— Мёд, сок, покупай, не проходи мимо. Всё натуральное. Берёшь две, третья банка в подарок. Скидки. — обвёл рукой свой товар разложенный на столе неподалёку от древней родовой башни пожилой осетин, в надежде на то, что появившейся на этой горе залётный мототурист странного вида, на странном же мопеде вот прямо сейчас, по утру, скупит всё это сразу.
— Вот зачем так сразу оскорблять клиента и обесценивать свой товар? — поинтересовался я у него.
— Чем обидел? Чем обесценил? — вскипел осетин и уставился на меня с возмущением.
— Ладно. На обратном пути куплю, что-нибудь у вас. Без оскорбительной скидки. А пока расскажите мне, как ваши предки, которые жили воон в том древнем городище, что расположен на высоком берегу реки на склоне горы? Как они добывали воду? Уж не от реки же на себе носили? — попытался я успокоить старого горца.
— Конечно. От реки и носили. На себе. В кувшинах. — выдал бородатый дед, явно придумывая на ходу ответ. — Жизнь такая была …
Днём ранее, заехал туда на мопеде, и даже на первой передаче, ему тогда было тяжко лезть в ту гору.
Нет, что-то не бьётся здесь в этом вопросе. Ну не может такого быть. Наверняка был у них там родник.
Но сегодня его там нет. И это видно по опустевшим не весть когда домам, разваливающимся от времени. Родник высох — люди ушли. Почему он высох? Да кто же об этом расскажет сегодня? Скорее придумают очередную легенду, только бы привлечь сюда побольше туристов. Хотя …
Та же формула работает и в обратном направлении. Есть родник, туда придут люди. И если не поселятся, то будут снова и снова туда приходить.
Ведь, что такое родник? Это не просто источник питья, это чудо природы. Особенно для этих мест. И не зря многие родники почитаются людьми с испокон веку. Не спроста же именно в этом месте вода вышла из под земли наружу?
Этот феномен, ярко выражен здесь, в Осетии. Где культурный код народа настолько древний, что сложно измерить его годами, столетиями. Ибо передаётся он из уст в уста. От отца к сыну бессчётное количество поколений.
Нартский эпос — это не просто странные сказки о былинных героях, это сложные для понимания тексты, хранят в себе тот самый культурный код, понять который без ключа довольно сложно. К тому же, вполне возможно, что перевод на Русский язык не всегда корректен, так как не исключено, что переводчик нужного ключа не имел. Но даже в таком виде эти истории дают понимание отношения Осетин к миру.
По всей республике разбросаны святилища, частым атрибутом которых является именно родник. Помимо реки, камня, и иногда кривых деревьев.
Все эти признаки в той или иной мере говорят, о том, что эти места не совсем обычны. Здесь, человек, прикасается к чему-то неведомому, таинственному. Тому, что не может объяснить себе словами. Но может почувствовать. Впитать в себя что-то, что пока не объяснила наука своим сухим языком.
Это и есть те самые места, которые принято называть "местами силы". Вот только, что это за сила такая, мало кто знает. Кроме Осетин.
Для них это сила их рода. Родившегося здесь когда-то, и живущего на этой земле тысячелетиями, борясь за этот храм, и не давая его никому в обиду. Умирая здесь и возрождаясь снова. Оттого и почитаются эти места Осетинами.
Вот взять селение Дзивгис, зажатое в ущелье между гор. Здесь, на краю селения есть святилище. Как водится, на берегу горной реки, под живописной скалой. А родника здесь как минимум два. Один прямо в селе, а второй, который привлёк к себе моё внимание, на противоположном берегу реки. Вода из него сочится прямо на краю дороги, буквально из под ног. И всё как в правильном месте. Есть и камни, и кривенькие деревца.
Собственно и цель этой поездки в Осетию, было прикоснуться к тому, что почитают Осетины. Проникнуться этим видением мира. Прочувствовать дух Уастырджи.
Впитать в себя то первопричинное, благодаря чему культура этих людей не пала под гнётом навязываемых доктрин и догм. Чуждым этому народу.
Третий раз приезжаю в эти края, общаюсь с людьми, и чувствую то, чего нет у других жителей Кавказа. Сложно объяснить это словами. Но даже когда случайно оказался за столом среди граждан так сказать, криминального слоя населения, снова почувствовал что-то особенное, чего не встречал ранее в иных местах.
Видимо, для того, чтобы описать эту разницу словами, нужно съездить туда еще раз. А может и не раз. а может и пожить там.
Дорога вела меня в верх по каменистому серпантину, мопед жужжал мотором на первой передаче, пытаясь преодолеть очередной подъём. На обочине дороги у самого края пропасти стояла старенькая, потрёпанная "десятка" с наглухо тонированными окнами. И я уже было хотел принять влево, чтобы её объехать, как водительское стекло опустилось и из него высунулась рука. Жестом показавшая мне притормозить рядом.
— Ну всё, попал. — подумал я. Не иначе сейчас начнут наезжать и предъявлять за прикид и вообще.
— Друг. Выпей с нами. Во славу Уастырджи. — послышалось из машины.