Казалось бы, рядовое понятие для каждого из нас. Но Алексей Чадаев не имеет об этом ни малейшего представления.
Родной дом — детский
Алексей родился в Кировской области. Он был девятым ребенком в семье, которого мать оставила в доме малютки. У него есть 2 сестры и 6 братьев, с которыми он не общается. По словам Лёши, мать и отец были алкоголиками. Папа сильно избивал маму, в итоге довёл её до самоубийства. Алексей никогда не знал ни любви, ни ласки, ни заботы. Вырос он в детском доме. Его несколько раз пытались усыновить приёмные семьи, но, по словам Лёши, как брали «чужим», «чужим» он и оставался. Мальчик не хотел упрёков, мол, для него столько сделали, а он не оправдал надежд, знал: в детском доме этого не будет, потому он снова и снова туда возвращался. За время проживания в «системе», Алексей 4 раза лежал в психиатрической больнице. Время от времени сбегал из детдома и бродяжничал. Мужчина называет себя «цыганской душой».
30 лет в тюрьме
С 3-го класса Алексей состоял на учете в детской комнате милиции из-за воровства. «Мне ещё в школе говорили: «Ты сядешь. И я всегда знал, что так и будет. А какое у меня еще могло быть будущее»? — спокойно рассуждает Алексей.
В 5-ом классе он устроился работать грузчиком. Но вскоре решил, что можно трудиться меньше, а иметь больше. Так Алексей занялся угоном машин. Как итог: к 14 годам — 6 уголовных дел. В 15 лет Лёша сел в тюрьму. Первый срок был небольшим — 2,5 года. Последующие — тоже, но подряд. Самый большой период заключения продолжался 8 лет. В общей сумме мужчина отсидел 30 (сейчас ему — 47).
«Я вышел 2 года назад. Изменился ли мир? Нет, не считая гаджетов. Не скажу, что на свободе сильно лучше, чем в тюрьме. Там даже безопаснее было. Может, благодаря именно заключению, я выжил и даже хорошо сохранился. Из 16-ти моих одноклассников, в живых осталось только 5. Конечно, жалко упущенные годы. Может, при моём трудолюбии я за эти 30 лет мог бы кем-то стать, принести людям пользу», — делится Алексей.
19 ножевых — соседу по даче
О самом тяжком преступлении Алексей вспоминает спокойно. Своё он отсидел. «Мне было 33 года. Находился на даче. Ко мне на территорию стал ломиться сосед. Я несколько раз его предупредил, что не расположен к общению, но тот не унимался. Тогда я взял нож и начал наносить ему удар за ударом, не контролируя ситуацию. Плохо помню своё состояние, учитывая то, что я не пил и не употреблял ничего» — вспоминает Алексей.
«С парашютом» с 16-го этажа
После выхода из тюрьмы Алексей попытался начать всё с начала: работал на стройке, снимал комнату на 16-м этаже. Однажды вышел на балкон, сел на перила и…перевернулся.
«Говорят, когда падаешь, это доли секунды, вся жизнь перед глазами проносится, но, нет, время, напротив, сильно замедляется, сознание мобилизуется, и ты думаешь — как спастись? Я ухватился обеими руками за свисающий кабель, летел вниз, руки скользили по проводам до самого падения. Руки буквально сжёг, но, только благодаря такому экстренному торможению, остался жив», — делится подробностями того рокового дня Алексей и подчёркивает. — Этот случай был для меня знаком, что я ещё нужен Богу».
Позвоночник Алексей сломал в трёх местах. Ему сделали операцию, хирург сказал, что мужчина чудом остался жив, будто «с парашютом падал». Из больницы Лёша попал в «Тёплый приём». Ходил на костылях. В приюте его обследовали и помогли организовать вторую операцию, благодаря которой, он встал на ноги.
«Спасибо «Тёплому приёму», я снова могу ходить. Мне здесь очень необычно из-за доброго отношения. Привык, что со мной обращаются, как с отбросом общества, а здесь, в приюте, я — просто человек со сложной судьбой» — говорит Алексей Чадаев.
Леша планирует до конца пройти реабилитацию, найти работу и снять жильё. Женат мужчина не был, детей нет, да и о семье он не задумывался буквально до минувшей субботы. Во время экскурсии в храм священномученика Антипы Пергамского на Колымажном дворе Алексею очень понравилась девушка, спросить её телефон он постеснялся. Но всё ещё впереди…
Прим. автора: Передо мной сидел уголовник и убийца — в первом приближении. Но после нашей двухчасовой беседы я увидела несчастного загнанного 47-летнего ребёнка с грустными потерянными глазами. Он с рождения — никому не нужен. Кроме тюремных стен, Лёша фактически ничего не видел. Мои вопросы о желании быть вместе с кем-то, создать семью вводили его в ступор. «Я не знаю — что такое семья, как я могу хотеть то, чего не знаю»? — удивлялся Алексей. Показалось, что человек был мной буквально «морально» изнасилован, даже переживала по этому поводу. Однако, следующим утром Лёша подошёл ко мне с улыбкой, поблагодарил за наш разговор и поставил свою любимую мелодию Иоганна Баха. Оказалось, мы с ним оба — меломаны.
Автор Татьяна Рысева