Подпишитесь если нравится мои истории. Хорошего вам дня и заглядывайте почаще, новые истории выходят каждый день!
Людмила Петровна торопливо перебирала документы в сумочке, стоя у кассы Курского вокзала. Билет на поезд до Тулы был уже в руках, но беспокойство не отпускало. В голове крутилась одна мысль: успеет ли добраться до дочери вовремя?
— Следующий! — крикнула кассирша, и Людмила Петровна отошла в сторону, уступая место молодому человеку с рюкзаком.
Она взглянула на табло. До отправления поезда оставалось двадцать минут. Рядом с ней остановилась пожилая женщина с большим чемоданом на колёсиках.
— Извините, вы не подскажете, где тут платформа номер четыре? — спросила незнакомка.
— Идёмте, я тоже туда, — ответила Людмила Петровна. — Вы тоже в Тулу?
— Нет, в Серпухов. Внучка рожает, надо помогать. А вы?
— К дочери. Она заболела, одна с маленьким сыном сидит.
Женщины пошли по длинному переходу, волоча за собой багаж.
— Меня Зинаидой зовут, — представилась попутчица. — Зинаида Васильевна.
— А я Людмила Петровна. Хорошо, что встретились, а то я тут плохо ориентируюсь.
На платформе уже стоял синий состав. Проводники проверяли билеты и помогали пассажирам с тяжёлыми сумками. Людмила Петровна нашла свой вагон и показала билет худощавой проводнице лет пятидесяти.
— Место тридцать четыре, купе восьмое, — объявила проводница. — Проходите, устраивайтесь.
В купе уже сидел мужчина средних лет в тёмном костюме. Он читал газету и лишь кивнул в знак приветствия, когда Людмила Петровна вошла.
— Можно? — спросила она, показывая на верхнюю полку.
— Конечно, это ваше место, — отозвался мужчина, откладывая газету. — Игорь Васильевич.
— Людмила Петровна, очень приятно.
Она аккуратно разместила сумку и устроилась на нижней полке напротив. За окном медленно поплыли огни ночной Москвы.
— Далеко едете? — поинтересовался Игорь Васильевич.
— В Тулу, к дочери. А вы?
— Туда же. Служебная командировка. Работаю в проектном институте, надо объект посмотреть.
Поезд набирал скорость, покидая шумную столицу. Людмила Петровна достала телефон и набрала номер дочери.
— Алло, Катенька? Это мама. Я в поезде, завтра утром буду. Как дела? Температура спала?
Голос дочери звучал слабо и уставшо.
— Мама, хорошо, что едешь. У Дениски тоже поднялась температура. Боюсь, что от меня заразился.
— Ничего, ничего, всё будет хорошо. Я лекарства привезла и куриный бульон сварю. Ты главное не волнуйся.
— Спасибо, мама. А Серёжа всё ещё в командировке, помочь некому.
— Вот я и приехала помочь. Отдыхай, завтра в девять утра буду.
Людмила Петровна убрала телефон и вздохнула. Игорь Васильевич участливо посмотрел на неё.
— Дочка заболела? — спросил он.
— Да, грипп подхватила. И внук маленький тоже приболел. Зять в командировке, вот и приходится бабушке ехать на помощь.
— Правильно делаете. Семья — это святое. У меня тоже дочь есть, живёт в Питере. Тоже стараюсь помогать, когда могу.
В коридоре послышались шаги, и в купе заглянула проводница с чайником.
— Чай будете? — предложила она.
— Конечно, — откликнулась Людмила Петровна. — И этому господину тоже, если не против.
— Спасибо, с удовольствием, — согласился Игорь Васильевич.
Проводница принесла стаканы в подстаканниках и пакетики сахара. Людмила Петровна достала из сумки пакет с печеньем.
— Угощайтесь, домашнее, сама пекла.
— Спасибо большое. А я вот конфеты купил, — Игорь Васильевич протянул коробку шоколадных конфет.
Они пили чай и разговаривали о жизни. Оказалось, что Игорь Васильевич овдовел три года назад, живёт один, работает, чтобы не думать о грустном.
— А знаете, — сказал он, отпивая чай, — иногда думаю, что вот так бы и поехал в поезде, никуда не приезжая. Всё время в дороге.
— Почему? — удивилась Людмила Петровна.
— В поезде особая атмосфера. Люди открываются друг другу, рассказывают то, что дома никому не расскажут. И время словно останавливается.
— Это верно, — согласилась она. — Помню, в молодости ехала к родителям на Украину. Всю ночь проговорила с соседкой по купе, а потом ещё долго переписывались.
За окном мелькали огоньки небольших станций. Поезд изредка притормаживал, но не останавливался.
— А вы давно одни живёте? — осторожно спросил Игорь Васильевич.
— Муж умер семь лет назад. Сердце. Вроде бы привыкла уже, но всё равно тяжело бывает. Особенно по вечерам.
— Понимаю. У меня так же. Днём работа отвлекает, а вечером приходишь домой, и тишина такая, что хоть волком вой.
Они замолчали, каждый думая о своём. Стук колёс убаюкивал, и Людмила Петровна почувствовала, что веки становятся тяжёлыми.
— Отдыхайте, — сказал Игорь Васильевич. — До Тулы ещё несколько часов.
— А как же вы? Может, вам на полку лечь?
— Не волнуйтесь, я привык в поездах ездить. Могу и сидя поспать.
Людмила Петровна разложила полку и легла, укрывшись пледом. Сквозь сон она слышала мерное постукивание колёс и тихое дыхание попутчика.
Проснулась она от того, что поезд резко затормозил. За окном была глубокая ночь.
— Что случилось? — спросила она, поднимаясь.
— Не знаю, стоим уже минут десять, — ответил Игорь Васильевич. — Может, семафор, а может, техническая остановка.
В коридоре послышались голоса, и мимо купе прошла проводница с фонариком.
— Что происходит? — окликнула её Людмила Петровна.
— Авария на путях впереди. Стоим, ждём разрешения на проезд. Может, час, а может, и больше.
— Ну вот, — расстроилась Людмила Петровна. — Я же дочери сказала, что к девяти буду.
— Ничего страшного, — успокоил Игорь Васильевич. — Позвоните, предупредите. А мы пока поговорим. Всё равно спать уже не хочется.
Людмила Петровна набрала номер дочери, но телефон не отвечал.
— Спит, наверное. Больной человек должен отдыхать, — сказала она, убирая трубку.
— А расскажите мне про дочь, — попросил Игорь Васильевич. — Какая она?
— Катенька? Золотая моя девочка. Закончила институт, работает бухгалтером. Замуж вышла за хорошего парня, внука родила. Живут в Туле в своей квартире.
— А часто видитесь?
— Раз в месяц примерно. То она ко мне приедет, то я к ним. Хочется чаще, но понимаю — у неё своя жизнь, семья.
— Понимаю. У меня дочка тоже редко звонит. Молодёжь сейчас занятая очень.
Поезд дёрнулся и снова встал. В соседнем купе кто-то недовольно ворчал.
— А что у вас за работа была? — спросила Людмила Петровна.
— Инженер-проектировщик. Промышленные здания проектировал. Заводы, склады, цеха. Вся жизнь в чертежах и расчётах прошла.
— Интересно, наверное.
— Интересно, но однообразно. А вы кем работали?
— Воспитателем в детском саду. Тридцать пять лет с детишками провела. Они как свои стали.
— Тяжёлая работа.
— Тяжёлая, но благодарная. Знаете, как приятно, когда встречаешь на улице уже взрослого человека, а он подбегает: «А помните, я в вашей группе был!»
Поезд вздрогнул и медленно тронулся. За окнами поплыли тёмные поля и редкие огоньки деревень.
— Ну вот, едем дальше, — обрадовалась Людмила Петровна.
— Значит, путь расчистили. До Тулы теперь час езды максимум.
Они снова замолчали, слушая стук колёс. Игорь Васильевич смотрел в окно, а Людмила Петровна думала о том, что встретит дома. Больная дочь, капризный внук, домашние дела.
— А знаете, — вдруг сказал Игорь Васильевич, — мне с вами говорить легко. Давно так не разговаривал с человеком.
— Мне тоже приятно. Дома ведь не с кем поговорить по душам.
— А что если... — он замялся, — что если мы познакомимся поближе? Я имею в виду, после поездки.
Людмила Петровна посмотрела на него внимательно. В его глазах читалась надежда и одновременно страх получить отказ.
— Не знаю, — честно сказала она. — Мне уже шестьдесят четыре года. Какие тут знакомства...
— А что возраст? Разве в нашем возрасте нельзя дружить? Ходить в театр, в кино, просто беседовать.
— Можно, конечно, — она улыбнулась. — Только я в Москве живу, а вы...
— А я тоже в Москве. Просто в командировку ехал.
Поезд начал замедляться. За окном показались огни города.
— Тула, — объявил голос в динамике. — Стоянка три минуты.
Людмила Петровна начала собирать вещи. Игорь Васильевич помог ей снять сумку с полки.
— Вот моя визитка, — сказал он, протягивая небольшую карточку. — Если захотите поговорить или сходить куда-нибудь, звоните.
— Спасибо, — она взяла визитку и убрала в кошелёк. — А это мой телефон.
Она написала номер на листочке из блокнота.
— Игорь Васильевич, спасибо за компанию. Дорога показалась короткой.
— И вам спасибо, Людмила Петровна. Берегите себя и выздоравливайте скорее.
На перроне их ждала прохладная утренняя свежесть. Людмила Петровна махнула рукой Игорю Васильевичу и пошла к выходу. У неё было странное чувство, что эта ночная поездка что-то изменила в её жизни.
Дочь встретила её у входа в подъезд, бледная, в халате.
— Мама, наконец-то! Как доехала?
— Нормально, только немного опоздала. Авария была на путях. Как дела? Температура есть?
— Уже лучше. А у Дениски тридцать семь и два. Капризничает.
Дома Людмила Петровна сразу взялась за дело. Измерила внуку температуру, дала лекарство, поставила чайник. Привычные заботы отвлекали от странных мыслей о ночном разговоре в поезде.
Но вечером, когда дочь с внуком легли спать, она достала из кошелька визитку. «Игорь Васильевич Морозов, инженер-проектировщик» — было напечатано на ней.
Людмила Петровна долго смотрела на карточку, а потом убрала её обратно в кошелёк. Может быть, когда вернётся в Москву, она наберёт этот номер. А может быть, нет.
Но впервые за много лет она засыпала с мыслью о том, что в большом мире есть человек, который помнит о ней и ждёт звонка. И эта мысль грела лучше любого одеяла.
А в это время в соседнем вагоне поезда, который уже приближался к конечной станции, Игорь Васильевич смотрел в окно и думал о женщине с добрыми глазами, которая три часа назад сошла в Туле. В кармане его пиджака лежал листочек с телефонным номером, и он уже решил, что обязательно позвонит, как только вернётся в Москву.
Последний поезд из столицы довёз до места назначения не только пассажиров, но и надежду на то, что одиночество можно победить самым простым способом — открыв сердце навстречу другому человеку.
Спасибо что дочитали мою статью, мои хорошие.
Читайте еще: