Она искрометно феерила и в театре, и на фабрике киногрез, и на телевидении.
И даже переход в возрастное амплуа дался ей сравнительно легко. Но вот на личном фронте её просто преследовали неудачи.
Как будто бедную женщину кто-то сглазил. Как будто на ней креста православного не было. А ведь он был, она крещеная...
А местом её вхождения в мир на излёте осени 1951-го стала благословенная Калуга.
И появлению на свет умилительной дочурки были безумно рады воспитательница детского сада и военнослужащий воздушных сил страны Советов.
Как казалось, гиперактивность была у ребенка в крови, хотя в средних классах школы Люда как-то махом посерьёзнела и стала тянуться к знаниям и со старательностью, и с усидчивостью.
Хотя и записаться в драмкружок она не преминула, и совмещение учебы с постижением азов артистического мастерства давалось нашей героине без особо труда.
Чего ж тут удивляться, что уйдя со двора среднего учебного заведения, она направляет стопы в заветный ГИТИС. Хотя ее родителей не особо вдохновляло возможное будущее наследницы, связанное с творческим поприщем.
И судьба чуть не пошла навстречу чаяниям матери с отцом, когда на приемных испытаниях в упомянутом институте Людмиле дали от ворот поворот. Представляете, она просто-напросто отказалась открывать рот на просьбу показать в улыбке прикус, мол, она не лошадь, чтобы оценивать её подобным образом.
Благо, талантливую, но с норовом уроженку Калуги взяли в легендарную "Щуку". Где она вполне комфортно себя чувствовала под крылом Татьяны Коптевой, великого педагога, кто в сценическом мастерстве разбирался как в своих пяти пальцах.
И только подумайте, дипломный спектакль стал для выпускницы училища буквально путёвкой в большую жизнь, ибо именно тогда, выступая на учебной сцене, Людмила попалась на глаза худруку театра Сатиры.
Немедленно пригласившему многообещающую девушку к себе, в пользовавшийся у москвичей значительной популярностью храм искусства.
Кто только из знаменитостей не составлял ей там компанию.
Рина Зелёная, Пельтцер, Ширвиндт, Миронов, Папанов.
Молодая актриса с блеском дебютировала в образе главной героини в чудесной постановке "Пеппи Длинный чулок".
Да и в более поздних "Трехгрошовой опере", "Женитьбе Фигаро" и "Тартюфе" Людмила не то что не ударила в грязь лицом, а была на весьма приличной высоте.
Что касается кинематографа, то здесь пробой пера для нашей героини, тогда ещё студентки, явилась роль второго, если не сказать третьего плана в производственной ленте
«У нас на заводе».
Однако, в тесных рамках проходного образа учащаяся показала себя с самой лучшей стороны, и в музыкальной комедии "Северная рапсодия" Тоня Севастьянова Гавриловой была уже главной героиней.
И знаете, в компании Куравлёва, Моргунова, Шпигеля и Вицина артистка совсем не затерялась. А скорей заявила о своей драматической одаренности во весь голос.
Конечно, на съемках Люде пришлось ох как несладко.
Её чуть не утянул в ледяную воду белый медведь, хоть он и был выдрессированным. Да и при перекраске волос молодой особы в, как сейчас бы сказали, пепельный блонд, ей ненароком сожгли кудри и пришлось воспользоваться париком.
Увы и ах, фильм не выстрелил.
Но разве Гаврилова была в этом виновата? Она продолжала активно сниматься и в мелодраматической картине «Во бору брусника» 1988-го в образе Марии была ох как хороша.
В общем, уроженка Калуги украшала советские экраны до излета 1980-х, а после того, как Союз нерушимый республик свободных по вине агентов мировой закулисы приказал долго жить, поставила кинематографическую деятельность на паузу на без малого десятилетие.
После чего она вновь была вынуждена выступать в качестве "эпизодницы", тем не менее, в начале 2000-х ей стали перепадать и более-менее крупные роли.
Понятное дело, что Гавриловой было уже за пятьдесят, и ей предлагали играть соответствующих героинь. Но и в данном амплуа она смотрелась вполне органично и цельно.
Чему свидетельством является та же родительница персонажа Максима Аверина в знаменитом "Глухаре".
Интересна работа Людмилы и во всех сезонах многосерийной ленты "Земский доктор. Восемь лет спустя". Где на фоне Дмитрия Певцова, Ольги Будиной, Ирины Купченко, Валентина Смирнитского, Людмилы Поляковой и Владимира Носика Гаврилова отнюдь не портит погоды.
Людмила памятна многим нашим телезрителям и по программе канала ТВ-Центр "Настроение".
И вы знаете, её милая добрая светлая улыбка и на самом деле в преддверии рабочего дня так эффективно поднимала настроение, что этого волшебного заряда хватало чуть ли не до позднего вечера.
К сожалению, данная работа творческого удовлетворения Гавриловой не приносила (что отнюдь нельзя было сказать по её возвышенному и радостному студийному виду), так что на упомянутом телеканале женщина задержалась не надолго.
Что касается положения дел на поприще её сердечных дел, то в своё время к Людмиле дышал неровно сам Андрей Миронов. Несмотря на то, что в паспорте звезды стоял штамп о нахождении в законном браке.
В то же время наша героиня чувствовала, что ничего серьезного в намерениях актера нет, поэтому отвечала на его ухаживания без особого воодушевления.
Но расставание не сделало их недругами--они по-дружески общались и совсем не выглядели посторонними друг другу людьми на сцене.
Официальных же спутников жизни у актрисы было четверо.
В первый раз ее повел в ЗАГС уроженец Душанбе Шавкат Гаджиев, памятный многим по военной ленте "Это было в разведке" Льва Мирского.
Их сблизила съемочная площадка одной картины, спустя три месяца после окончания работы они расписались, да и появление на свет сына не заставило себя ждать.
В декрете Люда практически не сидела и вскоре опять внимала наставлениям режиссеров.
В то время, как у её благоверного пошла какая-то "невезуха".
Мало того, что его перестали снимать, так и в труппе храма искусств, где он служил, артиста держали в черном теле. Что, конечно, сильно ударило по самолюбию мужчины. Но он как-то быстро сдался и обмяк.
И сплошь и рядом когда Гаврилова в конце рабочего дня возвращалась домой с высунутым от усталости языком, Шавкат встречал её, лёжа на диване перед экраном телевизора, и даже ужин он готовил в редких случаях.
Мало того, стал распускать руки, и как-то терпение женщины лопнуло. Она хлопает дверью и с крохой-наследником на руках перебирается в предоставленную своей "работнице" храмом искусств комнатушку.
Между тем, с Александром Диденко, вторым мужем, наша героиня была знакома со студенчества. Но тогда все ограничивалось лишь общими друзьями и компаниями. А вот случайная встреча спустя полтора десятилетия оказалась поистине знаменательной. Между ними вспыхнула искра, и пламя страсти захлестнуло влюбленных с головой.
Увы и ах, и в данном случае любовная лодка налетела на риф быта, получила пробоину и затонула. Благо, хоть непоявившиеся на свет дети не страдали при разводе родителей.
И, к слову, известие о гибели Диденко в автокатастрофе артистка приняла ох как близко к сердцу.
Ходила под венец Людмила ещё дважды, однако, о спутниках жизни, сопровождавших ее по жизни в данных случаях, она молчала как партизан. Видать, о тех людях мужеска пола и сказать было нечего. Граждане--ни рыба ни мясо, а пустой звук. Плюнуть и растереть.
Между тем, многолетний беззаветный и самоотверженный труд Гавриловой на благо отечественных культуры и искусства был отмечен присуждением ей почетного звания Заслуженная артистка Российской Федерации.
Теперь же из заслуживающих доверия источников мы узнали, что в последние месяцы Людмила Ивановна противостояла ряду жутких болезней. Работа её сердечно-сосудистой системы настораживала медиков донельзя, да и цирроз печени (и это у практически не пьющего человека) вызывал в плане прогноза серьезные опасения.
За некоторое время до ухода пожилая женщина оказалась в одной из клиник Первопрестольной. Однако, к великому сожалению, буквально героические усилия специалистов по стабилизация состояния пациентки не увенчались успехом.
И вот до нас долетело скорбное сообщение об уходе милой женщины из жизни.
Господь отпустил ей находиться на этом свете семь десятилетий с небольшим, и как много за это драгоценное время за она успела сделать.
С ней простятся в Балашихе послезавтра, а тело Гавриловой, буквально излучавшей любовь и тепло, будет отдано на сожжение.
Конечно, кремирование--это не по православному. Но что делать, может, у близких актрисы на проводы человека в последний путь посредством погребения нет средств.
Как бы то ни было, лучезарная Людмила Ивановна с искристыми глазами, покойтесь с миром.
Любим, чтим, будем помнить.