Это правдивый рассказ о Райслинге, слепом певце космоса — а не прилизанная хрестоматийная версия, вы, наверное, пели в школе:
Дай, судьба, мне последнюю посадку
На планете, где жизнь мои предки прошли.
Дай увидеть покров голубых облаков
И зеленые холмы Земли!
Может быть, вы пели эти стихи по-французски или по-немецки. Или даже на эсперанто, в тот момент, когда сверкающее всеми цветами радуги знамя Земли развевалось над вашей головой.
Таков зачин, пожалуй, лучшего рассказа Роберта Хайнлайна. На мой взгляд короткие формы у него далеко не всегда выходили удачными. Но The Green Hills of Earth получился, и не в последнюю очередь благодаря стихотворным строчкам, вложенным в уста Райслинга, слепого барда космических дорог.
Зелёные холмы Земли стали популярны не только в хайнлайновской литературной истории будущего, но и среди реальной читательской аудитории. Напомним, что на Луне есть кратер Райслинг, названный в честь слепого певца космоса и Земли.
Неважно, какой это был язык, но это был язык Земли. Никто никогда не переводил «Зеленые холмы» на шепелявый язык жителей Венеры, ни один марсианин не каркал и не шипел, произнося их в сухих туннелях. Эти стихи — наши... принадлежат только Земле, ее сыновьям и дочерям, куда бы их ни забросило.
Райслинг выведен типичным проклятым поэтом, каковых история литературы ведает немало, от Вийона до наших дней.
Райслинг ...был уволен, высажен в Луна-Сити и внесен в черный список за то, что во время вахты вместо наблюдения за приборами сочинил хоровую песню и несколько стихотворений. Речь идет о скандально знаменитой песне «Шкипер — отец своей команды» с возмутительно непечатным последним куплетом.
И, как это бывает у подобных поэтов, многие стихи его остались неизвестными широкой публике.
Конечно, вы пели его песни и читали стихи, и в школе, и потом — уже зрелыми людьми, но можно без особого риска держать пари — если только вы сами не человек космоса, — что вы никогда не слышали большинства неопубликованных песен Райслинга, таких, как «Рыжая девочка из Венисбурга», «Когда деляга встретил мою кузину», «Держите ваши штаны, шкипер» или «Скафандр на двоих». И, к сожалению, мы не в состоянии процитировать их в журнале для семейного чтения.
На портрете работы Ван дер Воорта, выполненном для Гарримановского юбилейного издания и выпущенном к столетию со дня рождения поэта, мы видим глубоко трагическое лицо с суровым ртом и невидящими глазами, прикрытыми черной шелковой повязкой. А уж суровым он никогда не был! Рот у него был всегда открыт либо для песен, либо для усмешки, либо для еды, либо для выпивки. Повязкой всегда служила тряпка, и, как правило, грязная. Ослепнув, он стал все меньше и меньше заботиться о своей внешности...
На заставке к рассказу в советском издании Райслинг изображён во весь рост, с неразличими чертами лица, за счёт штриховки похожий на мумию и, почему-то, с банджо в руках. Откуда взялось банджо ведомо одному лишь художнику, который видимо пролистал рассказ по диагонали, ведь в тексте неоднократно упоминается аккордеон. Во время написания рассказа (1947г) эпоха парней с гитарами ещё не наступила.
На черный список Райслингу было наплевать. В Луна-Сити он выиграл аккордеон у китайца-трактирщика, смошенничав в очко на пальцах...
Он пересекал Солнечную систему вдоль и поперек, напевая песенки, которые кипели в его мозгу, и аккомпанируя себе на аккордеоне.
...затем он подписал контракт и, взяв свой аккордеон, спустился вниз.
В СССР Зелёные холмы Земли были опубликованы в 1966 году в лениздатовском сборнике Эллинский секрет в переводе Вениамина Кана. Практически до самой perestroyki рассказ не переиздaвался и виной тому стали замечательные переводы стихов Райслинга поэта Василия Бетаки. В начале семидесятых Бетаки эмигрировал, как следствие, его творчество стало непечатным, что, в свою очередь отразилось и на рассказе.
Дай, судьба, мне последнюю посадку
На планете, где жизнь мои предки прошли.
Дай увидеть покров голубых облаков
И зеленые холмы Земли!
Мы бродили в болотах Венеры,
В зловонье собственных ран,
В мокрых джунглях клубился серый,
Кишащий смертями туман.
Мы обшарили все шарики в пространстве,
Повидали мы их и вблизи, и вдали…
Дай, судьба, нам опять дом родной увидать
И зеленые холмы Земли!
Но Пространство зовет беспокойно.
Значит - снова на борт корабля!
Старт-сигнал! К перегрузке по койкам!
И опять провалилась Земля.
И уносит людей ракета
Сквозь холодный звездный туман, -
До последнего края света
Пусть летят корабли землян!
Я хотел бы без нормы, вволю
Надышаться среди долин…
Чтоб овеял меня добрый ветер,
Чтоб легко мы вздохнуть смогли
На далекой родной планете,
На зеленых холмах Земли.
Дай, судьба, нам последнюю посадку
На планете, где мы родились и росли,
Дай увидеть покров голубых облаков
И зеленые холмы Земли!
Уже в девяностые годы появились новые переводы и, соответственно, тексты Райслинга приобрели новое звучание на русском, несколько сниженное. Нам всё же ближе более возвышенный и романтичный перевод Бетаки. (Как-то встретилось мнение, что на самом деле данный перевод принадлежит супруге Василия Бетаки, также известной переводчице Галине Усовой).
Сам Хайнлайн признавался, что уже опубликовав свой рассказ, вспомнил что у Кэтрин Мур в рассказе "Quest of the Starstone" (В поисках звёздного камня) 1937 года упоминается песня Зелёные холмы Земли, и в последующих изданиях заручился согласием на использование названия в своём рассказе. Правда строки Кэтрин Мур совпадений с текстом Хайнлайна не имеют:
Moore and Kuttner also give fragments of lyrics in "Quest of the Starstone"
- Across the seas of darkness / The good green Earth is bright – / Oh, Star that was my homeland / Shine down on me tonight.-
- My heart turns home in longing/ Across the voids between, / To know beyond the spaceways/ The hills of Earth are green. –
- and count the losses worth / To see across the darkness/ The green hills of Earth...
История умалчивает, спрашивал ли кто из них разрешения у Хемингуэя, который в 1935 году опубликовал рассказ Зелёные холмы Африки.
Стоит привести оригинальный текст:
The Green Hills of Earth
Let the sweet fresh breezes heal me
As they rove around the girth
Of our lovely mother planet
Of the cool, green hills of Earth.
We rot in the moulds of Venus,
We retch at her tainted breath.
Foul are her flooded jungles,
Crawling with unclean death.
We've tried each spinning space mote
And reckoned its true worth:
Take us back again to the homes of men
On the cool, green hills of Earth.
The arching sky is calling
Spacemen back to their trade.
ALL HANDS! STAND BY! FREE FALLING!
And the lights below us fade.
Out ride the sons of Terra,
Far drives the thundering jet,
Up leaps a race of Earthmen,
Out, far, and onward yet ---
We pray for one last landing
On the globe that gave us birth;
Let us rest our eyes on the fleecy skies
And the cool, green hills of Earth.
Robert A Heinlein
А вот в переводе рассказа от "Ян Юа" использован текст, предложенной петербургской поэтессой Майей Борисовой:
А под последнюю посадку,
Судьба, мне шарик мой пошли.
Дай приласкать усталым взглядом
Зеленые холмы Земли.
Мы на гнилой Венере пухли,
Где тошнотворен каждый вздох,
Где падалью смердели джунгли
И гибелью сочился мох.
Пылинку в небе мы отыщем,
Глядишь - и в списки занесли.
Вернуться бы к людским жилищам
На ласковых холмах Земли...
А в небесах полно работы
И ждут, и манят нас они.
Готовность! Старт! И пропасть взлета!
Внизу - увядшие огни.
В путь, сыновья великой Терры.
Могучий двигатель ревет.
Отринув страх, не зная меры,
Вперед и ввысь! И вновь - вперед!
А под последнюю посадку,
Судьба, мне шарик мой пошли.
Дай приласкать усталым взглядом
Зеленые холмы Земли.