Лучи осеннего солнца пробивались сквозь серо-голубые облака. Из учебного корпуса вышли мужчина и женщина. Погода стояла ещё тёплая. Кругом лежали сотни жёлтых листьев и студенты с большой радостью пинали их, как футбольные мячи. Урааа!!! Конкурс экопроектов закончился!
Мужчина открыл дверь автомобиля и помог своей элегантной спутнице сесть на переднее кресло. Это были: Елена Антоновна – приглашённый член жюри и Аркадий Петрович – директор филиала политехнического института, где и проходил конкурс. Елену Антоновну в областной центр мог отвезти водитель, и много кто мог отвезти, но директор вызвался сам, сославшись на дела в области.
Елене понравился салон автомобиля: это был BMW X5, в нём всё было бежевого цвета… и кожаные кресла тоже. Она почувствовала себя в нём тепло и уютно, как под велюровым пледом. Дорога была хорошая, джип летел стрелой, но руль находился в руках опытного водителя.
Говорили о конкурсе и о том, как на славу потрудились студенты.
– Да! Надежда на интеллектуальное будущее России есть! – утвердительно и как-то завершающе произнёс директор. Казалось, разговор был окончен, и дальше можно будет ехать и дремать в тишине. Елена порядком устала за эти два дня, изучая проекты с утра до ночи. Но вдруг Аркадий Петрович сказал совсем неожиданно и смущённо:
– Как хорошо, что вы были в платье! Как это красиво!
И оттого, как он это сказал, Елена почувствовала, что Аркадий Петрович даже захотел бы написать стихи, но не ей лично, а женщине в платье.
– Спасибо, Аркадий Петрович! Очень приятно! - поблагодарила она.
Директор был высоким и немного плотным, но всё ещё красивым и интересным мужчиной. Ему было где-то под пятьдесят, а его спутнице под сорок, точнее 38 лет.
– Я только хотел сказать, что совсем не вижу женщин в платье. Они их не носят…, просто перестали носить.
– И в первый день вы были в жакете и юбке, - добавил он.
– Извините меня! Вы, пожалуйста, не подумайте…, - и он снова смутился. А Елена Антоновна ничего и не подумала. Она была проницательным человеком и сразу поняла его слова правильно, без намёков.
«От избытка сердца говорят уста!» - вспомнила про себя Елена знаменитый стих из евангелия от Матфея. Она поняла, что сердце Аркадия Петровича давно было переполнено утратой, утратой романтического женского облика. И сейчас это своё волнуемое состояние он выразил вслух. Это его душа с грустью переживала о тайне. О той тайне, которая окутывает женщину, когда она в платье, и о том, что сейчас этой тайны нет. Женщины раздеты, даже если они одеты, и остаются такими у всех на виду. А платье сохраняет женщину и даже охраняет её от излишних взглядов. Женская юбка, она как шатёр, который покрывает священный грааль, где всё сокрыто. А сокрыто, потому что этот шатёр не для всех.
– Да! Мир изменился, и мы стали одеваться, как удобно, - поддержала его Елена. – Мы же не идём, а несёмся сквозь время, а нам так нельзя, – и она задумалась…
– Я порой говорю себе: « Если ты сейчас не остановишься, то ты не женщина, а мотор». И вы знаете, этот мотор меня пугает! Я не хочу быть железным грохочущим агрегатом. И тогда я останавливаюсь, потому что женщине спешить нельзя – это так некрасиво… Это нас обесценивает… И в этом мне помогает платье, и дома, и на работе. В нём чувствуешь себя по другому, оно сдерживает. Я становлюсь спокойнее, так же везде успеваю и делаю всё как-то элегантнее что ли... – Вот и я вам открыла свои мысли, – закончила монолог Елена Антоновна и повернулась к окну.
В актовом зале филиала, где проходило награждение студентов, Елена Антоновна была в платье одна, и она к этому уже привыкла. В последнее время, где бы наша героиня ни появлялась, ей приходилось получать либо комплименты о её наряде, либо косые взгляды.
– Спасибо, Елена Антоновна, что доверяете, – дружелюбным тоном поблагодарил Аркадий Петрович. И продолжил: «Я часто вспоминаю свою бабушку. Она всегда ходила в юбках и даже в двух: нижняя была белая с вышивкой, а верхняя синяя или вишнёвая. Когда бабушка меня, маленького, мыла, то снимала верхнюю юбку, чтобы не намочить, а я всё равно всё забрызгивал. А в праздник она надевала платье! Их у неё было немного, но все они были очень красивыми. Как мне всё это в ней нравилось! И даже платочек на голове!
Елена вспомнила, что у неё под платьем тоже была нижняя юбка из белого шёлкового батиста, а по краю было пришито тонкое французское кружево. Но она сделала так, чтобы оно не выглядывало, как было задумано по фасону. Это платье, конечно, было не для члена жюри студенческого конкурса, но оно было новое, и ей очень хотелось его надеть. Елена Антоновна была модницей! И это досталось ей от бабушки, как и многое другое…
– Елена Антоновна, я вас ещё не утомил?
– О чём вы говорите, Аркадий Петрович!? – ответила она с улыбкой.
– Вот, если бы у меня родились девочки, а не мальчики, то я накупал бы им столько красивых юбок и платьев, что они забыли бы про все эти штаны. Ну, или надевали их только по необходимости.
– Что же, надо родить девочку! – но тут улыбнулся Аркадий Петрович.
Про жену он молчал, как настоящий мужчина. Они работали вместе, она преподавала в этом же институте и была на много лет моложе своего мужа. Елена видела её много раз за время конкурса. Это была стройная, красивая женщина в изящном брючном костюме, которая пребывала в явном удовольствии от своей фигуры. И ещё от того, как брюки обтягивали её бедра. Что до студентов и провокации юных душ, то это мало её интересовало. Она была современным преподавателем, отлично знающим свой предмет, и на этом как бы всё… Но Аркадий Петрович любил её, и она была ему очень дорога. И чтобы не обидеть жену и не поссориться, он не выражал ей своё мнение по этому поводу.
– Платье… – хотел продолжить Аркадий Петрович.
– Vestito, – неожиданно для себя перебила Елена. – Так будет платье по-итальянски.
– Dress! – подхватил директор на английском.
– Das Klеid – вспомнила Елена из уроков немецкого.
– La robe, – парировал Аркадий Петрович по-французски. – Да у нас с вами игра получается, Елена Антоновна!?
Простое слово «платье», а сколько образов, характеров и незабываемых моментов! Его величество ПЛАТЬЕ может сбить с ног любого мужчину! Оно, как стрела амура, может даже пронзить сердце и зажечь любовь на всю жизнь. А самый шикарный брючный костюм этого не сделает. Конечно, он сильно привлечёт внимание мужчины, но не тронет его душу. Платье всегда победит! Именно, оно открывает взору женские лодыжки, о которых так много писали поэты…
В машине стало совсем тепло. Елена Антоновна расстегнула норковый с блестящей остью полушубок. Платье освободилось и растеклось по её коленям.
Оно было из итальянского вискозного шёлка знаменитого Roberto Cavalli. Его «лошадиная фамилия» смогла покорить весь мир своими уникальными дизайнерскими тканями. Но «лошадиная» не в смысле синонимов, как у А.П. Чехова, а в простом переводе: cavalli – по-итальянски лошади.
Ткань платья Елены Антоновны издалека казалась полностью однотонной и тёмно-зелёной. Но если подойти ближе, то она магически раскрывалась, и глаза обнаруживали множество маленьких жёлтых кружочков в чёрных ободках. Эти кружочки, как римские легионы, выстроенные в четкие когорты, покрывали всё нежно фисташковое поле ткани. Это и была удивительная метаморфоза Cavalli.
Фасон Елена Антоновна придумала сама, в стиле воho-chic, но не такой свободный. Поэтому силуэт платья мягко очерчивал её фигуру, а рукава с отворотами открывали тонкие запястья. И это придавало ей ещё большую изящность.
Время пролетело быстро и даже незаметно. Поездка подходила к концу, а впереди уже был виден большой освещённый город. Но кто бы мог подумать, что в пути эти мужчина и женщина будут говорить о платье. О женском платье!
Директор остановил свой баварский внедорожник у дома уважаемой Елены Антоновны и помог выйти ей из машины. Они тепло попрощались, и она направилась к своему подъезду. А он всё стоял и провожал её долгим задумчивым взглядом…
Было десять часов вечера, когда Аркадий Петрович припарковал машину у дома. В квартире во всех окнах горел свет; он поднялся на восьмой этаж и открыл дверь. Из гостиной вышла его любимая жена – на была в платье!
– Сегодня твои студенты взяли грант. Но главный победитель ты, мой Аркадий! – произнесла она тихим голосом и расслабленно положила голову на его широкую грудь.
P.S. Вот что значит женская интуиция.