– Потому что я так захотел. Неужели вам ещё не понятно, что моё желание – закон для этого мира? – грозно произносит Кацуо.
Хвост, обвивающий Юки, немного сжимается, и она пугается.
– Прости… – дрожащим голосом говорит она.
– За что извиняешься? – он спрашивает это недовольно. – За чрезмерную самоуверенность своей подруги?
– Да… – Юки опускает голову.
– Вот как… – Он наклоняется к ней. – Ну тогда скажи, чем бы ты смогла искупить её вину?
Воцаряется тишина. Юки не знает ответа на этот вопрос.
– Что такое? Не можешь ничего придумать стоящего её поступка? Согласен, она очень сильно провинилась, – произносит Кацуо с улыбкой.
– Я даже не знаю, что она сделала… – тихо говорит Юки, отчасти надеясь, что он не услышит её.
– Ах, правда? Смешно. Вы даже не знаете, какие действия совершают ваши личности. Ну, о том, что вы мне не поклоняетесь… Про этот проступок я молчу: вы все тут уже грешницы.
– Что? – Услышав это, Юки не выдерживает. – Кто ты, чтобы так говорить?! Ты ничего не сделал, кроме причинения зла безвинным существам!
– Ох, кажется, я тебя задел, – говорит Кацуо с интересом, и его смех разносится эхом. – То есть ты не считаешь это преступлением?
– Я считаю преступлением твой тип мышления!
– Ты должна уважать меня. Кто исправил ваш мир?! – его тон становится серьёзным. – Ты не выражаешь ни капли благодарности. Напротив, ты со мной воюешь! И знаешь, однажды эта война закончится… – Он прижимается к ней и шепчет: – Закончится твоим подчинением.
– Не правда! В этом исправленном мире нет места такому, как ты!
– Если бы меня не было, ваш мир так и продолжил бы гнить в негативе!
– Если бы ты не зазнался, мы бы все уважали тебя! Но ты захотел от нас подчинения, а существа любого мира должны быть свободными!
В следующий момент она слышит речь, скорее похожую на рык:
– Знаешь, что я в любой момент могу вернуть всё обратно?
Только от этих слов холод проходит по телу Юки.
– Но я этого никогда не сделаю, я найду способ подчинить вас. Неважно как: силой, любовью или смешиванием этих двоих, но в итоге всё будет так, как я хочу. И три девушки в одном теле, не способные сопротивляться даже примитивной физической силе… – он презентабельно сжимает её своим хвостом, – для меня не помеха, а даже десерт!
