Дарья и Рейс переглянулись, потом Дарья очень медленно спросила:
– Что началось, Шенн?
– Бойцы Дорхез в пригородах бьются с «праведниками». Кьяр и ребята дерутся с гончими, – Шенн нахмурился. – Дашка, гончих очень много! Ребят окружили, там ещё какие-то, я их не могу считывать. Не понимаю, они живые, но вместо сознания пустота и какие-то цифры что ли…
– Зови всех! Всех союзников! Зови Коиз! – потребовала Дарья.
– Я всех позвал. – Шенн нахмурился. – Бои по всему Сангу. Ужас какой-то, так свирепо! Эти гончие выскакивают чуть ли не из подвалов. Давно ждали.
Дарья закусила губу. Мелькнула мысль, что Кьяр и её сетиль бьются, а она прохлаждается. Решение пришло сразу. Ведь они искали Рейс, они должны знать, где она! Рейс вздрогнула, увидев пристальный взгляд Дашки.
– Ты всё правильно поняла, им надо помочь. Они наши сетиль! – проговорила Дарья.
– Говори, что делать? – Рейс решительно кивнула ей.
– Надо их заманить! Думай, что ты одна, тебе страшно! Шенн, усиль её страх. Она жертва. Пусть она дрожит, как олень, перед нхангами! – Дарья вскочила и веером послала сигнал. – Здесь, она здесь! Она одна!
– Ты не справишься! – закричал Шенн и отшатнулся.
На него взглянула не гатанги, а воин, готовый убивать.
– Справлюсь. Мы так оттянем часть бойцов.
– А если ты не справишься? Дашка! Кьяр обещал меня убить.
– Дурачок, он далеко, а я рядом. У меня кроме сетиль в этом мире никого нет. Пусть враги меня боятся. Передавай эмоции Рейс, я не могу тратиться, – и она разулась, потом повернулась к Рейс. – Твоя работа – это сидеть и дрожать… Только посильнее дрожи.
Шенн потрясенно взглянул на женщин, они хищно улыбались. Однажды его дел сказал ему, что самое страшное, когда в разборки между семьями вступают женщины, они знают, что слабее мужчин, поэтому стремятся убить, а не ранить.
– Да уж, – прошептал он. – Только есть женщины, которые свою слабость превратили в силу.
Дашку лихорадило от предчувствия битвы. Она мысленно поцеловала пол под ногами и прошептала, изумив Шенна:
– Матушка, подмогни!
Когда пять фигур с закрытыми платками лицами легко вспрыгнули на второй этаж, Дарья ухмыльнулось.
– Да-а, это не нурлоки! Потанцуем, ривхи?
– Ты наша! – прорычал один из пятерых.
Они бросились одновременно. Кнут сбил двух сразу, один задёргался, изо рта у него поползла какая-то лента, трое отступили. Дарья, извернувшись в воздухе, отпрыгнула. Лента подёргалась и упала на лежащего, тот задёргался в судорогах и застыл. Дашка щёлкнула кнутом и удачно сломала шею ещё одному, у того, как у куклы, оторвалась голова и повисла на коже.
– Шенн, передай, они не гатанги! Они не живые, и пусть близко не подходят, опасно! Это какие-то киборги! – рявкнула она и отскочила. Оставшиеся двое бросили сеть, которая мгновенно загорелась. Дарья с трудом увернулась и потеряла кнут. Два ножа скользнули в руки, как живые. – Ну и что, уроды? Умеете кричать?
– Ты сдохнешь!
Напавшие осторожничали, рыжая гатанги оказалась очень сильным противником. Один из них гулко закричал, призывая на помощь. Дарья приготовилась. Рейс закрыла глаза и представила, как она тугим потоком передаёт подруге свои силы и села на землю от невероятной слабости. Она чувствовала, что та приняла её дар.
Дарья с удивлением поняла, что цель чужаков, не Рейс, а Шенн.
– Надо же! Значит, они ищут тех, кто ставит общие блоки. Ох, не зря в дом Норка тогда припёрлись гончие! Они решили, что Рейс – награда для Шенна.
– Не отвлекайся! – рыкнул Шенн.
Он вовремя крикнул, потому что Дарью атаковали сразу все, оставшиеся в живых. Дарья исхитрилась и воткнула им в глаза ножи. Ножи мешали напавшим, но они были живы. Она поразилась живучести этих киборгов и умудрилась во время боя поднять кнут. Ей удавалась не подпускать рвущихся к Шенну противников.
Было душно и жарко, она вспомнила, как горят леса, и бросила зрительный образ-сигнал, твари задымились.
– Значит говоришь цифры в голове. Хм… Может программы? Значит образы должна быть виртуальными. Ну-с! Горит нефть
Через несколько минут напавшие обуглились.
– Заметил, Шенн? Они своими мыслями у себя что-то сломали и подожгли, – прохрипела она.
– Дашка! Рейс умирает, она отдала всё, – крикнул Шенн.
– Много ты знаешь о женщинах! – она подскочила к Рейс. – Учти, если умрёшь, он найдёт другую! Не сразу, будет сначала тосковать, но со временем боль утихнет. Знаешь, что обидно? Всё, что ты ещё не получила из-за своих страхов, он отдаст другой.
– Что? – Рейс, качаясь, встала. – Нет!! Он мой!
– Твой, детка. Не слушай её! Я твой! Ты для меня свет! Дашка, смотри! Обычные гончие! – Шенн засмеялся, испытывая странное похмелье, и достал два палаша. – Пора, сестренка!
Дарья подмигнула ему:
– Ну, потанцуем, братишка-ведр?!
Сразу несколько гончих в нелепых масках вспрыгнули на балкон.
Их встретил кнут и палаши. Только теперь Рейс поняла смысл тренировок, которых проводил Тхи. Шенн и Дарья казались неутомимыми. Рейс качалась, из носа текла кровь, но она тянула из себя остатки сил и отдавала дравшимся Шенну и Дашке. Печень болела нестерпимо, но она, свив образы самого прекрасного, что она знала в жизни, в спираль из золотого света, несла и несла энергию бойцам. Через два часа те были по локоть в крови среди трупов, но на балкон опять лезли гончие.
Дарья закричала Рейс:
– Отдай всё Шенну! Оставь только, чтобы не умереть. Чуть-чуть оставь!
– Держи! – любовь, нежность, доверие, всё, что было, Рейс бросила избраннику и без сознания упала на пол.
Дарья, закусив губу, ударила плотной массой воздуха по лезущим, те посыпались вниз, ломая балюстраду.
– Шенн, отходи к Рейс и отдай мне силу! Я попробую их сжечь, – просипела она.
– Не надо, помощь близко! – так же просипел тот.
– Пока травка подрастёт… – устало возразила она.
Дарья, наконец, придумала, как сжечь трёх противников, которые осторожно двинулись в её сторону. На балкон вспрыгнули ещё двое, она только силой мысли подтянула себе горящие дрова из камина, который не смотря на бой всё еще давал тепло и свет, и невероятным усилием зажгла огненную стену, которая двинулась к нападавшим, те завыли и бросились вниз, но двое гончих бросились на неё. У Дашки потемнело в глазах от усилия, но она бросила на них пламя и сожгла их. У неё было ощущение, что онмело все тело.
Однако бой есть бой! Услышав шорох и, не видя, кто это, резко повернулась, руки горели синим пламенем, и застыла от вопроса.
– Экспериментируешь, Дашута?
Она потрясла головой и увидела. Вокруг стояли израненные патрульные и озадачено смотрели на тела, которыми была завалена веранда. Рейс уже была на ногах, её подпитывал Шенн.
Силт с ужасом смотрел на Дашку, покрытую кровью и пеплом, и на взбешённого дрена, который шёл к ней.
Кьяр повернулся к Шенну и зло спросил:
– Ты ей сказал, чтобы не вмешивалась? Сказал, или нет?!
Шенн икнул и в ужасе потерял сознание, рядом с ним рухнула Рейс. Кьяр схватил Дарью за косу и закрутил вокруг её шеи:
– Для тебя слова дрена ничего не значат?!
– Я нечаянно, – просипела Дашка, счастливая от того, что он жив.
Раздался дружный хохот.
– Ладно, я добрый, – и Кьяр опять придушил свою гатанги. – Я тебе говорил, что ты дрянная хозяйка?!
– Это почему? – обиделась та.
– Грязь развела! – рявкнул он, раздражение от Дашкиного поступка отступило, и он испытал облегчение от того, что его колдунья жива.
Хохотали все. Вошёл Тхи и, посмотрев на всех, сказал:
– Мы взяли одного живого «праведника». Вам сутки на отдых.
– Двое! – возразил Кьяр и кивнул на Рейс и Шенна.
Утро следующего дня было на редкость спокойным. Никто не хотел напрягаться, а из-за того, что Шенн спал, то никто и ничего не знал. В гостиную вошла красная, как мак, Зрар и объявила, что она избранница Норка и покидает их.
– А жаль… – протянул Мерц, за что получил по лбу книгой.
– Поросёнок!
Фани впервые разругалась с Батом, из-за того, что получила от кого-то великолепный букет, который тот разодрал в клочья, наорал на неё и ушёл. Бат злился на Фани и ругал себя за то, что не догадался купить своей любимой цветы, но главное, что его взбесило, то, что она обрадовалась подарку. Он не понимал, как он забыл радовать любимую такими мелочами.
Ронг, который всё это затеял, наслаждался, надо было прочистить мозги Бату и напомнить, что Фани так любит цветы. Роун утешала Фани, но не говорила, что эту шутку предложила она. Её стала напрягать идиллия в их отношениях, пора было в эти отношения добавить перца.
Мерц в регенерационной рубахе и бинтах медленно закипал из-за того, что Ден заботилась о нём изо всех сил. Он, чтобы освободиться от заботы, попросил сварить ему кашки. Ден мучилась на кухне.
Дашка волновалась, проснувшись она не нашла своего гатанга. Она уже два раза обежала весь дом, но его нигде не было. Не выдержав, Дарья заглянула в комнату Рейс и Шенна, и обнаружила, что те были запелёнаты в шёлк. Дарья завопила от ужаса. Все гатанги сбежались на её вопль.
– Кто?! – рявкнул Мерц, раздирая на них шёлк.
– Он нас убьёт! – прошептала Рейс. – Он сказал, что он нам такое устроит, что мы позавидуем невозмутимости кроликов.
Гатанги заржали, а Дарья вдруг стала тихой и потупила глаза. Мерц понял первым, но не успел, он был связан. Ронг отбивался, но был также связан. Затем Мерца и Ронга женщины оттащили в комнату Бата и Фани, а дверь завалили шкафом. Проснувшийся от шума Бат с недоумением смотрел на нежданных гостей, потом засмеялся.
– Хотелось бы знать, как она заставит его нарушить приказ дрена? – прошептал Мерц и переглянулся с Ронгом.
– Ба, а то вы её не знаете! – бросил Бат и тоже задумался, ему было самому интересно, и он напрямую подключился к Фани.
– Роун, принеси масло и мёд! – приказала Дарья.
– А что вы будете делать? – в ужасе спросил Шенн.
– Я тебя предупреждала, что я рядом. Это меня надо бояться! – проворковала Дарья. – Ты узнаешь, что такое пытка. Девочки, мёда чуть-чуть, масло много-много.
Ронг, перекрывая всех, мысленно закричал, лопаясь от любопытства:
– Показывай всё, Шенн, иначе я запытаю Рейс сам.
Шенн не поверил Дарье, но на него сели Роун и Ден. Ден нежно поцеловала Шенна и усмехнулась, услышав рычание Мерца (Ах ты-ы!!). Рыжая медленно разделась сама. Шенн в ужасе моргал, не веря своим глазам. Дарья наклонилась к нему.
– Ты ведь не знаешь, что такое тайский массаж? – Шенн в ужасе затряс головой. – Сейчас узнаешь!
Рыжая не спеша раздела Рейс и толкнула её на диван. Затем намазала себя её мёдом и маслом, и заскользила своим телом вдоль тела Рейс. Ронг завыл от восторга, а Мерц, наблюдая за этим глазами Шенна предложил:
– Надо развязаться. Ну, Ден, дрожи, гадина! Я тебе покажу, как раздавать поцелуи.
Ден прикусила губу от восторга – он её ревнует. (Ревнует даже к сетиль, любимый.) Движения Дарьи становились всё более откровенными. Рейс закрыла глаза и застонала от наслаждения. Комнату нарыло облако истомы. Шенну стало плохо, желание скрутило его в дикий узел.
– Всё скажу! Больше не мучай, оставь меня с Рейс. Скорее! Я сейчас сойду с ума от желания.
Бат посмотрел на Ронга и, прорвав его блокаду, убеждено прорычал:
– Этот букет твой, гад.
Ронг захихикал и откатился на всякий случай от Бата. Вдруг Шенн насторожился.
– Дашка! Кьяр дерётся!
Рыжая скатилась с Рейс и натянула на себя какую-то рубаху.
– Где? Покажи, где?
Цапнув ближайшие два ножа, Дарья понеслась на улицу, за ней бежали Роун и Фани. Когда они ворвались в какой-то склад на окраине города, то бой уже закончился.
Измочаленные патрульные все в грязи и крови сидели на полу, а в центре на десятке трупов, приготовленных к отправке в клиники целителей для исследования, сидели сыновья Норка и Кьяр.
Кьяр посмотрел на свою гатанги и ткнул братьев в бок. Те, взглянув на неё, захохотали, хлопая себя по коленям. Дашка смущённо поёжилась, потому что ожидала другой реакции, потом оглядела себя, рубаха едва прикрывала зад, но главное это были масло и мёд, которые во время бешеного бега действовали, как пылесос.
В этом районе не утруждали себя уборкой мусора, и она была покрыта пылью, перьями и всем мусором, который прилип к ней по дороге. Из-за этого казалось, что на ней странные штаны. Патрульные рыдали от смеха и катались по земле.
В дверь склада вошёл Тхи и покачал головой.
– Ржёте, ривхи?! Вы, почему всех убили? Что, не могли кого-то оставить? Что нам даст анализ трупов? Вот-вот! Ничего! Да! Всех убили зачем-то.
Кьяр, икая от смеха, просипел:
– Они ещё были живы, но как увидели Дашку, так и умерли со страху.
– Хм… – Тхи прищурился. – Дарья, я как-то не замечал у тебя склонности к садизму! Да, просто изумлён.
– В смысле? – рожица Рыжей в пыли и пуху вытянулась.
– Ты гатангов сначала возбуждаешь голым задом, а потом пугаешь своей рожей в пуху, – и Тхи повалился от смеха рядом с Кьяром.
– Ай! Что ты придумываешь? А как это вы вляпались? – спросила Дашка, отдирая от себя мусор.
– Хотели тебе сделать подарок. Привезли боевые кнуты из Европы. Кьяр, как узнал, о новых кнутах, так и уговорил нас поехать на склад. Чтобы ты ничего не узнала раньше времени, вырубил Шенна, – сообщил один из сыновей Норка.
– Ага, – продолжил второй. – Хорошо, что друзей захватили! Мы приехали и вляпались. У гончих здесь был схрон. Они к чему-то готовились.
Все опять засмеялись, наблюдая, как Дарья свирепо чесалась и отбивалась от каких-то мушек.
– Всё, больше не могу! Здесь есть где-нибудь помыться? Меня жрут непрерывно, – она чуть не визжала.
– Нет, что ты! – провыл, икая Кьяр. – Тебе очень идёт. Это так интересно смотреть, как ты машешь руками!
Дашка с облегчением вздохнула, радуясь, что Кьяр не рассердился.
– Пошли домой, здесь даже сесть не на что! – Фани и Роун осматривали склад. – А все двери проверили?
– Все! – ухмыльнулся один из Патрульных. – Его развеселили боевые сетиль.
– Пошли, домой! Пожалуйста! – взмолилась Дарья, стараясь как можно ниже натянуть рубаху, но ничего не получалось, и она встала за спины подруг.
– Пошли, а то сюда скоро все мухи Санга прилетят! – засмеялся Кьяр, он оценил, что Дашка скромно пряталась за сетиль.
Дома Кьяру ребята рассказали, что вытворяла Дарья с девчонками, чтобы узнать, где он. Тот покачал головой.
– Просто не знаю, что с ней делать? Она нянчится со мной, как с ребёнком! Мало этого, так ещё и девчонок подвигла на это!
– Мне кажется, они очень испугались, – проскрипел Тхи. – Это же были первые серьёзные бои, и они очень боялись вас подвести. К тому же у них тяжесть на сердце от того, что они убивали гатангов. Вы должны с ними поговорить! Объяснить, что те, кто воевал с вами, не гатанги. Это те же «бледные», только более совершенные! Да! Девочки испытывают чувство вины.
– Ты прав! – Мерц, соглашаясь с ним кивнул. – Мне и самому было тошно, а девчонкам и подавно! Я заметил, что Ден после боя мылась, как ненормальная, почти час. Она как бы смывала с себя содеянное!
– Оптимальный вариант, поговорить об этом в подробностях и откровенно, – Тхи вздохнул. – Вы и сами-то не очень радостны. Поймите! Убитые вами были не гатангами! Вы спасаете гатангов. Запомните и внушите девочкам. Да! Вы должны поговорить с ними.
Парни, обсудив бой, решили отложить разговор на ночь, тем более что вот-вот должны были прийти Главы кланов.
Дарья, в отличие от подруг, которые смыв с себя пыль, убежали поболтать с Рейс, наслаждалась ванной и размышляла о произошедшем. Её поразил даже не масштаб изготовление киборгов, а то, как они были совершенны. Нападение на Кьяра и патрульных говорило о том, что здесь остались те, кто помогает Ордену.
– Проклятье! Зачем же мы ушли, ничего не выяснив?! Надо же было поискать улики! – взвыла она и выскочила в гостиную, прикрываясь мочалкой и полотенцем. Сидящие там главы клана трёх кланов невозмутимо поздоровались с ней. Дарья, не сразу сообразив, кто сидит с её сетиль, закричала, надсаживаясь. – Чей склад? Кому он принадлежит. Надо искать улики, но я уверена, те, кто это затеял, не в Санге! База в другом месте!
– Простите, она перевозбуждена, – Кьяр извинительно развёл руками и вывел её из комнаты.
– Видите, мы пришли к одному выводу. Так что операцию придётся проводить не в Санге, – проскрипел Тхи.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: