– Я дарю квартиру нашей дочери, – объявил муж, купив недвижимость только одному ребенку

Вечером я разбирала старые детские рисунки. Я искала работу Маши для университетского портфолио, когда Игорь вернулся домой с торжественным видом. Он положил передо мной ключи с брелоком в виде слоника.

— Сдаёте объект? — равнодушно спросила я, продолжая перебирать бумаги.

— Это не для клиентов. Я купил квартиру для Ани, — он улыбнулся. — Наш подарок на совершеннолетие.

Я подняла голову.

— Для Ани? — переспросила с удивлением. — А Маша?

Его улыбка сразу исчезла.

— При чём тут Маша? У неё есть отец, пусть он и решает её жилищный вопрос. Я подарил дочери квартиру. Нашей с тобой девочке.

Я отодвинула папку с рисунками, чувствуя негодование. На одном из листов был нарисован красками наш квартет: я, Игорь и две девочки, держащиеся за руки. «Моя семья», — было выведено сверху рукой Маши.

— Но они обе наши дочери! Ты же сам водил Машу на первое сентября, когда Виктор был в командировке. Ты утешал её, когда у неё сердце разбилось из-за того парня! Разве это не делает её твоей?

— Я всегда был к ней добр, — голос Игоря стал твёрдым. — Но я не обязан стирать грань между тем, что моё по крови, и тем, что нет. Я дал Ане будущее. Это мой долг.

Я посмотрела на него, и вдруг стало ясно, что все эти годы мы жили в разных реальностях. В моей — две дочери. В его — одна.

— И как я должна посмотреть в глаза Маше? Сказать, что её сестра переезжает, а она продолжит ютиться здесь?

— Скажи правду, — ответил он. — Что у каждой своя судьба и свои родители.

Он повернулся, чтобы выйти из кухни, и его силуэт в дверном проёме показался мне чужим. Я осталась с рисунком, где мы все были вместе и счастливы. Теперь это была просто картинка. А самая страшная обида — это понимание, что ты не знала человека, которого любила.