богословский находился в распоряжении штаба Верховного, возглавлял некоторые инспекции.
Последний взлет накануне окончательного падения произошел в декабре 1919 года. Тогда Главкомом был назначен Каппель, а его начальником штаба Богословский. На этом посту Борис Петрович пробыл всего около двух недель.
29 декабря в результате взрыва эшелона с боеприпасами сам Богословский был легко ранен. Тяжелое ранение получила его супруга. Транспортировать ее с отступающей армией (а мы знаем, в каких обстоятельствах отходил Каппель) было невозможно. Борис Петрович решил остаться с женой и 6 января 1920 года сдался красным.
Прощать беглого командарма большевики не собирались. Его помотали по инстанциям и судили. Причем судили не только за измену, но и за то, что как начальник штаба Богословский контролировал работу контрразведки, то есть был замешан в расстрелах и расправах.
18 июля 1920 года Борис Петрович Богословский был расстрелян.
------
Все очерки рубрики Красные и белые: