Фельдшер из Северной столицы Любовь с позывным Ерга решение отправиться в зону проведения специальной военной операции в качестве медика-добровольца приняла в 2022 году. На линии боевого соприкосновения оказалось немало друзей женщины, и от них она узнала, что на передовой нужны врачи. Так начался ее путь военного фельдшера.
Часть 1. На особой службе: на передовой спасают тела и души
Часть 2. В окопах атеистов нет: полковые батюшки из Петербурга спасают души бойцов от «озверения»
Первый контракт Любовь подписала в 2023‑м: надо было морально подготовить родных к тому, что она уйдет на СВО.
— Я их почти год к этому готовила, так что в итоге им пришлось смириться с моим решением. Подразделение, куда я собиралась, на тот момент еще формировалось. Я заполняла анкеты, ждала приглашения, — рассказывает Любовь.
Сейчас за плечами петербурженки четыре подписанных контракта. Она вернулась в Северную столицу буквально две недели назад.
Во время двух первых командировок она служила военным фельдшером «в красной зоне» — на линии боевого соприкосновения. Последние полгода — начальником медицинской службы батальона. На фронте женщина каждый день смотрела смерти в глаза. Говорит, что запомнилось немало опасных ситуаций, но рассказывать о них не хочется. Другое дело — курьезные случаи, заставляющие улыбнуться.
— Однажды мы с подразделением зашли на ротацию. Было очень темно, шел дождь. Грязи было по самые уши. Я такой скользкой жижи нигде раньше не видела. Я решила перешагнуть окоп, но из-за тяжелой брони и рюкзака благополучно в него кувыркнулась. Упала, как черепашка, на спину. Позвала ребят, чтобы вытащили меня, а они уже усвистали дальше, не поняв в темноте, что я свалилась в окоп. В итоге застряла там минут на 40: вылезти не могла, потому что стенки были высотой по плечи и жутко скользкие, — вспоминает Любовь.
Пока бойцы искали своего медика, женщина упорно прокладывала себе путь наверх, руками разгребая грязь. Как только выбралась — бросилась к командиру.
— Мы тогда только зашли на ротацию, ребята все были чистые, а я к ним явилась чумазая с ног до головы. Мне до сих пор про тот случай напоминают, — рассказывает Люба.
По словам нашей собеседницы, ее работа в зоне проведения СВО мало отличалась от той, что была у медиков в годы Великой Отечественной войны. Ей также приходилось вытаскивать раненых с полей сражения.
— Эвакуацию никто не отменял, — говорит Любовь.
Она несла, тащила и везла бойцов к точке, куда был вызван санитарный автомобиль или квадроцикл. Передать раненого надо было быстро: враг не гнушается лупить дронами по медицинскому транспорту. Для доставки бойцов к месту эвакуации Любовь использовала носилки, волокушу или «Анютку» — приспособление на моноколесе, очень напоминающее тачку. По словам Любы, «Анютка» — один из самых удобных вариантов транспортировки. Любовь признается: боевые товарищи ей всегда помогали. Наша собеседница рассказывает, что большинство медиков на фронте — мужчины. К женщинам-докам они относятся как к равным. Как и военнослужащие. Поначалу многие бойцы стараются вести себя как рыцари, командиры быстро пресекают такое поведение. На ротацию все идут пешком, каждый несет свой рюкзак, дежурит на позиции по ночам. Поблажек не делают никому.
— У нас там нет мальчиков и девочек. Есть боец Ерга, боец Касатка и так далее, — говорит Любовь.
В зоне СВО она выполняла не только обязанности военного фельдшера и психолога. Наравне с остальными дежурила по ночам и готовила еду. По словам петербурженки, бытовые условия были достаточно комфортными. Например, блиндаж, в котором она жила, создали по ее эскизу. Он был обустроен так, чтобы в нем могла находиться сама Любовь, ее инструктор и, при необходимости, дожидающийся эвакуации в госпиталь и нуждающийся в медицинской помощи раненый боец.
Вернувшись с передовой домой, Люба сама нашла себе замену: на ее пост заступит женщина. Сильная, смелая, работающая на равных с мужчинами. Как уверяет наша собеседница, военные в зоне проведения СВО рады любому медику: когда док рядом — всем спокойнее.
Сейчас Любовь отдыхает после четвертой поездки в зону конфликта. Она пока не решила, что будет делать дальше: вернется ли на прежнюю работу или заключит следующий, пятый контракт. Но Люба уверена: если она выберет остаться на гражданке, не оставит тех, кто все еще сражается на передовой — будет возить гуманитарную помощь на линию фронта или займется благотворительностью, примкнув в качестве волонтера к одной из профильных организаций.
Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга
Автор: Наталья Ефимова