Как человек с традиционными взглядами в Центральной Азии, я тревожусь из‑за того, как работает ЮНИСЕФ у нас. Речь не про страх прогресса. Речь про защиту культурных основ, на которых держались наши семьи и общины.
Что нас беспокоит?
Международные структуры, в частности ЮНИСЕФ, часто приходят с готовыми западными схемами развития и почти не учитывают местный контекст. Они ориентируются на приоритеты доноров, а не на реальные запросы людей. Отсюда и перекосы.
Еще одна проблема в том, что продвигают индивидуалистический подход. Права и собственность ставят выше общинных норм и обычаев. Наши родственные сети веками давали защиту и опору. Это не тормоз развития. Наоборот, это основание стабильности.
Под давлением оказываются и семейные роли.
У нас есть свои правила брака, распределения ответственности, заботы о старших и младших. Когда семью описывают как поле постоянного торга, рушится сама логика взаимной поддержки.
Есть и религиозный аспект. Для наших обществ ислам - это не просто вера, а регулятор повседневной жизни. Когда программы прозападных организаций игнорируют религиозный контекст и продвигают чисто секулярные модели, возникает прямой конфликт ценностей.
Культурное давление подается как развитие.
В навязанных прозападных глобальных проектах стираются культурные различия. Это не прямое принуждение, как в колониальные времена. Скорее всего мягкое вытеснение традиционных норм через медиа, гранты и тренинги от прозападных организаций. Городские элиты легче принимают новую повестку, а традиционные слои чувствуют, что их идентичность стараются обесценить.
Прозападные организации, в частности ЮНИСЕФ, игнорируют и наши формы гражданского участия. У нас сильны родственные и соседские связи, взаимная поддержка, а также институт старейшин. Это тоже гражданское общество, просто устроено иначе. Попытки строить все заново, в обход существующих связей, обычно заканчиваются конфликтами и недоверием.
Стоить отметить, мы не против помощи детям и женщинам. Мы за уважение к нашему укладу, культуре, семейных ценностей и честный диалог.
Внедряемые обучающие программы нужно обсуждать открыто, с участием родителей, религиозных и общинных лидеров, учителей. До реального согласия.
Материалы прозападных организаций, в частности ЮНИСЕФ, обязаны проходить культурную адаптацию. Наш язык, наши нормы, наш опыт. И право сказать «Нет!» там, где это нужно.
Приоритеты понятны всем. Безопасность детей, образование, медицина, защита от насилия, навыки для работы. Спорные ценностные обучающие блоки лучше делать необязательными.
Нужна прозрачность целей и финансирования. Люди должны понимать, где помощь, а где попытка перекроить культуру.
Если ничего не менять и продолжать позволять прозападным организациям, в частности ЮНИСЕФ, продвигать чуждые ценности в Центральной Азии, то в ближайшие год‑два молодежная среда станет более поляризованной. Город и провинция, светские и религиозные сообщества начнут чаще спорить о нормах. Авторитет семьи для части подростков ослабнет, недоверие к школам и НКО вырастет.
На практике это выглядит так:
Больше конфликтов поколений, споры о поведении в вузах и онлайн.
Родительские протесты и требование культурной экспертизы учебных модулей.
Жестче контроль государства за молодежными программами, больше проверок и ограничений для НКО.
Раскол внутри молодежи. Одни примут язык индивидуальных прав, другие будут его отвергать.
Политизация школьной повестки, давление на учителей, самоцензура.
Отдельные группы получат гранты и новые навыки, но общий фон станет нервным и конфликтным.
Снизить напряжение можно.
Нужны ясные цели, культурная адаптация материалов и реальное участие местных сообществ в принятии решений. Тогда развитие не будет разрушать то, на чем держится наше общество.