Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Николай Черновиков

СИРОТЛИВЫЙ ЗАПАД

СИРОТЛИВЫЙ ЗАПАД Погоня, погоня, погоня... Учёба,репетиция, постановка. Учёба, репетиция, постановка... Задачи,задачи, задачи. На ведение социальных сетей я глубоко забил.Если и появлялся, то это была чистая рефлексия: репосты, обязательства, посты о продвижении. И снова— учёба, учёба, учёба. За пару дней до премьеры организм передал мне свой привет — в виде меня же, обнимающего заблеванную ванну. Рвало весь день (простите за подробности 😂), температура, головная боль. «Сиротливый запад» — он всегда в своём репертуаре. На первую премьеру этого спектакля семь лет назад мы со Смирновым тоже выходили с температурой под 39.Спустя три-четыре года, при перезапуске, история с болезнью повторилась. И вот теперь — та же история, плюс Шаповалов, наш новый дьявольский Вален, лежащий в каморке, обложенный мокрыми полотенцами и сбивающий температуру за час до выхода на сцену. К чему я это всё? Знаете, спектакля вроде бы не было, казалось — нет его и нет... но всё равно какой-то детали мозаики

СИРОТЛИВЫЙ ЗАПАД

Погоня, погоня, погоня...

Учёба,репетиция, постановка. Учёба, репетиция, постановка...

Задачи,задачи, задачи.

На ведение социальных сетей я глубоко забил.Если и появлялся, то это была чистая рефлексия: репосты, обязательства, посты о продвижении.

И снова— учёба, учёба, учёба.

За пару дней до премьеры организм передал мне свой привет — в виде меня же, обнимающего заблеванную ванну. Рвало весь день (простите за подробности 😂), температура, головная боль.

«Сиротливый запад» — он всегда в своём репертуаре.

На первую премьеру этого спектакля семь лет назад мы со Смирновым тоже выходили с температурой под 39.Спустя три-четыре года, при перезапуске, история с болезнью повторилась. И вот теперь — та же история, плюс Шаповалов, наш новый дьявольский Вален, лежащий в каморке, обложенный мокрыми полотенцами и сбивающий температуру за час до выхода на сцену.

К чему я это всё? Знаете, спектакля вроде бы не было, казалось — нет его и нет... но всё равно какой-то детали мозаики не хватало.

Я вроде бы становлюсь старше, отношусь к ролям спокойнее, потихоньку вылезаю из своих прежних «штанишек»: с чем-то прощаюсь, а с чем-то заново знакомлюсь, от чего-то даже отказываюсь. Но с «Западом» у меня сложилась какая-то особая химия. Меня перед этим спектаклем вечно трясло. В день показа я точно ничем другим заниматься не мог — все мысли были только о нём. Где-то глубоко в душе я даже с облегчением выдохнул, когда он ушёл из репертуара театра. Но чувствовалась какая-то незавершённость. Меня коробило от этого гребаного священника — не сделал я его. Сука! Ну не сделал, и всё. Даже себе ничего не доказал.

С «Сиротливым Западом» вообще всё непросто. Первые сообщения от зрителей в личку, слова благодарности, похвалы коллег — и вместе с этим тонны критики. «Это не так», «передай, что такого не бывает, вы не актёр итд. » — много чего услышал от многих, и хорошего, и плохого. Сука!!! Уэлш!!! Люблю и Ненавижу!!!

Но, оглядываясь назад, низкий поклон тебе, «Сиротливый запад»: ты сделал из меня артиста ИЩУЩЕГО.

И вот — третий заход. Я впервые отстоял службу в церкви. Удивительно, но на премьеру я вышел спокойно, так же спокойно отыграл первую сцену. И мне пришло осознание: я обнимаю Уэлша, я всё ему прощаю и люблю его — спокойно, ровно, такой любовью, как у взрослых, мудрых людей.

На поклоне я снова услышал аплодисменты, после получил благодарность зрителей и вновь услышал, что что-то было сделано неверно. Где-то услышал обсуждение за спиной и вновь личные сообщения с благодарностями.

Но я почувствовал лишь одно— уют. Мозаика сложилась. Так и должно....было...быть....

Аминь🙏