Con fuoco (кон фуоко) – с огнём
Порт Санг встретил их ярким южным солнцем и удушливой жарой. Тхи смотрел на своих учеников с удовольствием. Даже среди ярких южных гатангов, украшенных ожерельями и кольцами, его воспитанники выделялись. Силой и элегантностью.
Сетиль, несмотря на любопытство, двигались, как и положено аристократам, с надменной неторопливостью. Кьяр тихо шептал Дарье названия кланов, объяснив, что ширина браслета на гатангах демонстрирует положение обладателя в клане, а доминирующие цвета в браслете, говорил о принадлежности к определённому клану. Пока они шли, Дашка, понаблюдав, поняла, что в Санге только три клана: Дорхез, Коиз и Монг.
Гатанги выбрали богатую гостиницу в центре города и заняли самые дорогие номера. Зрар потребовала внести в гостиную свежие цветы, это говорило об их статусе, что было немедленно проделано.
Они с трудом дождались, когда прислуга покинула их общую гостиную, и со стоном стали сдирать с себя дорогие шарфы и пояса, но стук в дверь заставил их замереть.
Зрар проплыла к двери, шикнув на них. В дверях стоял красавец гатанг в невероятно яркой и безвкусной одежде. Нервы «Валькирии» не выдержали, захлопнув дверь перед его носом и задыхаясь от смеха, она простонала:
– Там фойт!
Тхи, нахмурившись, вытащил её из гостиной, а Роун мелодично пропела:
– Открыто-о!
В гостиную вошёл южный красавец. Он самоуверенно улыбнулся, но, оглядевшись, сник. С диванов на него смотрели северные аристократы: надменные, холодные, изысканно одетые, и они молчали.
Южанин, чувствуя себя неуверенно, поклонился.
– Я пришёл по просьбе хозяина гостиницы! Меня зовут Кугак. Я гид. Хозяин спрашивает, не нужны ли вам проводники для развлечения?
Кугак опять поклонился, он старался не глядеть на грудь женщин, проклятый атавизм столь редкий у гатанги Санга страшно волновал, он ужасно боялся, что это заметят и смотрел только на мужчин. Судя по всему, они были богаты, и он не хотел терять таких клиентов.
Гатанг, окружённый ореолом власти (Роун постаралась), тяжело поглядел на него, и кивнул гатангу со шрамом. Кугак не знал, что пока он рассматривал их, силт весело мысленно общался.
– Дайте мне поиграть! – вопил Ронг. – Ну, дайте! Парень обалдеет от нашего аристократизма.
–Отвали! (это Мерц) Девочки, поиграем. Учтите, он признает только деньги, и, по-моему, скользкий тип.
–Почему ты? – возмутился Ронг.
–Потому что я респектабельный! – мысленно возразил Мерц.
Кугак, не понимая с кем ему общаться, прокашлялся. Могучий гатанг со шрамом на лице кивнул ему и лениво процедил:
– А что у вас здесь вообще интересного можно посмотреть?
(У-у! Высокомерные твари! Интерес им подавай!).
Кугак вежливо вслух проговорил:
– В Санге есть, чем удивить достопочтенных северян.
Шенн, который транслировал вовсю, получив замечание от Тхи, что тот плохо слышит из комнаты Зрар, сообщил всем:
–Он не хочет смотреть на грудь гатанги. Она его волнует. Очень и очень! Надо его ещё сильнее разволновать. Больше узнаем.
–Девочки, расположитесь так, чтобы ваша грудь было максимально мрм… обозрима, – мысленно промурлыкал Мерц. –Побольше страсти, но изысканно. Мы для него должны быть абсолютно недостижимой мечтой. Покажите ему знатность. Пусть этот кобель завидует. Действуйте!
Дамы, по-кошачьи, прильнули к груди мужчин, и те медленно, заскользили кончиками пальцев по холёной атласной коже. Северянки смотрели только на своих гатангов, не обращая внимания на вошедшего. Их грудь, почти полностью обнажившись, порывисто вздымалась. Казалось, они задыхаются от восторга.
Кугак охнул. (Ведь говорили, что все аристократки бесстыжие!). Он закашлялся, увидев, как некоторые яркие красавицы гатанги застонали, наслаждаясь скупой лаской гатангов.
Рыжая аристократка, как-то особенно струясь под рукой властного гатанга, попросила:
– Позволь мне, пожалуйста, – она наклонилась и поцеловала руку гатанга. – Позволь, господин, отпустить мои эмоции на волю. Ты же справишься, да?
Общее хором:
–Так его Дашка! Давай!
Кьяр мысленно завопил:
– Ты что же, делаешь такое? Он же спятит!
Грозное мысленное послание Тхи:
– Молчи, она права! Ты Глава Дома, пусть завидуют твоей власти. Они ничего не знают о северянах! Нужны качественные сплетни. Пусть ломают голову о ваших отношениях. Работай, дрен!
– Шенн, плохо видно! Не забудь про блоки для нас с Тхи! Кугака, конечно, не жалей! – это Зрар.
Поплыл запах таволги, дрен прошептал:
– Ну, Дашута, сама напросилась… – и ласково провёл рукой по склонённой голове женщины. – Я уж постараюсь, чтобы и тебе было хорошо, и мне…
– О-о! Хочу тебя, желанный! – Дарья полностью сняла контроль и теперь сходила с ума от вожделения.
– Шхас! Мы же работаем. Ладно, детка! Говоришь, я твой господин? Ну, держись! – дрен нежно погладил щеку своей гатанги.
Рыжая задрожала от истомы и благодарно целовала его руки. Кугак не верил сврим глазам. (Невероятно, что это делается? Она счастлива от того, что он просто её гладит). У него чуть не остановилось сердце, когда Кьяр, развлекаясь, посадил к себе на колени рыжую и припал к её шее, откровенно лаская рукой грудь северянки. Кугак, чуть ли не вслух взвыл: «Как невыносимо соблазнительны северянки. Ой, что-то мне…». Гид дрожал и задыхался от прилива крови к голове и не только.
Кьяр выждал минуту, затем бросил Мерцу:
– Разберись, – и всем, – ну и развлекитесь, наконец.
Он встал и унёс на руках свою гатанги из гостиной, потому что у него сдерживаться больше не было сил, и он решил Дарью наказать за её хулиганство.
– Я тебе покажу, девочка, как соблазнять меня! Я это умею делать лучше, чем ты. Люби меня. Всего!
В коридоре Дашка от восторга потеряла контроль, опустилась на колени, буквально выдирая из его брюк ремень, и через мгновение дрен зарычал от наслаждения, едва успев поставить блоки, чтобы не мешать сетиль.
Шенн транслировал чувство глубокой зависти, раболепия и восхищения переживаемое Кугаком. Роун усилила ощущение истомы производимой Дашкой. Мужчины с трудом контролировали себя.
Тхи бросил:
– Ребятки! Не перестарайтесь, а то он помрёт, от несбыточных желаний. Да, помрёт!
Общий мысленный смех. На колени гатанга со шрамом буквально прыгнула кудрявая красавица и, целуя его, прошептала:
– Ну, миленький, пусть он говорит! – и она бесстыдно (с точки зрения Кугака, о чём весело всем сообщил Шенн) целовала грудь гатанга.
– Ну что такого есть в Санге? – бросил Мерц и мысленно добавил. – А слабо тебе Ден, что-то такое мерзко-аристократическое придумать?
Ден, постанывая, отправилась в путешествие языком по груди, добравшись, а руками ласкать тело, забравшись под ремень его брюк. Она набросила на них шарф, чтобы было все не явно, в полутонах. У Мерца затуманились глаза от наслаждения.
Куга торопливо забормотал:
– Скачки на ро-ро, сады Вис, картинная галерея. Много чего… Э-э…
Кугак поперхнулся и нервно вытер испарину на лбу, увидев, что делает кудрявая гатанги, он всё ещё испытывал, жаркую истому и возникла странная мысль – если эта такое вытворяет, то, что делает та, которую унёс глава дома? (Небеса, что же это со мной? Хотя бы тронуть этот атавизм!)
– Хорошо, мы подумаем, – процедил Мерц, язычок Ден добрался до его ушей, а зубки покусывали мочку уха. – Ох, Ден! Ну что ты делаешь?
– Грязь! – раздался рокочущий голос, и в гостиную вошёл массивный с седыми висками гатанг в форме патрульного.
– Ох! – сетиль от неожиданности прекратили морочить голову их гиду.
Кугак вздрогнул, у него было ощущение, что ему на голову вылили ведро холодной воды.
Гость представился:
– Я Норк, командир Патруля!
Он свистнул, и двое патрульных выбросили из гостиной Кугака, который только ахнуть успел. Гатанги весело наблюдали за происходящим. В гостиную вошёл Кьяр, обнимая ошалевшую Дашку. Тхи посмотрел на дрена и усмехнулся, тот всё ещё пребывал во власти любовного угара. Старик ущипнул дрена, тот потряс головой и пришёл в себя. Вслед за ними вошла Зрар, и Норк с восхищением уставился на неё, отчего могучая воительница покраснела, как девчонка, и нервно оправила платье.
– Я поздно узнал о вашем приезде. Вы зря здесь остановились! – пророкотал Норк, не открывая взгляда от пышной груди валькирии.
– Почему? – проскрипел Тхи и хихикнул, он был рад за Зрар, и ему было очень весело наблюдать за ней, потому что она растерялась.
Норк пробасил:
– Чисто, дорого, но гадостно! А для вас северян и вовсе невыносимо. Сюда скоро начнут таскаться торговцы и прочая шваль. Любой дом Санга примет вас, как дорогих гостей! Там будет больше покоя.
– Мы с радостью принимаем твоё приглашение, – поклонился Тхи.
Командир Норк озадаченно крякнул. Когда открытые экипажи гатангов подкатили к огромному светлому палаццо, он поклонился гостям:
– Вся левая половина в вашем распоряжении.
– Он думает, что мы рука судьбы. Ещё, он беспокоится о своей дочери и ненавидит Орден Милосердия, – сообщил всем Шенн.
– Вот что, ребятки, держим личный блок! Работает открыто только Шенн. Что-то мне не нравится это словосочетание! Интересно, почему Совет не знает о таком Ордене? – нервно распорядился Тхи.
Кьяр задумчиво мысленно прошептал:
– Узнать бы ещё для чего и когда возник это Орден? Знаешь, Зрар, ты не злись, но теперь поёшь только ты.
– Почему это? – смутилась она.
–Тебе это озвучить? – удивился дрен.
– Не надо, я попробую! – Зрар опять покраснела и подошла к Норку, который вызвал у неё восхищение. Она решила играть в открытую. – Командир! Я в отличие от моих воспитанников, здесь никогда не была. А они из вредности мне ничего не говорят. Очень рассчитываю, на твое покровительство и знания.
Норк перекинул тугую косу на спину и бесстыдно пожирал глазами её соблазнительные формы. Похоже, он вообще не слышал, что она говорит, а просто наслаждался звуком её низкого голоса.
Шенн усилил трансляцию мыслей, и все услышали, как Дашка весело всем мысленно сообщила:
– Ай да Зрар! Раз, и мужик наповал! А ведь всё время бурчала нам, что мы кокетничаем.
Зрар мстительно улыбнулась.
– Командир! Наша гатанги хочет тебя пригласить на древний обряд, который состоится сегодня вечером, – и она подтолкнула Дашку вперёд.
Дарья обмерла, на неё смотрели все. Кьяр млел, редко кому удавалось, так достать его рыжую.
Тхи выругался мысленно:
–Шхас! Что это такое? Зрар!!
–Вот это она ей влепила! – завопил радостно Ронг, а Мерц хихикнул.
Дашка выпучила глаза, надо было что-то срочно придумать, и дрожащим голосом произнесла:
– Да, командир, я вас приглашаю на… Э-э… На чай с блинами. Мне позволят повозиться на вашей кухне?
– Конечно, я распоряжусь, – Норк повернулся и вышел.
Дарья в ужасе прошептала:
– Зрар, ну ты! У-у, вредина!! Девчонки, нужно масло, мука и яйца.
Гатанги унеслись в кухню. Кьяр рухнул на диван и вытянул ноги. Мерц дёрнул его за плечо.
– А ты что, не хочешь им помочь?
Дрен посмотрел на него, как на сумасшедшего.
– Ха! В такую жару? Я вот здесь лягу и буду лежать. Фрукты покушаю. А вот ты, родной, выясни всё про Орден Милосердия, если горишь желанием помочь!
Мерц переглянулся с Батом, и они тут же сели рядом.
Бат прогудел:
– Не-а, мы тебе будем помогать… Лежать. Это полезное дело!
Вспомнив последние проказы Ронга, Мерц мстительно хихикнул:
– Ронг, а ведь сегодня твоя очередь работать с Шенном. Так что, погуляй с ним для начала по дому! Полюбезничай, поболтай о праздниках и погоде, наведи их на разные мысли, а Шенн послушает эти мысли. Давайте, работайте!
В этом доме было чисто ясно и… Витала какая-то неопределяемая им тревога. Кьяр никак не мог понять, что это, потому что тревога перебивалась надеждой на то, что здесь гостит его силт. Мучаясь дурными предчувствия, но улыбаясь (не хватало ещё парней волновать!) дрен прислушивался к гатанги, которые что-то делали на кухне. Там во всю что-то готовили.
Через два часа Ронг и Шенн влетели в гостиную с вытянутыми лицами. Кьяр угрюмо кивнул на стулья, и стал вместе Мерцем и Батом слушать. Ронг заикаясь, стал рассказывать, что узнал.
Выслушав его, Кьяр проворчал:
– Однако! Надо было сюда наведаться раньше. Как это Служба ушами прохлопала?
Бат шипел и плевался. Мерц, сощурившись, проронил:
– Норку надо помочь, да и девочек предупредить.
Тхи, которого они мысленно позвали и рассказали, что узнали Шенн и Ронг скривился.
– Теперь я не удивляюсь, что нас послали в Санг. Ну что же, работаем! Да! Это наша работа, советники!
Вечерело. В гостиную, где их ждали гатанги, вошёл Норк и двое его сыновей. Их ждали. На столе стояли чай, варенье и стопка очень тонких блинов из теста, пропитанных маслом. Ели в основном Тхи и Норк с сыновьями.
Тхи ел и приговаривал:
– Вкусно, очень. Кушайте! Это очень полезно и необычно. Они же такие тонкие. Да. Очень тонкие!
Гости неспешно ели, блюдо было незнакомым и вкусным. Тхи кивнул на гатангов и Зрар:
– Этим, я всё равно не дам, а будут жрать, то я… – он грозно посмотрел на Бата, который успел слопать блин. – Я им тренировку на полчаса продлю! Они сегодня кушают только фрукты. Да, только фрукты.
Норк переглянулся с сыновьями и улыбнулся. Ему северяне очень нравились, а их воспитатель был просто великолепен. Непонятно, как он справлялся с этими тиграми?
Кьяр светски вёл беседу о достопримечательностях Санга. Мерц расспрашивал о службе, контрабандистах и браконьерах. Норк, стараясь отрешиться от грустных мыслей, заметил, что гатанги радушные и весёлые, вдруг стали очень серьёзными, когда его мысли коснулись Ордена, а Фани облилась чаем.
Норк любовался Зрар, продолжая разговор, и замер, когда осознал последнее, что сказал Кьяр.
– Командир, а когда ты ждёшь этих тварей?
– Не понял?! – прохрипел тот, вздрогнув от неожиданности. – Видимо, я что-то не так услышал!
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: