Елена присматривала за пассажирами, которые поднимались по трапу, и пыталась сразу понять, от кого можно ждать проблем во время полёта. В её обычной работе это стало нормой, потому что каждый рейс приносил новых людей и неожиданные моменты. Вдруг она заметила мужчину, который явно мог создать неприятности. Высокий, в крутом костюме, с золотой цепью на шее толщиной в палец. Он смотрел на всех вокруг так, будто они не люди, а мусор. Уже слегка поддатый, он с ходу начал требовать к себе особого внимания.
— Милая, подойди-ка сюда, — заорал он на весь салон, уставившись на Елену. — Налей мне коньяку, но только не какую-то фигню, которую вы здесь подаёте. Я сразу пойму, если это подделка. Тебе вообще здесь не место, если не умеешь нормально обслуживать клиентов. И закуску какую-нибудь принеси, чтобы не сухомятку.
Обдав её злым взглядом, он добавил с раздражением:
— И шевелись быстрее. Я не собираюсь здесь торчать в ожидании, как какой-то лох.
Как ей хотелось ответить резко, что он уже набрался в аэропорту и что их коньяк всегда нормальный, без подделок. Ещё сказать, что не ему решать, подходит ли она для этой работы или нет. Но вместо этого она, как ни в чём не бывало, улыбнулась и ответила спокойно, стараясь не показать раздражения:
— Мы сейчас взлетим, так что потерпите, пожалуйста. Пристегните ремень безопасности, и я всё организую, как только будем в воздухе. Не волнуйтесь, всё будет в порядке.
— Ты вообще понимаешь, с кем ты сейчас разговариваешь? — возмутился бизнесмен, шипя от злости и наклоняясь ближе, чтобы его слова звучали угрожающе.
В этот момент, к счастью Елены, к ней повернулась его соседка. Стройная брюнетка в чёрном платье, примерно одного возраста с этим скандалистом, помахала рукой, чтобы та подошла ближе.
— Девушка, я вас очень прошу, помогите мне с этим, — сказала она тихим, но настойчивым голосом. — Пересадите меня, пожалуйста, в эконом-класс. Может, найдёте кого-то, кто согласится поменяться местами? Я уверена, люди с радостью полетят в бизнес-классе за те же деньги, это же гораздо удобнее.
Увидев удивление на лице Елены, женщина поманила пальцем, чтобы та наклонилась поближе. Когда стюардесса склонилась, она прошептала на ухо, стараясь, чтобы никто не услышал:
— Я умею чувствовать будущее, и мне только что пришёл сигнал — мне нужно быть там, в эконом-классе, а не здесь. Иначе может случиться что-то очень плохое, непоправимое, понимаете?
Елена внимательно посмотрела на неё. Женщина не выглядела сумасшедшей, да и Елена привыкла выполнять странные просьбы пассажиров, которые иногда бывают необъяснимыми. Недовольный бизнесмен, услышав краем уха что-то про гадание или знаки, истерично засмеялся, а потом с ехидной усмешкой повернулся к женщине и сказал:
— Ой, да ладно, ещё скажи, что ты увидела в своих видениях, как весь бизнес-класс летит в пропасть, а эконом-класс каким-то чудом выживает. Ха, какие вы, женщины, все такие глупые и суеверные, верите в эту чушь.
Договорив, он перевёл взгляд на Елену и добавил с раздражением:
— Надеюсь, как только мы взлетим, ты сразу принесёшь мне выпить и поесть, без всяких отговорок.
Зайдя в эконом-класс, она почему-то сразу среди всех заметила седого старика, сидевшего с закрытыми глазами. Елена осторожно коснулась его плеча и, объяснив ситуацию как можно яснее, предложила:
— Извините, пожалуйста, за беспокойство, но у меня есть предложение — хотите пересесть в бизнес-класс? Там будет гораздо удобнее, кресла просторнее, места больше, так что вы сможете даже нормально вздремнуть без тесноты.
К её радости, старик не стал отказываться и просто кивнул в согласии.
Она вздохнула с облегчением, подумав, что хотя бы одна странная проблема решена, но через пару минут поняла, что это переросло в большую историю. Как только подвыпивший бизнесмен увидел, кого она сажает рядом с ним, он просто взорвался от ярости.
— Вы что, совсем с ума сошли? — заорал он, вставая с места. — Почему я, заплатив такие деньги за билет, должен лететь рядом с каким-то нищебродом? Это же бизнес-класс, а не помойка!
Старик испуганно посмотрел на неё и был готов вернуться назад на своё место. Но Елена улыбнулась ему ободряюще.
— Не волнуйтесь, пожалуйста, я всё улажу, и никто вас не обидит. Просто садитесь, и мы разберёмся.
Самолёт готовился к взлёту, и она повернулась к скандальному пассажиру, стараясь говорить спокойно.
— Подождите ещё пару минут, и как только мы будем в воздухе, я принесу вам всё, что есть в нашем меню — и напитки, и еду. Надеюсь, это поможет вам расслабиться и улучшит настроение.
Пассажир злобно сверкнул глазами, но ничего не сказал и отвернулся к окну, бурча себе под нос. После взлёта, будто отыгрываясь за подсаженного старика, бизнесмен начал дёргать её просьбами каждые пять минут.
Она очень надеялась, что этот вредный тип, выпив свою дозу алкоголя и набив живот едой, наконец успокоится и, может, даже уснёт. Но нет — он разошёлся ещё сильнее и оскорблял старика почти без остановки. Елена пыталась его утихомирить, но это казалось бесполезным. Он слышал только себя, а остальных как будто не замечал.
И вдруг ей пришла идея. Она вышла в эконом-класс и, подойдя к гадалке, тихо попросила, наклонившись ближе:
— Вы не могли бы теперь мне помочь с этой ситуацией? Этот пассажир никак не угомонится, не даёт старику нормально долететь в спокойствии. Может, вы ему погадаете или что-то скажете, чтобы он хоть на время притих и не буянил?
Женщина подняла на неё свои чёрные, как уголь, глаза, и Елена впервые заметила, насколько острый у неё взгляд. Загадочно улыбнувшись, пассажирка встала и тихо, чтобы не услышали другие, ответила:
— Почему бы и нет? Я вижу, что вы в беде, и тем более вы мне помогли с пересадкой, так что это будет справедливо.
Женщина подошла к богачу и сказала что-то тихо, на что он, усмехнувшись, ответил саркастически:
— Ладно, давай, посмотрим, что ты мне здесь наплетешь, шарлатанка. Только без глупостей, я не верю в эту ерунду.
Елена старалась не попадаться дебоширу на глаза, но любопытство брало верх, и она, встав чуть дальше за его креслом, начала подслушивать. Гадалка несколько минут смотрела на ладонь, а потом стала рассказывать о неприятностях, которые ждут богача, если он не бросит пить. Тот, злобно выдернув руку, рявкнул:
— Так я тебе и поверил в эту чушь. Сразу понял, что ты обычная шарлатанка, которая хочет денег с меня срубить за свой бред и выдумки.
Гадалка молча повернулась и, ничего не сказав, ушла в эконом-класс. Как же Елене хотелось поставить этого негодяя на место. Но она на работе.
— Может быть, вы хотите заказать что-то ещё из меню или напитков? — спросила она, стараясь звучать вежливо.
Он посмотрел на неё мутными глазами и уже собирался сказать какую-то гадость, как вдруг Елена увидела, что бизнесмен побледнел, глаза закатились.
— Оля, пассажиру плохо, кажется, это сердечный приступ, — крикнула она напарнице и, подбежав, стала быстро опускать кресло в лежачее положение, чтобы ему было легче дышать.
То, что случилось дальше, стало полной неожиданностью. Старик рядом попросил её отойти в сторону и, быстро осмотрев грубияна, начал делать непрямой массаж сердца. Он действовал так, будто занимался этим каждый день. И как только пьяный пассажир задышал, старик достал из своей холщовой сумки таблетки и заставил проглотить одну.
Только теперь Елена заметила, что в салоне тишина как в могиле. Повернувшись к пассажирам, она сказала, чтобы всех успокоить:
— Всё хорошо, не волнуйтесь. К нашему счастью, среди нас оказался человек, который знает, что делать в такой ситуации, и он спас положение.
Все зааплодировали, а старик смущённо сказал, отмахиваясь:
— Да ладно вам, не стоит аплодисментов. Я просто сделал то, что делал много лет на работе. Я ведь работал фельдшером на скорой помощи, и там приходилось откачивать людей в гораздо худших ситуациях, чем эта.
Какое-то время бизнесмен лежал с закрытыми глазами. Елена подумала, что он уснул, но когда подошла проверить, он открыл глаза и тихо сказал, глядя на старика:
— Слышь, дед, прости меня за всё, что я на тебя наговорил раньше. Спасибо тебе огромное, ты меня практически с того света вернул, я думал, это конец.
Остаток пути все с уважением смотрели на Петра Тимофеевича. Так звали фельдшера. А бизнесмен больше не сказал ни слова. Елена была рада, что наконец всё утихло, и теперь бизнесмен сидел молча, то закрывая глаза, то глядя в окно.
Посмотрев на гадалку, Елена сразу поняла, что та предвидела ситуацию и поэтому попросила поменяться местами. Ведь без Петра Тимофеевича рядом неизвестно, успели бы они помочь бизнесмену. Остановившись у её кресла, Елена наклонилась и спросила шёпотом:
— Вы заранее всё знали об этом приступе и о том, что случится?
Гадалка усмехнулась и тихо ответила, глядя в глаза:
— Судьбу не изменишь, но иногда лучше просто промолчать и дать жизни самой расставить всё по местам, без лишних вмешательств.
Пётр Тимофеевич оказался очень общительным, и скоро весь самолёт знал его историю. Оказалось, он летел на опознание сына. С трудом сдерживая слёзы, пожилой мужчина рассказывал, глядя в окно:
— Он у меня единственный сын, устроился в какую-то частную компанию, думал, там всё будет нормально.
И вот будто почувствовал неладное, я стал его отговаривать от этой работы, убеждал, что что-то не так. Но не смог остановить, он не послушал. А теперь, через три месяца, мне сообщили, что сын разбился в аварии.
Посмотрев на Елену, которая принесла ему воды, добавил с грустью:
— Я же больше 15 лет работал фельдшером на скорой помощи, насмотрелся на разные ужасы и трагедии, но тут в первый раз мне так страшно идти в морг и смотреть на это.
Елене стало так жаль этого старика, будто он не просто пассажир, а родной человек. Не ожидая от себя такого, она вдруг сказала, чтобы поддержать:
— Вы, главное, не переживайте слишком сильно, попейте воды, чтобы успокоиться. Если хотите, я могу поехать с вами в морг, чтобы вам было не так одиноко. У меня как раз целый день свободный, и я не против помочь.
Он посмотрел на неё с такой благодарностью, что стало ясно: ему сейчас действительно нужна поддержка от кого-то рядом. Они договорились, что после прилёта он подождёт её в зале аэропорта. И, к её удивлению, Пётр Тимофеевич был там не один. Рядом стоял подтянутый мужчина.
— Артур Артурович, мой босс, велел вас дождаться и отвезти куда скажете, без вопросов, — сказал он, указывая на машину.
Увидев удивлённый взгляд Елены, Пётр Тимофеевич объяснил, чтобы всё было ясно:
— Того, кого вы спасли в самолёте, зовут Артур Артурович. Я сам только что узнал его имя. Он же всю дорогу молчал, как партизан.
Когда она в самолёте предложила старику помощь, уже думала, как они доберутся до морга на общественном транспорте. А тут всё решилось само собой, без хлопот. И Елена подумала в тот момент: значит, в этом жёстком и наглом пассажире осталось хоть немного человечности, несмотря на его поведение.
Через час они вышли у серого здания с отвалившейся штукатуркой. Взявшись за ручку двери в морг, Пётр Тимофеевич обернулся, и Елена увидела страх в его глазах. Старик сгорбился, плечи опустились, и он выглядел как человек, ждущий удара. Она не знала, что сказать в такой ситуации, так что просто взяла его за руку, чтобы он почувствовал поддержку. Елена сама впервые была в таком месте, так что чувствовала себя неуютно, с комом в горле.
Перед опознанием Пётр Тимофеевич дрожащим голосом попросил, глядя на неё умоляюще:
— Ты со мной туда не ходи, пожалуйста. Не нужно тебе на такое смотреть, это слишком тяжело. Просто подожди меня здесь, ладно?
И те минуты, пока пожилой мужчина был за дверью, показались вечностью. Елена была готова ко всему, включая худшее, но вдруг старик вышел с растерянной улыбкой и тихо сказал, еле слышно:
— Не он там лежит, не мой Юра, это совсем другой человек, гораздо старше моего сына.
Елена выдохнула с облегчением. Ей было очень жаль старика, и она хотела, чтобы его сын оказался живым, несмотря на все новости.
— Но вы же говорили, что разбился самолёт, где работал ваш Юра. Где же он мог быть тогда, если не там?
Пётр Тимофеевич растерянно пожал плечами, постоял секунду задумчиво, а потом сказал, пытаясь найти объяснение:
— Кто его знает, может, он с парашютом выпрыгнул в последний момент, или в тайге где-то заблудился после аварии. Главное, что это не он лежит там. Значит, будем его искать дальше, не сдаваясь.
Взяв Елену под руку, он повёл её к выходу, ускоряя шаг.
— Ой, давай скорее уйдём отсюда, от этого места мурашки по коже. И спасибо тебе большое, что не бросила старика одного в такой момент, это много значит.
Продолжение: