Постоянный автор @wargonzoya Марианна Котова не раз общалась с автором первого учебника по истории Абхазии, бывшим заместителем председателя Верховного Совета Абхазии, экс-депутатом и, в конце концов, поэтом Станиславом Лакоба.
А вот обсуждать его с друзьями Лакоба ей довелось уже после его смерти.
Друзья в один голос называют его последним рыцарем абхазской государственности.
«Интересы государства для него были превыше всего. Он не раз портил отношения с самыми близкими людьми только потому, что, по его мнению, они неправильно вели себя по отношению к стране», – вспоминает соратник Станислава Лакоба Сократ Джинджолия.
«Печаль двойная на седой траве росла зонтом под одиноким небом» – эта короткая строка – стихотворение Станислава Лакоба – поэта, политика, ученого.
Все три ипостаси умещались в одном человеке, существовали параллельно и одновременно. Как утверждают все, кто его знал, он никогда не отделял одну деятельность от другой.
«Даже политические тексты он складывал как лирическое произведение. Он умел сказать важное так, чтобы затронуть самые глубокие чувства и побудить к действию», – говорит писатель Владимир Зантария о Лакоба.
Станислав Лакоба стал прежде всего историком, нежели политиком, а начинал как поэт. Он поступил на филологический факультет, но перевёлся на исторический. И всё же именно поэзией он очаровывал сокурсников и преподавателей.
«На втором курсе он умудрялся вместо ответов на семинаре читать нам стихи запрещённого Хлебникова.И объяснял, почему у Амеры мирящие берега», – говорит историк Резо Кация.
Участие в национально-освободительном движении Абхазии было закономерным продолжением его карьеры историка. Он, как никто другой, знал факты истории Абхазии и умело пользовался ими. Именно его справка на три страницы для Владислава Ардзинба стала основой первого в истории учебника по истории Абхазии.
Станислав Лакоба был не просто заместителем Владислава Ардзинба, когда тот занимал пост председателя Верховного Совета республики; он был его другом, человеком, на основании суждений которого первый президент Абхазии принимал самые сложные решения.
«Он был лакмусовой бумажкой. Владислав выслушивал все мнения, а потом интересовался, что об этом думает Станислав. Он доверял и его знаниям, и его стилю», – говорит Сократ Джинджолия.
А стиль у него был своеобразный, особенно что касается юмора. Шутить он любил остро и злободневно. Как вспоминает его друг и соратник Даур Барганджия, от его приколов однажды пострадал даже натовский генерал.
«Датский генерал находился в Абхазии с наблюдательной миссией в послевоенное время. Мы повезли его смотреть Новоафонскую пещеру. А тогда ходили слухи, что абхазы каким-то образом общаются с чеченцами. Мы сели в вагончик, который везёт туристов вглубь пещеры, и Станислав сказал: "Следующая остановка – Грозный". Генерал стал улыбаться. Поезд двинулся, и на какой-то из платформ мы увидели человека (кого-то из сотрудников пещеры). Он был в шляпе, в какой ходил террорист Дудаев. Станислав крикнул ему: "Привет, Джохар!" – а человек помахал в ответ. И тогда генерал напрягся, улыбаться перестал и, даже понимая, что это невозможно, всё равно занервничал», – рассказывает Даур Барганджия.
С юмором он относился ко всему и даже к истории.
«На сколько процентов история– миф? – спросил однажды Даур Барганджия у Станислава Лакоба. – На восемьдесят? Нет, – ответил Станислав, – на девяносто».
Было ли это шуткой, неизвестно, но это точно станет историческим анекдотом. Прямо как любил Станислав Лакоба, который и изучал, и писал историю Абхазии, да ещё и одновременно со стихами.
«Со старой крыши упала капля – Отстала от вчерашней стаи ливня».