Цифровизация здравоохранения в Узбекистане становится одной из наиболее масштабных реформ, затрагивающих не только технологический аспект, но и саму философию медицинского обслуживания. В центре процесса находится система DMED, создаваемая компанией Uzinfocom, которая должна стать основой единой медицинской экосистемы. По словам директора по цифровизации здравоохранения Руслана Султанова, эта реформа представляет собой долгий и сложный путь, где барьеры лежат не столько в технике, сколько в привычках, сопротивлении и организационной культуре.
Ключевые достижения уже очевидны. Каждый пациент, прикрепленный к поликлинике, имеет электронную медицинскую карту, где хранится история болезни. Это упрощает диагностику, делает процесс более быстрым и точным, сокращает вероятность ошибок. Еще одно значимое нововведение — система «Электронный рецепт», запуск которой в полном масштабе запланирован на октябрь 2025 года. Ее задача — исключить хаотичный оборот лекарств и убрать практику свободной продажи рецептурных препаратов без контроля. Сегодня практически любой медикамент можно приобрести без рецепта, что приводит к злоупотреблениям, осложнениям и отсутствию ответственности. Электронный формат исключает такие риски, фиксируя все действия врача и аптекаря в единой системе. Это должно снизить влияние фармацевтического лобби, урегулировать рынок и защитить пациентов.
До конца 2026 года в DMED планируется интегрировать около 20 сервисов, включая базы медицинских кадров, систему экстренной помощи и другие модули. Однако даже при видимых успехах проект сталкивается с системными препятствиями. Некоторые учреждения саботируют внедрение, ссылаясь на собственные локальные системы, которые не соответствуют национальным стандартам. Врачи выражают опасения, что цифровизация усиливает контроль за их решениями. Одним из спорных вопросов стала возможность редактирования данных в системе. Некоторые настаивали на такой функции, однако разработчики категоричны: диагноз, однажды поставленный, менять нельзя. Это вопрос ответственности и доверия к медицинской системе.
Особую тревогу вызывает проблема безопасности. Султанов упомянул, что в рамках старых децентрализованных систем происходили утечки персональных данных пациентов в даркнет, что превращало информацию о здоровье граждан в товар на нелегальном рынке. Новая система должна закрыть эти бреши. Для этого были закуплены защищенные серверы, создана выделенная оптоволоконная сеть, проведена инвентаризация оборудования. В регионы поставили тысячи компьютеров. Появилась новая профессия — IT-медсестры, специалисты с двойными компетенциями: медицинскими знаниями и навыками работы с цифровыми системами. Их задача — помогать врачам осваивать новые технологии. Особенно это важно для старшего поколения медиков, которым трудно адаптироваться к новым условиям. Но обучение неизбежно: цифровизация требует полного вовлечения.
Важным направлением стало создание «ядра» системы — защищенного центра, где будут храниться все базы данных, справочники и классификаторы. Оно станет «источником правды», к которому будут обращаться все медучреждения. Это позволит не только стандартизировать подходы, но и проводить точный анализ, формировать картину здоровья нации, а также финансировать конкретные пролеченные случаи, а не формальные показатели. Такой подход изменит систему распределения ресурсов, сделает ее более адресной и справедливой. Государство получит инструмент для реального контроля за качеством медицины, пациенты — больше прозрачности и доверия.
Подобные системы в мире пытались внедрить разные страны, но далеко не всегда успешно. Великобритания потратила более 11 млрд фунтов стерлингов на создание медицинского ядра, но проект провалился. Южная Корея также не смогла реализовать задуманное в полном объеме. Для Центральной Азии опыт Узбекистана станет уникальным: ни одна страна региона не предпринимала подобной попытки. Если система заработает, это будет стратегическим прорывом, задающим новый стандарт.
Однако цифровизация сама по себе не способна реформировать медицину. Она тесно связана с изменением протоколов лечения, внедрением страхования, перераспределением ответственности между врачами и учреждениями. Электронные карты и рецепты — это только вершина айсберга. Важно изменить саму модель здравоохранения, сделать ее ориентированной на пациента и его безопасность. Только в этом случае можно говорить о реальной революции. Когда процесс будет завершен, медицина страны получит шанс сократить число ошибок, повысить качество лечения, снизить смертность. Пациенты получат доступ к «поликлинике в смартфоне», где можно будет не только записаться на прием, но и контролировать лечение, хранить все данные о здоровье и иметь прямую связь с врачом.
За цифрами и технологиями стоит задача национального масштаба — создание «здоровой нации». Если система даст объективные данные о состоянии здоровья, государство сможет планировать политику здравоохранения на основе реальных показателей, а не формальных отчетов. Это шаг к тому, чтобы медицина в Узбекистане перестала быть фрагментированной и стала единой, современной и управляемой. В этом и заключается главная ценность цифровизации: не в компьютерах и серверах, а в том, что они меняют сам подход к человеку и его праву на качественное лечение.
Объем реформы впечатляет: тысячи компьютеров, десятки сервисов, тысячи обученных специалистов и миллионы пациентов, вовлеченных в новую систему. Но еще больше впечатляет ее конечная цель: создание цифрового ядра, которого не смогли построить даже более развитые страны. Именно здесь Узбекистан может показать пример не только региону, но и миру, доказав, что решимость и системный подход могут преодолеть технологические и культурные барьеры. И если этот проект удастся, медицина страны впервые за десятилетия станет действительно современной.
Оригинал статьи можете прочитать у нас на сайте