Свадьбу сестры оплатили моими деньгами, а меня даже не пригласили

Мне позвонила тетя Ирина:

— Я в курсе, что вы с Вероникой не слишком ладите, но… — Она снова замолчала, и я мысленно приготовилась к очередным упрекам. — Неужели нельзя было найти время на ее торжество?

— На какое торжество? — искренне удивилась я. — Вера всегда говорила, что загс — это банально, а на пышный праздник у них с Игорем средств нет. Они же годами живут вместе без печатей в паспорте.

— Значит, тебя просто не пригласили? Как странно. Твоя мама утверждала, что ты наотрез отказалась приехать. Мол, ты скептически относишься к их союзу и не желаешь разделить радость.

— Я? Скептически? — Мне стало одновременно смешно и горько. — А есть к чему относиться иначе? К его вечным поискам себя без малейшей попытки устроиться на нормальную работу? Или к тому, что моя сестра в двадцать семь лет не может позволить себе съехать от мамы? Тетя Ира, вы же понимаете, кто здесь кому мог бы завидовать. У меня своя квартира, пусть и с долгами, и карьера юриста складывается вполне успешно. Но есть кое-что поважнее. Можем ли мы сохранить это между нами? Даже мама не должна знать.

— Теперь ты меня заинтриговала, Аленка, выкладывай.

Я улыбнулась. Тетя Ира была моим единственным доверенным лицом в семье. С матерью, вечной сплетницей, после ее предательства в юности я делиться перестала.

— У меня появился тот самый человек, — сказала я. — И кажется, это надолго.

— Как я за тебя рада, родная! — воскликнула тетя. — Он, должно быть, необыкновенный? Как зовут?

— Иван. Это совершенно иной уровень отношений.

После того разговора я не могла успокоиться. Шикарная свадьба? У Веры? Заглянув в соцсети ее подруг, я увидела фотосвидетельства: действительно, роскошный банкет. По моим прикидкам, скромнее чем за семьсот тысяч такое не организовать. У сестры же зарплата курьера. Кредит ей бы не одобрили, мама на пенсии тоже не потянет. Откуда деньги?

А ответ, увы, напрашивался сам. Месяц назад я отдала маме все свои сбережения — семьсот тысяч, которые собирала на автомобиль. Она умоляла помочь с дорогостоящей операцией. Я, конечно, не взяла расписку.

Сомнения глодали меня. Решила действовать напрямую. Взяв отгул, я поехала в родной пригородный поселок.

Мать открыла дверь, и ее удивление быстро сменилось беспокойством. Она выглядела абсолютно здоровой.

— Алена? Что случилось? Ты же обычно предупреждаешь.

— А тебе не догадаться? — спросила я. — Встретила тетю Иру. Оказывается, Вера замужем. И праздник был на широкую ногу. Интересно, на чьи средства?

— Ты всегда ее недооценивала! — мама засуетилась, перебирая край фартука. — Деньги дали наши родственники.

— Неужели я?

Она молча двинулась на кухню, будто за чайником. Я последовала за ней.

— Я жду ответа.

— Хорошо, — сдалась она. — Да, я отдала твои деньги Вере. Она так мечтала о красивом дне! Ты же сможешь еще заработать.

— Я давала их тебе на операцию! Ты рассказывала про срочное лечение! Я поверила!

— Врачи сказали, что можно обойтись и стандартной процедурой, — пробормотала она. — Прошла по полису.

— Тогда почему не вернула? Ты знала, что я никогда не согласилась бы финансировать этот цирк!

— Именно поэтому! Я просто хотела сделать младшую дочь счастливой. Ей не так повезло, как тебе! Разве она не заслужила свой праздник?

— Заслужила бы — заработала бы! — воскликнула я. — Они разведутся через год, а деньги улетели в никуда!

— Не разведутся, — тихо сказала мама. — Вера ждет ребенка.

— Понятно. Тогда запомни: либо Вера возвращает мне всю сумму, либо считай, что ты потеряла старшую дочь. Никакой помощи — ни финансовой, ни организационной. Раз вы позволяете себе так распоряжаться моим доверием.

Я пробыла в том доме меньше двадцати минут.

Спустя четыре месяца я вышла за Ивана. Это был тихий, но изысканный праздник. Иван, зная всю историю, преподнес мне ключи от новенького автомобиля. Из родных присутствовала только тетя Ира. Отца я звала, но он не поехал один, а видеть мать или сестру я не хотела.

Вера деньги, конечно, не вернула. Более того, потребовала помощь на ребенка. После моего твердого отказа наши пути окончательно разошлись. Теперь я лишь изредка слышу от тети о их жизни, но моя собственная жизнь наполнена светом и уважением. И этого мне достаточно.