Строгость российских законов, отмечал мудрец Салтыков-Щедрин полтора столетия назад, компенсируется необязательностью их исполнения. Почти половина наших сограждан, признанных иностранными агентами, не соблюдают законодательных ограничений, посетовали накануне в Минюсте.
Вместе с тем, указывает спикер Госдумы Вячеслав Володин, по статистике Верховного суда, количество административных правонарушений такого рода выросло в 2023–2024 годах на 40%. А чему удивляться-то? Если закон можно не исполнять и за это никак не наказывают, может ли быть по-другому? За два года составили 441 протокол об административных правонарушениях иноагентов. Но наказать по 330-й
статье УК могли только тех, кого уже дважды в течение года привлекали к ответственности по статье КоАП «Нарушение порядка деятельности иностранного агента».
Житейская мудрость при этом подсказывает: если на механизме разболталась гайка, следует её закрутить как можно скорее и крепче. Ради общей безопасности. Что депутаты Госдумы на прошлой неделе и сделали: законопроект об усилении ответственности иностранных агентов в случае неисполнения ими законодательных требований и ограничений приняли сразу во втором и третьем чтении. «Наказание стало более жёстким, – заверил Володин. – Те, кто, предав нашу страну, пытается её ослабить, разрушить, должны понимать: за свои действия они понесут ответственность по всей строгости закона. Теперь после однократного нарушения иноагенту будет грозить до двух лет лишения свободы». И это повод хорошенько задуматься над своим поведением, согласитесь. Достаточно веский повод.
Вопрос лишь в том, будет ли этот закон работать. Решатся ли наши самые гуманные в мире суды ужесточить наказание – пусть и в соответствии с изменившимся законом? Наверное, ни для кого не секрет, что правоприменительная практика в нашей стране – штука гибкая. Одних, как издавна водится, могут осудить на реальный срок за кражу еды в магазине, а другие продолжат как ни в чём не бывало заниматься подстрекательством в социальных сетях, невзирая на статус иноагента. Теплится, впрочем, надежда, что при новом главе Верховного суда Игоре Краснове ситуация с правоприменительной практикой изменится в корне, и, кстати, не только в части, касающейся иностранных агентов. Закон суров, но таков закон.