Суд в Екатеринбурге сегодня поставил точку в одном из самых резонансных дел. Его возбудили на основании комментария в интернете. Мы уже рассказывали об этой истории в наших эфирах. За резкие слова под постом министра сельского хозяйства жительница Удмуртии Евгения Рогозина* попала в список экстремистов, и могла на несколько лет лишиться свободы. Но суд вынес другое решение. Какое — расскажет корреспондент «Известий» Валентин Трушнин. Подробнее - в материале Пятого канала, который публикуют «Известия».
Язык не поворачивается назвать это «историей со счастливым концом». Мать двоих детей Евгению Рогозину за комментарий в соцсетях полгода продержали под стражей и присудили штраф 310 тысяч рублей — для обычной продавщицы огромная сумма. Но на фоне того, что ей грозило — семь лет колонии по делу о публичном призыве к экстремистской деятельности — сегодняшний приговор суда выглядит как величайшая милость.
«Я пока никому не сообщила, у меня телефона нету. Я хочу сделать сюрприз. Хочу мою младшую дочку Алиночку, по которой я очень плакала и страдала. Я очень виню себя, что я не смогла проводить ее на линейку 1 сентября, из-за того, что меня заключили под стражу», — говорит Евгения Рогозина.
Все началось 6 ноября прошлого года. В паблике «Злой Ижевчанин» обсуждали новость: министр сельского хозяйства Оксана Лут заявила, что сливочное масло в России рекордно подорожало из-за стремительного роста дохода россиян. Под постом было много злых смайликов и язвительных комментариев. Евгения написала в сердцах «сжечь ведьму». И вскоре за ней пришли. Первые четыре месяца была под домашним арестом, но потом нарушила режим и ее перевели в СИЗО.
«Выходила в магазин. Выходила, может, в аптеку по каким-то делам. Сами понимаете, у нее ребенок в первом классе. Она была председателем родительского комитета. Муж у нее очень часто уезжал работать в Казань, ей приходилось решать какие-то вопросы самостоятельно», — говорит Роза Милашкина, мать Евгении.
Муж Евгении написал письмо журналисту и члену совета по правам человека при президенте Российской Федерации Марине Ахмедовой. Пятый канал тоже подключился — следили за этим делом.
«Мы попробовали заказать филологическую экспертизу, но никто даже за деньги не хотел браться, так как непонятно что исследовать. Всего два слова — „сжечь ведьму“. Это все равно что сказать „типун тебе на язык“. „Сжечь ведьму“ регулярно встречается в сети», — отмечает Марина Ахмедова, член Совета по правам человека.
А сколько народу можно осудить за комментарии «афтор выпей йаду» — это же призыв к суициду. Или «убейся об стену». В сети миллионы таких фраз. А можно ли теперь осудить мать, которая, допустим, скажет ребенку: «Только попробуй двойку получить — убью!» Евгения Рогозина написала покаянное письмо лично министру сельского хозяйства (оно осталось без публичного ответа) и несколько раз выступала в жанре видеоизвинений, мол, вину осознала.
«Я очень рада, что этот кошмар в моей жизни наконец-то закончился. Я могу ввздохнуть с облегчением, глотнуть этого свежего воздуха. Потому что там прогулки были только по одному часу в день — в этих стенах, где холодно, мрачно и серо. Я рада, что я на свободе и дороже свободы ничего нет», — заключает Евгения Рогозина.
Тут нужно пояснить, почему комментарий Евгения написала в удмуртском городке Можга, а судили ее в Екатеринбурге. Просто это ближайший военный суд, который уполномочен разбираться в столь важных делах как террористические угрозы. Кстати, из списка экстремистов и террористов Евгению Рогозину после приговора не убрали — она до сих пор на карандаше.