История моей жизни — это поиск баланса между традиционными представлениями о мужественности и гибкостью, которую диктует реальность. Мужское начало для меня стало символом внутреннего стержня: это не грубая сила или подавление слабых, а верность принципам, готовность брать ответственность за близких и стоять за правду, даже ценой одиночества. Детские идеалы, взращенные в отсутствие отца, научили меня, что мужественность — это выбор, а не данность. Её нельзя унаследовать — её можно только выстрадать, преодолевая страх и сомнения, как на школьном дворе или в военном училище. Женское начало открылось мне через материнскую заботу бабушки, мудрость жены, её способность быть мостиком между моим рациональным миром и эмоциями детей. Оно напомнило, что сила — это не только броня, но и умение доверять, слушать, принимать чужую уязвимость. Став отцом, я понял: быть мужчиной в семье — не значит диктовать правила, а значит создавать пространство безопасности, где дети растут, зная, что их любят не