В дверь постучали.
Двери для того и нужны, чтобы в них стучать, не правда ли? Или звонить. Словом, как-то обозначать с их помощью, что вас желают видеть вот прямо сейчас, безотлагательно. И даже если визитер вам лично неприятен или вы вообще никого не хотите впускать, сам по себе стук заставит вас разве что вздрогнуть от неожиданности, особенно если вы уже успели погрузиться в сладкую дремоту после обильного ужина, например. Бывают, конечно, в жизни ситуации, когда стук в дверь пугает, но и тогда вы же хотя бы приблизительно знаете, чего боитесь — нападения, визита бывшего, домогательств одинокого соседа, соседки, пришедшей за сахаром и унесшей полшкафа шмоток...
А как, скажите на милость, реагировать, если в дверь стучат изнутри вашей собственной квартиры?
***
“Мне нужна новая дверь”, — думала я три дня назад, глядя на потрепанное деревянное полотно. Въехав после смерти бабушки в ее квартиру, я начала ремонт, и вот дошла очередь до прихожей. Дует, понимаете ли, из подъезда в квартиру. “Закрой окна!” — велела бы бабушка. Проблема в том, что окна-то у меня как раз закрыты. Открыта “она”. Эта черная штука, которая досталась мне в наследство вместе с жильем. Второй месяц вертится в спальне под потолком и втягивает в себя воздух, создавая бесконечный поток, из-за чего в квартиру нещадно дует. Так что не дело это — с щелями в двери жить.
***
Как хорошо, что сейчас все можно выбрать и заказать, не выходя из дома и по вменяемым ценам. Я очень медлительна в принятии решения, но, сделав выбор, уже не раздумываю. Два дня мне понадобилось, чтобы определиться с магазином дверей и моделью, а уже на третий я встречала мастера.
Странный это был тип, но никаких дурных предчувствий у меня не возникло. Ну, смотрят глаза в разные стороны, ну, уши лопухами. А маленький рост и кривые ноги — так это вообще не критерий отбора, по которому стоило бы отсеивать установщика двери. Тем более, что природа, пожалевшая для мужика красоты и стати, с лихвой отсыпала ему физической силы, ибо дверь, весящую не меньше центнера, он затащил на мой пятый этаж без лифта в одиночку.
Уже через три часа мастер царственным жестом пригласил меня оценить итоги его работы, ответил на все вопросы, дал ценные указания по обращению с замком и, вручив, ключи и получив деньги, ретировался, насвистывая странную красивую мелодию, отчего-то вызвавшую у меня острое чувство ностальгии по неведомо чему. Ни песни этой я не знала, ни ощущений своих описать не могла, но как-то внезапно захотелось собрать вещи, запереть квартиру и переехать в толкиновский Шир... Наваждение, впрочем, рассеялось, едва свистуна перестало быть слышно. Я еще немного поигралась с замком и принялась за уборку. Если вы когда-нибудь ставили себе новую дверь, то знаете прекрасно, сколько от этого замечательного процесса остается пыли и мусора. Я набрала три полных мешка всяческих отходов и вынесла их на помойку. По одному, разумеется.
А когда вернулась и попыталась открыть дверь, раздался тот самый стук.
***
— Кто там? — вопросила я на автопилоте и в тот же миг осознала всю абсурдность ситуации.
Уже хотела над собой посмеяться, но в этот момент мне ответили:
— Мировой хаос.
Будничным таким голосом, словно я за булкой зашла, а продавщица мне: “С вас столько-то”. Ага, и сдачи не надо.
— Какой хаос? — спрашиваю
А сама думаю: “И почему мне важно, какой он, а не то, что это, в принципе, хаос?”
За дверью помолчали и ответили:
— Мировой же. Ну. Давай, открывай, валить надо, пока этот не явился.
Я туплю секунду, две. Так много вопросов, но как будто стоит лимит, потому что респондент больно важная птица, и некогда ему тут рассусоливать:
— Стоп, стоп, стоп, — говорю. — По порядку давай, а то не открою. Да и зачем мне выпускать мировой хаос из квартиры? В мире и так порядочно чепухи.
— Я — чепуха?! — в голосе неподдельная обида, кажется, даже слезы.
— Сорян, не хотела оскорбить в лучших чувствах. Скажем так: драмы. Драмы в мире предостаточно.
— Драмы больше не-е-е-т! — подпрыгиваю с перепугу, но вовремя понимаю, что это не “мой” голос, это у соседа пубертат запросил Гагарину.
А в дверь уже опять скребутся и молят:
— Ну выпусти, жалко что ли? Побегаю, покуражусь да вернусь. Я б сам вышел, но с силами собирался, а потом этот шустрик выход запечатал!
— Какой шустрик?! — чувствую, мозги потекли.
— Вот же послала праматерь дуру в наследницы! — голос из-за двери стал злым и нетерпеливым.
А я стою и соображаю, собираю из оброненных слов пазл, но что-то кривой он выходит.
Что имеем по факту: в моей квартире, оказывается, проживает нечто, именующее себя мировым хаосом, и это нечто хотело бы выйти и “покуражиться”, как оно выразилось, но вмешательство некоего шустрика данную возможность тотально исключило. Собираюсь с мыслями, задаю уточняющий вопрос:
— Эй, хаос! А когда ты в последний раз в люди выходил?
Тишина, потом грустное:
— Давно. Бабка-то твоя меня крепко в узде держала. А еще ты со своей дверью…
Дверь! Поставили новую дверь, и мой загадочный жилец не может ее преодолеть! А почему? А из-за мастера! То-то он мне странным показался. А раньше, выходит, не мог из-за бабки. Ничего не понимаю.
— Опоздали! — проныл тем временем голос.
— Куда опоздали?
— Идет, идет! Не слышишь, что ли? Послала же праматерь…
— А что за праматерь-то?
— Прячься!!! — завопило из-за двери, и тут я услышала…
Тяжелые шаги где-то внизу. Кто-то или что-то поднималось по лестнице. Еще пролет, еще, а оно все ближе. Неужели ко мне?!
— А-а-а! — тонко взвыл голос за дверью, и я решилась. Проворно вставила ключ в скважину, поворот, щелчок, дверь на себя, прыг внутрь, дверь закрыть, щелчок, СКРЕЖЕТ!
Твою ж… Оглядываюсь, готовая к новым неожиданностям, но все тихо.
— Эй, хаос, ты где? Ау!
Тишина. Мне что-то нехорошо от недоброго предчувствия. Несусь в спальню — так и есть! Маленькое черное, которое висело под потолком и вращалось, всасывая в себя воздух, исчезло!
Несусь обратно к двери, прислушиваюсь. Тишина. Смотрю в глазок — никого. Пытаюсь открыть… Не поддается! Я начинаю тревожиться, потом тихо паниковать. Одергиваю себя: спокойно! Оно же сказало, что не может выйти из-за какой-то печати на двери…
И тут я хлопаю себя по лбу: дурища, я же САМА эту дверь и открыла! Какие печати, когда путь свободен?! А это, которое скрежетало… да они подельники!
Изо всех сил дергаю дверь, и наконец она поддается. Вылетаю на лестничную площадку и первое, что слышу, — далекий крик. Еще один. Еще. Бросаюсь к окну. На улице темно, солнце село раньше времени, внизу мечутся какие-то тени и визжат от ужаса. Люди. Толпы людей. Вот оно что — хаос… И я всему виной, я его выпустила!
Понурив голову, бреду обратно в квартиру. Лучше уж отсидеться. У самого порога я внезапно столбенею: на только что поставленной двери прорыты глубокие борозды. Какими же чудовищно острыми и большими должны быть когти, чтобы пробуравить толстую сталь?!
Но нет, это не просто царапины, они складываются в узор. Линии… Буквы! В сгустившемся мраке ничего не видно, и я включаю фонарик на телефоне, который всегда при мне. В его тусклом свете читаю: “Ушли творить зло. Покуражимся и вернемся. Мировой хаос и Кошмарный Кошмар”.
Телефон сдох вместе с фонариком.
Кромешная тьма.
Мир истошно вопит.
Милые читатели, этот маленький этюд написан в рамках марафона для писателей. Больше историй вы сможете прочитать в моей группе ВК: