Полоцкая победа Российского царства, одержанная в 1563 году - пожалуй, одна из самых незаслуженно забытых в истории нашей страны. Это было одно из самых значимых военных достижений за всю историю Допетровской России. Возможно, причина кроется в том, что Ливонская война, в ходе которой произошла эта осада, в целом кончилась для России неудачно. Но это совершенно не умаляет её значимости.
Подготовка к походу.
Начнём за несколько лет до. В 1558 году грянула Ливонская война, вызванная обострившимся переделом сфер влияния на севере Европы. Земли ордена прибалтийских рыцарей, уже много лет чахнувшего, были лакомым куском для региональных гегемонов, в особенности для царской России, для которой Прибалтика могла стать "воротами в Европу". Русским войскам сопутствовал успех: всего за пару лет Ливонский Орден был ею разгромлен, а почти вся его территория, включая важные города Нарву, Дерпт и орденскую столицу Феллин, завоёвана. Такой расклад вызвал резкое ухудшение отношений с Великим Княжеством Литовским - в тот момент главным соперником России за обладание исконными русскими землями, приведшее, в конечном счёте, к началу войны.
Полоцк в XVI веке был крупнейшим и богатейшим городом Литвы, одной большой ярмаркой, хорошо укреплённой крепостью. Здесь русская армия могла рассчитывать на огромную добычу. Потеря Полоцка означала бы сильнейший удар по экономике княжества. Кроме того, взятие этого города давало целый ряд тактических преимуществ. Полоцк нависал над южным флангом группировки русских войск в Ливонии и создавал угрозу отсечения их от внутренних районов Русского государства. Взятие города позволило бы в первую очередь ликвидировать эту проблему и выровнять широкий фронт, растянувшийся от Балтийского моря до Днепра. Кроме того, из Полоцка открывалась прямая дорога на столицу Литвы - Вильно. На руку играло то, что население Полоцка, в прошлом русского города, было поголовно православным и тяготилось правлением католического государя, а значит навряд ли стало бы помогать гарнизону.
Царь стал готовить войска для нового похода в сентябре 1562 года. Уже 5 января следующего года русская армия была собрана и в полном составе стояла в Великих Луках. Несмотря на преувеличения европейских писателей, сочинявших про "бесоподобную орду" в сотни тысяч "варваров", настоящая численность русских полков составляла 31 206 человек. Поскольку поход имел колоссальное значение, воеводы провели тщательнейшую подготовку, подсчитав и перепроверив буквально всё и разработав подробный маршрут движения войска.
Основную ставку в предстоящем походе сделали на артиллерию, сыгравшую важную роль в ходе успешной осады Казани и кампаний в Ливонии. Было задействовано свыше 200 орудий, включая гигантские проломные пищали "Степанова пушка", "Кашпирова пушка", Орёл, Медведь, Три Аспида и Павлин, входившие в так называемый "стенобитенный наряд", причём тяжёлая артиллерия, дабы не замедлять движения армии, была отправлена после выхода в поход войска. Вес пушечных ядер достигал ...
120 кг! Самая слабая же из проломных пищалей - "Медведь" метала во врага 16-тикилограммовые ядра.
Несмотря на столь серьёзную подготовку к походу, Иван Грозный, разумеется, не желавший лишней крови, решил попытать счастья и предложил полоцкому воеводе Станиславу Довойне сдать город без боя, но получил твёрдый отказ.
Осада.
Город был взят в осаду 31 января. Гарнизон города насчитывал лишь 2 тыс. литовцев и 400 поляков, а также несколько тысяч завербованных на службу простолюдинов. В Полоцке были две линии обороны - так называемый "Великий острог" и замок. Однако со стороны реки Западной Двины укреплений не было, и именно оттуда воеводы решили нанести основной удар. Но спустя несколько дней начался ледоход, и об этих планах пришлось позабыть. Тогда 4 февраля царь распорядился прокладывать окопы и ставить туры вокруг города. На следующий день была проведена первая попытка штурмовать город, но она окончилась неудачно - стрельцы были отброшены.
Понимая, что своими силами город ему не удержать, воевода Довойна начал вести переговоры с русской делегацией о сдаче города, затянув их в ожидании прибытия подкрепления во главе с князем Н. Радзивиллом. Однако тактика Довойны оказалась неудачной - царь Иван перехитрил его, воспользовавшись уловкой самих же литовцев. Поскольку не было установлено, что на время перемирия останавливаются осадные работы, князь Андрей Курбский ночью в тайне завершил строительство лагерных укреплений и начал переброску под стены Полоцка осадной артиллерии, включая тяжёлые орудия.
Финал.
Утром 8 февраля февраля грянул первый залп тяжёлых орудий - начался решающий обстрел Полоцка. Довойне не пришло в голову ничего умнее, чем поджечь посады, дабы замедлить неминуемый захват внешней линии обороны, из-за чего вскоре огонь перекинулся на "Большой острог", вынудив самих же защитников города убраться в замок. В этот момент стрельцы и дворяне, попутно выполняя внезапно свалившуюся на них роль пожарных, атаковали город и ворвались в него. Несмотря на усилия местных жителей и русских войск, огонь охватил огромную территорию и уничтожил почти 3 тыс. дворов. В ночь с 10 на 11 февраля наприив стен замка были поставлены осадные туры. Литовские всадники и пехотинцы предприняли вылазку, которая завершилась победой русской армии.
Ещё днём 10 февраля русская артиллерия начала почти в упор расстреливать замок. Под натиском орудий земля тряслась как в Судный день. Тяжёлые ядра огромных "стенобитенных пушек" прошибали каменные стены насквозь, снесли "Великие ворота" замка. Несколько дней подряд русские, не снижая напора ни на час, крушили камень и кирпич, превращая его в дымящиеся руины.
Мощный обстрел зажигательными ядрами привёл к тому, что внутренний двор замка вспыхнул как спичка сразу в нескольких местах и загорелся, отчего много защитников последнего оплота Полоцка погибло. Русские стрельцы уже изготовились к генеральному штурму, но офицеры замкового гарнизона отказались командовать войсками города дальше, понимая, что в случае сопротивления их ждёт неминуемая гибель, и Довойна принял решение сдаться.
Эпилог.
Успешная осада Полоцка продемонстрировала невероятное качество подготовки, организации и снабжения русской армии в те годы. По данным Никоновской летописи, потери русского войска составили лишь 86 человек погибшими, в том числе четверо детей боярских (т. е. дворян) и 66 стрельцов. Эта миссия стала как бы вершиной, результатом всей военной деятельности отцов-основателей сильного Русского государства - Дмитрия Донского, Ивана III и Василия III, и вместе с тем - триумфом русского царя Ивна Грозного, заработавшего в Европе статус могучего завоевателя и защитника православных. Одна лишь эта победа, в возможность которой на Западе и в Вильно не верил никто, чуть не привела к полному разгрому всего Великого княжества Литовского и захвату его столицы. Благодаря одержанной "виктории" Россию стали бояться как "угрозу с Востока" и уважать как сильного соперника, а её артиллерия заработала славу сильнейшей в Европе и с тех считалась таковой несколько веков подряд. Даже в конце правления грозного государя Полоцк (вплоть до своего падения в 1579 году) был одним из его самых важных козырей.
Вопреки мнению далёких от реальной картины событий западноевропейских авторов, которое активно насаждалось и крепло несколько столетий подряд, русское войско проявило снисхождение по отношению к военному гарнизону и в особенности к жителям - народ-то в городе был православный! Кроме того, не тронуто было и еврейское население Полоцка, единственным требованием к которому стало насильственное крещение.
Воеводе Довойне сохранили жизнь и отправили "в железе" в Москву, где он пробыл в заточении до 1567 года, после чего вернулся на родину. Большинство старших офицеров литовского гарнизона пробыли так же несколько лет в русском плену и вернулись по домам. Польскому гарнизону был обеспечен почётный свободный выход с развёрнутыми знамёнами. Такое отношение Ивана IV к полякам объяснялось его нежеланием вступления в войну Польши напрямую, он планировал вести военные действия только против Великого княжества Литовского.
Полоцк стал символом русской военной мощи XVI века и пробыл под правлением православного царя шестнадцать лет. А некоторые из пушек, что осаждали этот город, сейчас можно найти в Артиллерийском музее Санкт-Петербурга.