Холодок пробежал по моей взмокшей спине. Джонатан Корвин в ту же секунду поменялся в лице, мгновенно спрыгивая на пол и с грохотом ударяя недопитый бокал о столешницу. Брызги пролитого лимонада украсили мелкой россыпью дверцу холодильника. В памяти моментально всплыли кровавые картинки, что так красочно рисовала Даника: жухлый репейник в ее волосах, Джек-потрошитель, несчастные куски тела Мэри, розовый чистый велосипед и грязные ссадины на щеке сестры. Не говоря ни слова, сосед деловито кинулся в комнату, и в ту же минуту вернулся с перекисью водорода и упаковкой бинта. Кровь с пальца продолжала медленно заливать застеленный клеенкой стол. Видимо, я слишком перенервничала, расковыряв палец сильнее, чем было позволительно.
Закусив губу, Корвин терпеливо обработал мне палец и забинтовал рану, местами действуя немного грубовато. Я завороженно наблюдала за профессионально отточенными действиями, пытаясь разглядеть лик того маньяка-садиста, которым меня запугивала Даника. Голубовато-мутные глаза человека и правда странно горели, но...отчего-то мой страх начал постепенно отступать. Холодные руки Корвина дарили приятную прохладу в летний зной. Что-то здесь не так. Я не ощущала никакой смертельной опасности. Мне не хотелось убегать прочь, теряя голову. Прикосновения чужака не вызывали во мне агонию панической атаки.
Королева-агорафобия была сильнее даже священного страха смерти.
(с) "Агорафобия Джоны Холм"
[История Джоны Холм - как и любая другая история моего авторства - безусловно, то шагает совсем позади, то, задыхаясь, забегает вперед, но неизменно - след в след, формируя ровную гармоничную цепочку. Где-то там, по свежевыпавшему снегу, за оголенными деревьями осторожно ступала целая стая голодных волков, но ты легкомысленно подумаешь, что это всего лишь соседская собака решила прогуляться по осеннему лесу. Случайный прохожий не заметит ничего сверхъестественного: "Да, что уж там. Здесь просто шел один человек, вроде бы не спеша, не торопясь, возможно, созерцая небо и будучи совершенно расслабленным."
Глядя на других людей, и вроде как внимательно изучая оставленные ими следы, яркие черты внешности и темп походки, все же мы ни-ког-да не сумеем с первого взгляда понять, какую тяжелую, порой, кровопролитную борьбу они ведут внутри себя каждый день. "Агорафобия Джоны Холм" рассказывает именно об этом...]
- из писательских дневников Ленни Лоренц