Найти в Дзене

Первый ангел - первое олицетворение Порядка. (3 часть)

(начало тут) - А еще я хочу рассказать про свой легион. – сказал Беоатрикс. – Символом моего легиона был лев! - Почему я не удивлена! - Ха! На льве пафосная часть заканчивается и начинается обычная. Итак, чем мы отличались от других легионов помимо того, что мы лучшие, сильнейшие, мы первые, мы самые упертые! Оружием нашим были молоты и секиры, двуручное тяжелое оружие. Сами по себе все прочные, придурковатые, но при этом очень добрые. Но у нас была особенность, мы сами по себе размером больше, чем все остальные… - а у тебя какой рост если на наши цифры перевести? - 12 метров. Я самый здоровый, даже Эва меня ниже, у него рост чуть больше 9 метров. Так вот мой легион пошел весь в меня. Размер — это прямой указатель на физическую силу. Мои легионеры все мощные, здоровые, вот с такими ряхами! – Беоатрикс в воздухе рисует квадрат! - И с огромными болтами! – поддерживаю я. - И это только девушки! - громогласно смеется ангел. – Нашей отличительной чертой, веселой именно, было то, что мы все

(начало тут)

- А еще я хочу рассказать про свой легион. – сказал Беоатрикс. – Символом моего легиона был лев!

- Почему я не удивлена!

- Ха! На льве пафосная часть заканчивается и начинается обычная. Итак, чем мы отличались от других легионов помимо того, что мы лучшие, сильнейшие, мы первые, мы самые упертые! Оружием нашим были молоты и секиры, двуручное тяжелое оружие. Сами по себе все прочные, придурковатые, но при этом очень добрые.

Но у нас была особенность, мы сами по себе размером больше, чем все остальные…

- а у тебя какой рост если на наши цифры перевести?

- 12 метров. Я самый здоровый, даже Эва меня ниже, у него рост чуть больше 9 метров. Так вот мой легион пошел весь в меня. Размер — это прямой указатель на физическую силу. Мои легионеры все мощные, здоровые, вот с такими ряхами! – Беоатрикс в воздухе рисует квадрат!

- И с огромными болтами! – поддерживаю я.

- И это только девушки! - громогласно смеется ангел. – Нашей отличительной чертой, веселой именно, было то, что мы все в какой-то степени повара.

- Серьезно?

- Да! В силу того, что мы очень много кушаем, такие организмы еще надо прокормить, мы решили, что готовим себе сами. Нам нашим легионом только харчевни разорять, и то не наедимся. Поэтому мы все запасливые. Как Эва говорил, как же на ваши слова это объяснить, ага, у нашего легиона очень большая автономность. Мы можем свалить куда-то в неведомые дали и спокойно на своих запасах очень долго продержимся.

Мы запасливые, мы все готовим, может мы готовим не как лучшие повара наших времен, но мы готовим сносно, сами прекрасно кушаем. Постоянно устраиваем пирушки.

Если день прошел без пира, то день прошел плохо! А где пир, там и пьянка. Мы легион сильно жрущих алкашей.

Зато на больших пирах мы всегда в первых рядах, сначала помогаем готовить, а потом уничтожать то, что приготовили!

Ну и в заключение, мы не только повара, мы в первую очередь воины и наша боевая доктрина – при пока не кончится враг!

- О это как у Эргадлиона в Порядке! – вспомнила я.

- Да, мы же старший Порядок, самый первый.

- Слушай, а куда вы делись после того, как город пал?

- Хм, на самом деле это темная история. Помнишь я тебе говорил, что у нас память обрубалась в определенные моменты. Я помню только последние что через несколько дней, после того как город был нами оставлен, последний приказ Рарима, что надо уводить людей. Людей тогда мы увели, спрятали в Хаосе на тот момент. Потом держали совет, все 4 легиона, что делать. Мы решили, что нужно сделать вылазку и попробовать хотя бы город штурмануть. С северных врат как раз между моей башней и башней Кая мы зашли и всё, тут память моя обрывается.

А последним в городе остался Рарим.

- Я знаю, что Рарим стоял насмерть, так там и остался. Ему помогал Квейн. А остальных богов переловил Аваэл.

- Возможно и нас тогда он поймал. Еще разберемся что там происходило. Темных пятен очень много. Я четко помню, тех кто остался, я, Ао, Ами и Раи, плюс огрызки наших легионов, те кто выжили, вот таким составом мы решили, что город нужно отбить.

Кто-то уничтожил нам память частично. Я помню, что мы пробились к северным вратам, в город вошли. Город был пустой абсолютно, туда никто не зашел. Я помню, что часть людей мы туда вернули, так как город был пустой, а дальше всё, ничего не помню.

- А сейчас этот город опять вернулся. Город, который построил Квейн. Он был у вас всегда, изначально, но построили его позже. Странные вещи у вас творились!

- Да, вообще странный город. Город, на котором всё держится, где люди, духи, ангелы и боги могли жить вместе и спокойно взаимодействовать.

Давай я лучше что-то смешное под конец расскажу!

- Расскажи про ангельский гон! - улыбаюсь я.

- Начнем тогда с основ. В силу того, что мы гиперболизированные люди, мы во всем круче людей, живем мы бесконечно, убить нас невозможно, энергии больше и управляем мы ей лучше, размером мы больше, мы сильнее и т. д., всего-всего-всего у нас больше. И в силу этого инстинкт к размножению у нас очень мощный.

Как у нас появился гон, периоды охоты. Всё началось с меня, я первый везде и всегда. У меня первого началось половое влечение, и парни меня точно поймут, в период, когда у тебя первый гон, когда тебя начинают интересовать девочки, он самый мощный, вот самый-самый первый. И ты смотришь, и каждая девочка прям королева красоты или номинируется точно! Не бывает некрасивых женщин, бывает первый гон!

И я самый первый ы это влип!

Я очень сильно полюбил одну женщину! Эта женщина была пекарем, от нее пахло булочками, а в силу того, что я пожрать люблю, то я решил вот она моя любовь! Она мне ростом чуть выше бедра!

- Ты ж моя дорогая, размером с алабая! – развеселилась я!

- Ха-ха-ха-ха! – Беоатрикс смеется так что дом дрожит! – От нее пахло булочками, у нее были большие розовые щечки, она была приятной округлости, светлоглазая, светловолосая! Я влюблен!

Как же я за ней хвостом ходил, я ничего не понимал. Я же не мог подойти к ней и сказать: «эй, у меня тут кое-что есть, и оно тебе явно нужно!». Я не знаю как с женщиной обращаться, я ничего не умею, а спросить не у кого! У матери? Да ни в коем случае! Никогда!

- Может у отца?

- Я пробовал. Мне было сказано: «что это с тобой?» - словами не передать с какими интонациями Беоатрикс это вещает. – так как это первый раз такое, то никто не понимал, что со мной происходит.

- А у Энлиля почему не спросил?

- Я постеснялся! Да! Ангелы могут стесняться! Так вот, я там за ней ходил. Я думал, что любят женщины, что же любят женщины? Женщины точно что-то любят!

- Потрясающий вывод! – я аж похлопала.

- Да! Я тупой! Надо понять теперь что она любит! Дальше была весьма комичная ситуация, потому что за женщиной ростом среднего человека, наблюдала детина на тот момент ростом 10 метров, и пытался делать вид что он незаметен. Представь, что за тобой наблюдает двухэтажный дом! И иногда томно дышит! Она такая красивая, ах, она так старательно трудится!

Думаю, с ее стороны это выглядело забавно. Но я тогда себя еще контролировал более-менее, прям гон конкретный еще не начался, но предпосылки уже расцвели и выражались вот так.

Я за ней следил, вот она домой пошла, я смотрю своим ангельским зрением, за несколько километров, что она делает дома. Ага! Цветы поливает. Она любит цветы!

На следующее утро у входа в ее пекарню стоял букет в диаметре метров так 20! Она не могла протиснуться через них! Не понимала, что происходит, но надо протиснуться в пекарню, работать вообще-то надо. Я смотрел, видел ее недовольное лицо! Сердце мое было разбито! Ей не понравилось, а я так старался!

Потом она у всех спрашивала не знает ли никто что здесь происходит и откуда этот букет появился! Цветы ей понравились, но их было слишком много. В итоге пришли какие-то ребята, которые с улицы все это убрали, а я подумал, ладно, правда многовато. Надо метров 10, и цветы другие. Может ей эти не понравились.

На следующий день ее ждал десятиметровый букет, но уже не разных цветов, а все одинаковые, по размеру, по цвету, конечно красные! Красный цвет любви, страсти!

Так я за ней ухлестывал месяц!

Спустя месяц я догадался, что мои размеры могут стать проблемой. Потому что ну как мы будем любить друг друга если ей придется смотреть под углом в 70-80 градусов, у нее же заболит шея. А мне тоже будет неудобно, я буду постоянно горбиться вниз. Поэтому я пошел к Эве и спросил, а нельзя ли мне как-то поменять размер?! Может он может научить, потому что к людям он ходил и ходил в людских размерах. Он мне подсказал как это сделать, я сократился почти под размеры возлюбленной, где-то метров 5. И пошел с повинной, мол, дама, я тебя люблю, не могу, это всё я!

Я пришел к закрытию, уже стемнело. Стучусь в дверь, мне открывают, я соплю, сердце бешено стучит, пытаюсь вымолвить хоть слово, потому что в горле встал ком, и не только ком встал, и не только в горле! Пытаюсь значит сказать хоть что-то, а она смотрит на меня, знает кто я такой и говорит, о Беоатрикс, привет!

Все что я мог сказать: «Я». При этом надрывно дыша!

Она посмотрела на меня и спросила, всё это твоих рук дело?

«Я! Я!» не много звуков я тогда издавал.

Дама поблагодарила, сказала, что ей очень приятно и поинтересовалась зачем всё это.

«Я! Да! Хорошая ты! Да!», выглядел я как полный отсталыш.

И она на меня смотрит, говорит спасибо, может зайдешь, я угощу тебя чем-нибудь!

У меня сердце стучит, паника охватывает, но я опять смог ответить «Да!».

Бочком пролез, крылья сложил, плечи в подбородок вжались, но я пролез. Мне дали стул, потом посмотрели меня и сказали, что садись-ка ты лучше на пол. Я сел на пол, мне дали хороший такой горшочек молока, дали булочку, которая меня была как печенька. Я пил молоко, ел эту булочку, смотрел на возлюбленную бешенными глазами, думаю я выглядел в тот момент устрашающе и очень глупо. Но и тут она решила со мной поговорить, ты Беоатрикс успокойся, попей молока, и поговорим.

Конечно! Я сразу же одним залпом допил молоко, случайно не разбив все об потолок.

Дама мне сказала «выдохни!»

Это было ошибкой, я выдохнул, старательно, сдул половину бумаг.

Тут она улыбнулась, спросила, так зачем это вот всё?

«Очень ценю твою работу!» чеканя каждую букву молвил я. «Да!»

Она сказала, что ей очень приятно, но пекарен в городе много. Так зачем же ты пришел? Она не понимала явно что происходит, так как ангелы не так все-таки часто с людьми взаимодействуют. Аж с такими как у меня помыслами… может быть она думала, что я злюсь на нее.

В итоге этот разговор, умной женщины и парня, у которого помутнение на фоне гормонов, пришел к тому, что она задала мне вопрос, так ты что не ругать меня пришел?

«Нет! Нет! Нет!»

Тут она начала меня успокаивать, так я начал постоянно повторять это нет-нет. Ну и спросила, тогда зачем я явился.

«Ты мне очень нравишься!», как же мне было страшно это говорить, но я взял всю свою мужественность в кулак, и продолжил. «Ты хорошая очень женщина! Да!»

Она ответила, да спасибо, очень приятно. Она улыбнулась.

«Мы могли бы дружить!», я свою мужественность из кулака не выпустил еще.

Она засомневалась, переспросила, точно дружить? А у меня голос басистый, это звучало как угроза. Плюс это тяжелое бешеное дыхание, сама понимаешь, как выглядело всё со стороны. Она ответила согласием.

«Спасибо! Обнимемся?»

Она скептически посмотрела на меня, намекнула что меня обнять ей не получится, слишком уж большой я. И тут она все-таки решила попробовать. Значит, обходит она стол, идет ко мне, я оборачиваюсь полусидя, ага, женщина, обнять женщина, ооооо! И так получается, что она замечает какая беда у меня происходит, смотря мне ниже груди. И тут до нее доходит, ага, значит так дружить. Извини дружок, но у нас ничего не получится.

У меня всё упало, детское сердечко было разбито.

«А-а-а по-по-п-почему?» естественно я задал вопрос.

Она начала объяснять, что мы не можем быть вместе, она же пекарь, а я вот ангел, как так можно!

«Любви положение не помеха!», я это выдал на одном дыхании.

Она на меня посмотрела, заулыбалась, сказала приходи в следующий раз, мне подумать надо.

В следующий раз я пришел утром к открытию! Она мне сказала, что да, мы можем дружить, но именно только дружить. Она испугалась меня, я же здоровенный детина, с челюстью как у вашего бульдозера, да и в целом непонятно чем дело кончится.

По итогу я пошел снова к Эве с вопросом как мне стать вот именно человеческого размера, прям вот чтоб прям как люди, сделай мне, пожалуйста. Я объяснил зачем, что хочу с женщиной дружить, у Эвы задергался глаз. Он позвал мать, сказал вот, оно хочет женщину! Мать тоже обалдела. Оба спросили зачем и почему!

Но они сделали меня человеческих размеров, заодно натолкали мне подзатыльников, чтобы сбить мне немного возбуждение, чтобы я хоть немного начал головой думать. Скорее всего, они пытались мой мозг, размером с яйцо комара просто поставить на место. Им это удалось, мозг попал в нужный паз! Я успокоился. И тут мне начали объяснять, как обращаться с женщиной, с напором, но аккуратно, ухаживать, но без перебора, внимание уделять нужно, но не забывать слушать, что говорят в ответ.

В последствии эта женщина меня бросила, потому что у меня начался полноценный гон. Когда я уже пошел по всем женщинам подряд, там я уже себя не контролировал. И как раз к этому времени гон начался у остальных братьев. Отец с матерью за нами с молотами бегали, чтобы это угомонить.

Так как я первый вляпался в это, у меня еще было время сообразить, что к чему, а у братьев времени этого не было, им в голову ударило сразу.

Да с этой женщиной отношения половые у нас были, но она не поняла перфоманса с гоном, хоть я и пытался ей объяснить, что я себя не контролирую в этот момент, я ничего не могу с этим сделать. На что она сказала, что не может так, это неправильно и быть так не должно.

Я, естественно, очень долго страдал, мое сердце было разбито, долго из своей башни смотрел на эту пекарню, мне было грустно. Я не плакал, но было грустно.

А потом грянула вторая волна гона. А потом третья, четвертая, пятая и дальше. Тогда у гона не было периода какого-то. Извини, налюбился, успокоился, а через некоторое время опять начинается. Половых утех прям дико-дико хочется.

А когда нас отловили, кажется после восьмого гона, отлупили, затащили в замок, Эва что-то поколдовал над головой и потом объяснил, что теперь вот ЭТО вот оно будет, так как от этого избавиться невозможно. Это именно физическая тяга к размножению, которая свойственна живым существам. С этим сделать ничего невозможно, теперь это будет происходить раз в некоторое время. И мы теперь должны специально подгадывать, как раз к началу гона, чтобы мы заканчивали свои дела, чтобы мы оповещали людей, так это раньше походило на массовые изнасилования, о том, что пора заколачивать окна. При этом мы должны были уходить в специально отведенные для нас места, где никому не могли нанести вреда, и там нас запирали.

Гон — это плохо, именно в том виде, в котором он у нас был, это было ближе к чему-то животному. Ни одни стены нас сдержать не могли, мы вырывались постоянно.

Для мужиков я уже вставку делал, что они меня поймут. Теперь хочу сделать вставку для юных девушек. Если парень рядом с вами начинает заикаться, сильно потеть, глаза у него бешеные, это не значит, что он придурок, это значит, что он не понимает, что с ним происходит. Вам девочкам, как более умным существам, нужно отнестись к этому со снисхождением, и не смеяться над человеком, не прогонять, но вам нужно поговорить. Как ни странно, вот это первая любовь, от этого гона, она очень эмоциональная. Это единственная любовь в жизни мужчины такая эмоциональная, похожа на женскую. Хоть и вызвана она членом, но находится она в районе сердца, не ниже, и не в голове.

Так что девчонки, пользуйтесь моментом!