Приключенческая повесть
Все части повести здесь
Когда я вижу, что у Саюри озабоченный вид, то сразу понимаю, что пожалуй, не все в порядке. Неужели что-то заподозрила, или... Или вообще знает, что мы с Агнией проникли в их дом? Хотя на нас же была широкая одежда и балаклавы...
– Ася Николаевна! – говорит она, входя в кабинет и рассеянно кивая мне и Анютке – мне нужна ваша помощь, просто необходима! Я очень надеюсь, что вы, как ветеринар, любящий животных, не откажете мне в маленьком одолжении.
– Но что случилось? – спрашиваю я ее. После ее слов у меня от сердца отлегло – она выглядит как человек, который понятия не имеет о том, что кто-то забирался к ней в дом.
Какой же еще можно сделать из всего этого вывод? А очень простой – та незнакомка, что носит хвосты и богатый серебристый парик ничего ей не сказала, и из этого следует два варианта:
Часть 31
Я глаз не могу отвести от незнакомки еще и потому, что мне кажется, будто я где-то ее видела. А где – хоть убей, не скажу. Одно могу сказать точно – это женщина, ибо она обнажена, стройная, худая, с плоским животом и немного несуразной фигурой, ибо тонкость талии и стройность бедер абсолютно не дополняет и совсем не украшает отсутствие груди. Вернее, грудь-то есть, но она чересчур мала.
Понимая, что если я сейчас пошевелюсь, это может вызвать неизвестно какую реакцию этого непонятного существа, я просто перевожу взгляд на Агнию, которая смотрит на незнакомку с открытым от удивления ртом. И вдруг та, которую мы не знаем, и без понятия, как она вообще проникла в этот дом, беззвучно встает в боевую стойку. То же самое, не теряясь и нисколько не смущаясь, делает и Агния, издав соответствующий боевой клич. И не успеваю я опомниться, как она одной рукой снимает заветный распылитель с пояса, тот самый, которым прыснула в лис, а второй рукой зажимает сама себе рот, успев сначала крикнуть мне, чтобы я сделала то же самое.
Ох, Агния! И до чего же ты бесстрашная! Куда же мое-то бесстрашие подевалось?! Существо, неизвестное нам, машет руками и ногами, в попытке вступить в бой, но видно, что сознание ее постепенно мутится, потом закатываются миндалевидные глаза и прекрасная незнакомка падает к нашим ногам.
– Ты что сделала? – спрашиваю я – совсем с ума сошла?! Ты убила ее, что ли?!
– Конечно, нет! Она просто уснула.
– Тогда сматываемся отсюда!
– С ума сошла?! Нет, давай тщательно проверим, не оставили ли мы следов, чтобы все лежало так, как и было! А эту нужно вытащить за пределы ограды. Оставим ее где-нибудь в лесу!
– Да ты... Ты в своем уме?! Все проверить, ее вытащить! Может, еще в гости пригласить и чаем напоить?!
– Ась, ты что, не понимаешь, что ли? Если мы запрем сейчас дверь и уйдем, а они, положим, знакомы и эта... экзотическая женщина тут живет, она все расскажет Саюри – что мы здесь были! Саюри подаст заявление в полицию, начнется расследование. А если ничего этого не будет, и мы просто вынесем дамочку наружу – какие к нам претензии, может, она чего насочиняла, следов-то наших в доме нет, мы в перчатках и бахилах! А если они незнакомы, так тогда эта незнакомка вообще Саюри ничего не скажет, и нам это снова на руку.
Я задумываюсь.
– Ты права, пожалуй, давай вытащим ее. Только сначала действительно осмотрим дом.
Мы осматриваем все быстро и профессионально, как настоящие полицейские. Когда заканчиваем, я говорю подруге:
– Ну что, понесли?
Она берет девицу за ноги, а я за руки.
– Она тяжелая, как мужик! – морщится Агния – худая, ноги длинные, но кости... как у робота, словно металлические.
– Ну знаешь, эти ее хвосты еще веса прибавляют, представь, сколько тут меха.
– Я и не удивлюсь, что она голая ходит – в таком одеянии наверняка жарко невозможно.
– Меня больше удивляет, что босиком. Смотри, и не единой раны на ступнях.
– Может, она летает? – хихикает через силу Агния.
– Ага... чаровница же, как говорит отец Харитон. Парит...
Незнакомку нам приходится выносить через заднюю калитку, возле которой лисы так и спят глубоким сном. Когда мы оставляем незнакомку в кустах, – при этом Агния хихикает, по-живодерски потирая руки, что можно положить ее на муравейник – подруга уходит, чтобы проверить еще раз, все ли мы заперли, а потом привести в норму сигналку. Я же продолжаю рассматривать чудо природы, мирно спящее под действием успокоительного.
Надо сказать, что к водворению незнакомки в безопасное место мы отнеслись очень серьезно – отнесли поглубже в лесную чащу и положили на заботливо оставленные кем-то после вырубки дерева ветки. Через несколько минут Агния возвращается и говорит мне:
– Хватит пялиться на нее! Пойдем!
– Погоди! – говорю я – мне вот интересно, на что крепятся все эти штуки? – я показываю на парик незнакомки и на ее богатые девять хвостов.
Агния осторожно отгибает густые волосы и показывает мне:
– Смотри, вот тут в нее на голове обруч, очень плотный, на него и крепится парик. Если бы он был на обычную сетку закреплен – она не смогла бы его носить, не выдержала бы основа парика такой гривы. Все продумано, подруга!
Я, в свою очередь, убираю в сторону длинную шерсть хвостов.
– Ну, все ясно. У нее тут вокруг талии перевязь, словно у коня упряжь, она в форме трусов, только... ну... как в БДСМ, без всего. Потому все наружу. Только хвосты сзади. А спереди нам все видно.
– И не только нам – констатирует подруга – ладно, пошли! Через лес.
Мы идем по лесной тропинке домой, и я говорю Агнии:
– Я больше, чем уверена, что именно эту чаровницу видел самым первым Аркашка Яковлев, когда позвал нас с Вадимом, за ней же пошел Марк, и за ней же – отец Харитон. И надо заметить, что это не Мин, и не Саюри.
– А меня другое волнует – задумчиво вторит мне Агния.
– Что именно?
– Как она вот так ходит? Комары в лесу, всякие растения! Как можно... ходить... с открытым «забралом»?!
После ее слов я начинаю смеяться, как сумасшедшая.
– Ну, Агния, ты даешь! С забралом! Ты уверена, что тебя это должно волновать и что это твоя головная боль?
– Да нет, конечно, скорее, ее. И все же...
– Агния, открою тебе маленькую тайну – в магазинах целая куча средств от всяких насекомых. Спрыскал на себя флакон и можешь хоть целиком голая ходить! Эта-то хоть с хвостами, машет ими, насекомые сами улетают в испуге. Да и парик чего стоит... Но меня занимает совершенно другой вопрос, вернее, два. Первый – к чему весь этот театр? И второй – связана ли эта хвостатая мадемуазель с Саюри ИньХу?
– Про связана мы узнаем, я думаю, очень скоро. А пока давай подумаем, как передать Лелику все, что мы нарыли.
– Ага! Самое главное, чтобы кочка опять не образовалась на тропинке.
– Слушай, у меня предложение – поедем завтра в город, вдвоем! Так будет надежнее. Заодно зайдем куда-нибудь, чего-нибудь вкусного выпьем, вспомним старые добрые времена...
– Ты уверена, что они были добрыми? – спрашиваю я с сомнением.
– Ась, но тем не менее, мы всех победили! И сейчас выпутаемся!
– Хорошо, тем более, Вадим обещался приехать завтра домой. Чтобы он не скучал и не думал об этих змеях, засевших в своем логове вместе с лисами, я оставлю его смотреть за сыном!
– Отлично! Лучше и не придумать!
Честно говоря, на следующий день эйфория проходит... Эйфория от нашего приключения. Мне вдруг становится страшно – вдруг коварная Саюри что-то заподозрила, или эта самая незнакомка в ее подчинении? И что же тогда эта японо - китаянка придумает? Заявит в полицию? Придет с разборками и доказательствами того, что именно мы с Агнией побывали у нее дома? Предъявит мне что-то?
И вот – проходит половина рабочего дня, и я вижу ее машину, останавливающуюся около фермы. Она снова одна, без Чжана, выходит, стройная, красивая, в черных кожаных брюках в плотную обтяжку и в кипенно – белой майке. Глядя на нее в окно, Анютка бубнит:
– О, явилась – не запылилась, змея подколодная! Господи, Ася, посмотри, что на ней надето! Как она ходит в жару в этих кожаных штанах, да еще черного цвета!
Анютке мало что нравится в последнее время – она становится злой и недовольной. Не знаю, что с ней происходит, но кажется, гулянка с подругами отнюдь не пошла ей на пользу.
– Ты чего ворчишь, как старая бабка? Вообще-то, она тебе прибыль обеспечивает, покупая мясо в огромных количествах.
– Да знаю я! Меня бесит то, что все мужики, как один, твердят, что я должна продать ей ферму.
– Ну, вовсе не все! Пока только об этом сказали трое, а отец Харитон даже и не про Саюри говорил, а просто про «продай».
– Ой, ну, теперь еще и ты ее защищаешь!
– Я не защищаю! Меня беспокоит твоя злость!
Когда я вижу, что у Саюри озабоченный вид, то сразу понимаю, что пожалуй, не все в порядке. Неужели что-то заподозрила, или... Или вообще знает, что мы с Агнией проникли в их дом? Хотя на нас же была широкая одежда и балаклавы...
– Ася Николаевна! – говорит она, входя в кабинет и рассеянно кивая мне и Анютке – мне нужна ваша помощь, просто необходима! Я очень надеюсь, что вы, как ветеринар, любящий животных, не откажете мне в маленьком одолжении.
– Но что случилось? – спрашиваю я ее. После ее слов у меня от сердца отлегло – она выглядит как человек, который понятия не имеет о том, что кто-то забирался к ней в дом.
Какой же еще можно сделать из всего этого вывод? А очень простой – та незнакомка, что носит хвосты и богатый серебристый парик ничего ей не сказала, и из этого следует два варианта: А) они не знакомы; Б) в интересах этой самой чаровницы держать втайне то, что она столкнулась с нами в доме Саюри, но при этом они знакомы. Ах, да, есть еще третий вариант... Но этот самый третий вариант вылетает у меня из головы, потому что Саюри отвечает на мой вопрос:
– Мои животные... мои лисы... с ними что-то происходит. Они вялые, они почти ничего не едят! Я очень взволнована!
– Госпожа ИньХу! – прерывает ее Анютка, вид у нее решительный и даже, можно сказать, жесткий – у Аси Николаевны сейчас рабочий день!
– Анна Даниловна! Вы же... добрый человек! Я умру без своих лис!
Я вдруг вижу слезы в ее глазах и понимаю, что эта странная, непреступная и холодная женщина очень и очень одинока, единственная ее привязанность – это ее цукай. Честно, на минуту мне даже становится ее жаль.
– Саюри, вы сейчас успокойтесь и поезжайте домой. Ничего не пытайтесь без меня делать, не старайтесь сами лечить. Я приеду к вам после работы и посмотрю ваших животных. Постарайтесь не кормить их через силу, если они не хотят, а просто поить водой, как можно больше воды!
– Хорошо! Спасибо вам, Ася Николаевна! – она склоняет голову и выходит.
– Ты с ума сошла?! – кричит Анютка – по мне, так передохли бы ее лисы!
– Нет, Аня, так нельзя! Даже если она враг – животные страдают, и я не могу отказать ей в помощи!
– О, боже, я с ума с вами сойду! То вы эту Саюри костерите, на чем свет стоит, то ты с животными ей хочешь помочь! Аська, у тебя семь пятниц на неделе!
– Я объяснила тебе свою позицию, Аня!
После работы, не обращая внимания на ворчание подруги, я первым делом еду к Саюри. Сына должен забрать Вадим, так что сначала звоню ему, и, убедившись, что Ромашку он заберет, звоню сразу Агнии и рассказываю ей про визит Саюри. Услышав мой рассказ, она говорит довольно:
– Значит, она ничего не знает про то, что кто-то был в ее доме! Или... погоди... это ловушка, может быть? Аська, не езди одна, прошу тебя! Потому как от этого газа сильно последствий быть не должно! Может, она спецом тебя заманивает!
Решаю, что она права и беру с собой Олега – может быть, заодно смогу по их лицам прочитать, насколько близко они знакомы.
– Только ради тебя! – говорит мне Олег – ибо эти китаянки мне неприятны!
Саюри, по-прежнему не скрывая своего беспокойства, проводит нас во двор, в вольер, куда перенесли лис. Все трое лежат на деревянном полу, сколоченном из крепких досок, и смотрят на окружающий мир с абсолютным безразличием.
– Чжан! – командует Саюри – будь рядом на всякий случай, вдруг они проявят агрессию, они ведь настороженно относятся к... чужим!
Осторожно осматриваю животных. Ну, я-то понимаю, в чем тут дело, видимо, снотворное Агнии все-таки не прошло для них даром. В этот момент Олег вдруг говорит:
– Госпожа Саюри, я вижу, что у вас есть калитка, которая выходит в лес.
Саюри напрягается, она прекрасно понимает, что Олег имеет в виду. Но потом берет себя в руки и отвечает:
– Да... Но мы ей не пользуемся. Сами посмотрите – ни следа вокруг...
Хорошо, что Олег не идет туда осматривать эти самые пресловутые «следы»...
– Ну что же – говорю я через некоторое время, осмотрев животных – полный покой на три дня. Предполагаю, что они съели что-то нехорошее...
Саюри мотает головой:
– Нет-нет, они очень разборчивы и понимают по запаху, что можно есть, а что нельзя!
– Саюри... У нас в лесах много чего лежит, поэтому вы не можете утверждать, что ваши лисы не могли съесть что-то... не совсем для них подходящее. Особенно в том лесу, что за нашим домом... А они там частые гостьи.
– Больше они туда не пойдут! – дрожащим голосом заявляет она, а я мысленно в душе говорю себе «слава богу!».
– Так вот – полный покой на три дня, больше воды, еда по норме, вот тут написано чего сколько – я подаю ей бумажку – и купите в городе вот эти таблетки. Через три дня, а то и раньше, должно все пройти. Если нет – зовете меня.
К слову сказать, выписанные мной таблетки абсолютно безопасны.
... Вадим беспрепятственно отпускает меня в клуб. Сначала мы с Агнией договариваемся с Леликом, что после клуба он отвезет нас в Заячье, во сколько бы мы не освободились, потом отдаем ему все, что наснимали в доме Саюри и распечатали, а уже потом отправляемся туда, где нас в первую очередь ждут воспоминания. И меня они захватывают с первого дринка выпитой текилы. Я смотрю на танцпол и вспоминаю, как Данила Маслов пробрался сюда и танцевал, обхватив Агнию за талию, а она не видела его. Агния же понимает, какие воспоминания сейчас всплывают в моей голове. Но через некоторое время я вдруг получаю от нее солидный тычок в бок. Смотрю на нее, и постепенно выплываю из своего аморфного состояния.
– Смотри! – говорит мне Агния и показывает куда-то в толпу – узнаешь?!
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.