Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Гулира Ханнова

Осенняя симфония

  - Чаво ждать-то, дождей что ль осенних? Федор Игнатыч кряхтя, у порога обул резиновые сапоги, натянул куртку и шапку-ушанку на лысину, и взялся за дверную ручку: - Не задерживайся тута - бросил он через плечо своей старухе, Нине Поликарповне - двадцать соток мне одному не выкопать, Нюрку подымай, нечего спать до обеда. Как картошку трескать, она с большой ложкой бежит, а как копать, не дозовешься. Он шагнул за порог, как в атаку, смело, с вызовом глядя трудностям в лицо, держись поле, на тебя пошёл сам Игнатыч! - Задолбали со своей картошкой - подняла с подушки растрепанные космы внучка Аня - нам на троих два мешка картошки за глаза хватит, на фига сажаете целое поле. - Ага, как же, хватит - кинулась в защиту мужа и урожая с огорода Нина Поликарповна - всю зиму кормимся оттудова, куды тебя и трактором не затащить. - И не пойду никогда на ваши картофельные грядки - внучка демонстративно отвернулась к стене и закрыла голову подушкой, но высунулась на пять секунд, чтобы выкрикнуть - ко

Фото из интернета
Фото из интернета

 

- Чаво ждать-то, дождей что ль осенних?

Федор Игнатыч кряхтя, у порога обул резиновые сапоги, натянул куртку и шапку-ушанку на лысину, и взялся за дверную ручку:

- Не задерживайся тута - бросил он через плечо своей старухе, Нине Поликарповне - двадцать соток мне одному не выкопать, Нюрку подымай, нечего спать до обеда. Как картошку трескать, она с большой ложкой бежит, а как копать, не дозовешься.

Он шагнул за порог, как в атаку, смело, с вызовом глядя трудностям в лицо, держись поле, на тебя пошёл сам Игнатыч!

- Задолбали со своей картошкой - подняла с подушки растрепанные космы внучка Аня - нам на троих два мешка картошки за глаза хватит, на фига сажаете целое поле.

- Ага, как же, хватит - кинулась в защиту мужа и урожая с огорода Нина Поликарповна - всю зиму кормимся оттудова, куды тебя и трактором не затащить.

- И не пойду никогда на ваши картофельные грядки - внучка демонстративно отвернулась к стене и закрыла голову подушкой, но высунулась на пять секунд, чтобы выкрикнуть - кормятся они, как же, весь берег речки за огородом завален прошлогодним урожаем.

- Это то, что не доели, совсем немного - стала оправдываться Нина Поликарповна - всего-то мешков семь выкинули, ну, может десять. 

- Выкинули прошлогоднее, и снова посадили, неймётся вам никак, не можете вы без своей картошки гребаной - Аня попыталась снова уснуть, но бабушка сдернула с неё одеяло и монотонно забубнила, что летний день год кормит.

- Какой летний день, сентябрь на дворе - внучка понимая, что спать ей не дадут, повернулась и спустила ноги с кровати - ба, вот скажи мне, на кой хрен вы целое поле картошки сажаете, если ее некому есть. Вы хоть свиней заведите что ли, пусть трескают в обе щеки, чтобы не пропали труды ваши.

- Ой, какие свиньи - отмахнулась от нее бабушка - с нашим здоровьем за скотиной ухаживать тяжело, ноги-руки болят, спину ломит.

- Ну да, копать, полоть, таскать мешками ничего не болит - проворчала Аня, и стала натягивать старые джинсы - и закатывать банки с огурцами по триста штук, здоровья хватает.

- А сама-то на работу таскаешь банки эти - с обидой отвернулась от нее Нина Поликарповна - едите всей бригадой, не отказываетесь.

- Таскаю, чтобы не пропали - Аня пятерней пригладила волосы, и намотала на голову платок - в подполе же места не осталось, одни банки рядами стоят. Некоторые лет десять нетронутые, крышки проржавели, скоро взрываться начнут, устроят нам тут ядерный удар снизу.

 - Ладно, не болтай, иди, помогай деду копать, и Жучку возьми с собой, пусть побегает на воле, не все же ему на цепи сидеть.

- А ты кошку с мышкой приведешь, как в сказке - захохотала Аня, и выскочила за дверь, пока не схлопотала по заднице полотенцем от разъяренной бабки.

 - Ишь ты, смеётся ещё - Нина Поликарповна достала две пары шерстяных носок, и теплые бурки. Ноги болели от осенних заморозков, но ради сорока борозд картофеля, нужно перетерпеть любую боль и дискомфорт. 

После того, как весь урожай будет собран и закрыт в погребе, старики вдвоем пойдут в поликлинику, лечить измученное тело, но это потом.

Сперва необходимо убиться на грядках, давление довести до 200, скрючиться от тяжёлого труда, и конечно же, радоваться, что смогли, сумели.

И в этом году исполнили свой долг, непонятно кем и когда на них возложенный, много лет назад.

Ну, не съедят они сами семьдесят мешков картошки и двести банок огурцов, раздадут по соседям и знакомым, детям городским навьючат в багажник.

 Весной будут таскать к речке тайком, чтобы освободить место для нового урожая, и снова прихватит спину от тяжести.

Срочно побегут лечиться, ведь скоро копать, сажать, полоть и радоваться урожаю.

 А что, нормально так-то, зато всегда чем-то заняты, скучать некогда.

От автора: Вчера соседка, жалуясь на слабое здоровье, тащила на спине рюкзак с картошкой и капусту в сумке. Потом принесла мне кочан, и долго рассказывала, как тяжело достается ей урожай, что давление , что рука, нога ни к черту. И обиделась на предложение продать дачу, сказала, что от кормилицы своей никогда не откажется.

И пропихнула всё таки мне этот кочан, потому что, ей некуда девать.

Я поняла, что "на тебе убоже, что нам негоже", но не обиделась, взяла, хоть и в холодильнике у меня уже лежит кочан от другой соседки.

Спасибо конечно им, но стоит ли трудиться так, чтобы потом раздавать!?