Все части повести здесь
Неделя пронеслась, словно один день. Развлечений хватало – лечебные процедуры, косметические массажи, на которых Ольга Анатольевна и Лиля присутствовали вместе, чувствуя некоторую общность и близость в эти моменты, массажи всего тела, утренние совместные зарядки, бассейн. Лиля и Макс даже немного скалолазанием занимались на местных высотах. И всякий раз по поводу какой-нибудь процедуры Макс звонил врачу Ольги Анатольевны и советовался с ним. Он был очень хорошим сыном – заботливым, внимательным, и Лиля видела, как сильно он любит свою маму, иногда, при некоторых сценах их безмолвной близости, когда они сидели рядом друг с другом, и Максим держал маму за руку или прижимался к ней щекой, у Лили на глазах выступали слезы. Она думала о том, что Максим, наверное, будет хорошим отцом своим детям, и в сердце при этих мыслях больно щемило... Матерью, скорее всего, будет не она...
Часть семьдесят восьмая
На лице Лили не дрогнул ни один мускул. Лишь легкая усмешка исказила ее лицо, а потом она, глядя прямо в глаза Соне, спросила:
– А ты сама-то что делала в этом клубе? Он вроде закрытый и совсем не для приличных девушек.
Лицо Сони побагровело и пошло пятнами, злыми глазами она смотрела на Лилю, не зная, что ответить.
– Да, Соня, должна тебе сказать – человек не может нести ответственность за своих совершеннолетних близких, если ты об этом.
– Но зато яблоня от яблоньки... – парировала Соня.
В кабинке воцарилась тишина – всем было неловко и никто не знал, как ему себя вести в этой ситуации. Первым пришел в себя Илья.
– Соня, я вызову такси – тебе пора домой.
– Илья...
– Нет! – он выставил вперед руку, так, как это умел делать только он, все работники знали этот его коронный жест – после него нужно либо замолчать и слушать, либо делать то, что скажет начальник – ты и так уже достаточно наговорила, сейчас тебе лучше замолчать!
Она посмотрела на него с такой ненавистью, что даже Лиле стало не по себе, но возражать не посмела. Такси приехало довольно быстро, Илья поручил двум парням из коллектива усадить Соню в машину и проводить ее до самой квартиры, одному из них пришлось поехать с ней, и он решил, что после этого тоже сразу отправится домой.
Лиля встала.
– Я тоже, пожалуй, поеду.
Майя и Даша принялись уговаривать ее остаться, но чувствовалось, что праздничное и веселое настроение нарушено – не очень-то уж теперь и хотелось коллективу танцевать и сыпать шуточками.
На выходе ее догнал Илья.
– Лиля, прошу тебя, не уезжай! Останься! Зачем ты ведешься на Соню – она глупая, ограниченная, и ничего не может, кроме как подло кусать из-за куста. Правда за тобой, останься!
– Прости, Илья, я устала... Лучше поеду. Пойму, если захочешь, чтобы я ушла по собственному...
– Господи, о чем ты говоришь, Лиля?! Ты что, думаешь, я из-за этих Сонькиных слов захочу расстаться с хорошим сотрудником?! Я же не идиот, в конце концов!
– Ты очень умный, Илья. И хороший человек. Спасибо тебе. Но я действительно хочу домой.
– Ну хорошо... И прости за Соню – я должен был предвидеть, что рано или поздно она выкинет какой-нибудь фортель.
Сидя в такси, которое мчало по ночным улицам города, Лиля думала о том, что вот он – наступил тот момент разоблачения, который рано или поздно наступил бы. Пришло время, когда кто-то все же ткнул ей плохим воспитанием сестры, ее поведением, родом ее деятельности. Этого можно было избежать... Когда-то тогда, давно, только знать бы – как?! Они ведь с бабушкой любили Вику и заботились о ней, и как же горько сейчас осознавать, что все усилия оказались напрасны.
На следующий день, когда Лиля вышла из кабинета за водой для чайника, – они собирались попить чаю с пирожными, которые принесла Даша – навстречу ей из кабинета Ильи выскочила Соня. У нее были красные заплаканные глаза, она терла платочком красный нос и посмотрела на Лилю с ненавистью и злобой. Проводив ее взглядом, Лиля пожала плечом и вернулась в кабинет. За чаем она рассказала девочкам о том, что только что видела, и все стали строить предположения. Самым верным было одно – Илья позвал Соню к себе в кабинет и там как следует вставил ей по первое число за вчерашнюю выходку.
В дверь заглянула секретарь Ильи, Валерия, женщина лет тридцати с небольшим, всегда ухоженная и подтянутая, с немного строгим и холодным выражением лица.
– Лиля! – сказала она – глаза ее были почему-то испуганными и круглыми – Илья Васильевич тебя зовет!
Пока они шли по коридору, Валерия тихо говорила ей:
– Я никогда не слышала, Лиля, чтобы он так кричал! Он же спокойный всегда, выдержанный, а тут, очень мягко говоря, не стеснялся в выражениях. Припомнил Соне все ее косяки, каких немало. Она даже слово вставить не могла, пока он там орал!
Лиля с бьющимся сердцем вошла в кабинет Ильи. Сейчас он был спокоен, но недавний разговор с Соней все же отражался на его лице – уголки губ подрагивали, а руки беспокойно перебирали ручку.
– Присаживайся, Лиля! – он указал ей на стул напротив. Она села и молча смотрела на него – Лиля, я должен извиниться перед тобой за Сонино вчерашнее поведение. Сама она не захотела этого сделать...
– Илья, не нужно! Ты же здесь абсолютно не при чем...
– Так вот – он словно не слышал ее – сама она извиниться перед тобой не захотела, и мне пришлось ее уволить. Косяков в ее работе достаточно, так что она пошла писать заявление по собственному....
Лиля так и застыла в удивлении.
– Илья, прости, мне кажется, ты совершаешь ошибку... Не нужно было так...
– Нет, Лиля. Это мое решение, и я не стану его менять. Считай, что это не по причине вчерашней ссоры, а потому, что мне надоели выкрутасы Сони. Тебя я позвал, чтобы извиниться за нее, и чтобы поставить в известность – все-таки мы с тобой не только начальник и подчиненная, мы еще неплохо и ладим, так что я считаю, что должен был сказать тебе об этом.
– Илья, мне кажется, и ты, и я после этого приобретем в лице Сони врага.
– А что она может? Соня очень недалекая...
– Но нельзя ее недооценивать...
– Но и бояться не стоит. Все, иди работай, у тебя скоро защита диплома, а после этого будем отмечать твое назначение на должность.
Диплом Лиля, несмотря на все потрясения в личной жизни, защитила с блеском. После чего все же вздохнула с облегчением – немного тяжеловато, учитывая разного рода личные обстоятельства, дались ей эти три года учебы. Да, она старалась уделять как можно больше внимания учебе и занятиям во время сессий, но все же чувствовала в какие-то моменты, что не вывозит. Окончание института и получение диплома отметили скромно – в квартире Максима с Ольгой Анатольевной. Смущенная Лиля получила поздравления и маленькие скромные подарочки, а потом они втроем смеялись и разговаривали, Лиля рассказывала разные смешные случаи из своей студенческой жизни, и казалось, в этой теплой атмосфере они забыли про все неприятности, которые то и дело вклинивались в их жизнь. Когда вышли с Максимом на балкон, – в последнее время он курил сигареты, слабенькие, но Лиля все равно ругала его за это – он сказал ей:
– Лиля, что происходит? Ты последнее время вообще сама не своя, с тобой что-то творится, но ты ничего не говоришь, а я же чувствую, что что-то не так. Поделись со мной.
Лиля удивилась его прозорливости. Наверное, после разговора с Тимом и сестрой она действительно изменилась, но она твердо решила ни о чем не говорить Максиму – знала, что он может сделать большую ошибку. И ошибка эта заключалась в том, что в желании защитить ее от Тима он может совершить что-то необдуманное. И она всерьез боялась и за его жизнь также. Боялась того, что Тим может сдержать свое обещание насчет ее близких и друзей, и слова его об этом неотступно преследовали ее. Вот ведь дилемма – и за друзей боится, в том числе, за Макса, и уехать не может... Оставить его наедине с его заботами и проблемами, Ольга Анатольевна постоянно говорит, что без Лилиной помощи они бы не справились...
– Нет, Максим, все в порядке, я просто... устала немного. Ты же знаешь, сколько навалилось на меня за это время. Я восстановлюсь скоро и все будет в порядке.
– Нет, тебя и правда нужно вывезти куда-то отдохнуть...
После защиты Илья дал Лиле неделю отдыха, и она была очень признательна ему за это. Воспользовавшись случаем, они все-таки решили уехать втроем в санаторий, который находился в очень живописном месте в нескольких километрах от города.
– Маме и тебе совершенно не лишним будет свежий воздух и смена обстановки, да и мне тоже. И врач мамин одобрил, так что все только к лучшему.
Дорогу Ольга Анатольевна перенесла хорошо, осторожно вышла из машины, с восторгом осматривая невысокие здания, раскинувшиеся среди величавых сосен, втянула носом воздух:
– А пахнет как! Хвоей, лесом!
Макс взял их багаж, а женщина оперлась на руку Лили. В номер их оформили быстро – Максим снял самый удобный, двухуровневый, и чтобы каждому была отдельная комната, а кроме того, на первом этаже здания, чтобы можно было беспрепятственно выходить на улицу, без траты времени на спуск по лестнице, учитывая, что Ольга Анатольевна ходила медленно.
– Максимка! – завороженно произнесла женщина, осматривая номер – Максимка, какой ты молодец! Слов у меня нет! В такое место меня привезти в моем-то состоянии! Ты наверное денег кучу потратил?
– Мам, да ты о чем вообще? Мне для тебя ничего не жалко! И потом, Лиля, эта противная девчонка, настояла, чтобы тоже внести свою лепту! Независимая женщина не пожелала, чтобы я оплатил все!
– Макс – строго сказала Лиля – ты не обязан этого делать!
Возникла напряженная пауза, Лиле стало неловко, и она, стараясь разрядить обстановку, весело предложила:
– Давайте разберем вещи и отправимся к источнику, тут есть целебный, я указатели видела!
Неделя пронеслась, словно один день. Развлечений хватало – лечебные процедуры, косметические массажи, на которых Ольга Анатольевна и Лиля присутствовали вместе, чувствуя некоторую общность и близость в эти моменты, массажи всего тела, утренние совместные зарядки, бассейн. Лиля и Макс даже немного скалолазанием занимались на местных высотах. И всякий раз по поводу какой-нибудь процедуры Макс звонил врачу Ольги Анатольевны и советовался с ним. Он был очень хорошим сыном – заботливым, внимательным, и Лиля видела, как сильно он любит свою маму, иногда, при некоторых сценах их безмолвной близости, когда они сидели рядом друг с другом, и Максим держал маму за руку или прижимался к ней щекой, у Лили на глазах выступали слезы. Она думала о том, что Максим, наверное, будет хорошим отцом своим детям, и в сердце при этих мыслях больно щемило... Матерью, скорее всего, будет не она...
Поздно вечером, когда Лиля и Ольга Анатольевна засыпали, Максим умудрялся еще и немного работать и иногда засыпал под утро, за что на следующий день они обе мягко журили его, объясняя, что так нельзя.
Как-то раз, в один из таких вечером, Ольга Анатольевна позвала Лилю к себе в комнату и попросила ее сесть рядом. Сама она лежала на удобной кровати, накрывшись белой простынкой – было немного душновато, и она открыла окно в комнате.
– Лилечка – взглянула умоляюще в глаза Лили – Максим... Позаботься о нем, прошу тебя. Мне ведь... не так и много осталось, на самом деле...
На глазах ее выступили слезы.
– Ну, что вы! – Лиля хотела ей возразить, но нужных слов не нашлось, и она замолчала. А потом все же добавила – Максим вас в Израиль увезет, там вас поставят на ноги!
Женщина только рукой махнула.
– Это все бесполезно, детка! Я молюсь только о том, чтобы... Это случилось раньше, чем он решится на подобное. Пустая трата денег, я-то точно знаю... Никуда я не поеду – я даже дорогу не перенесу, а вам эти деньги ой как пригодятся! Нет-нет, не возражай мне, а послушай... Я прошу тебя – не оставляй Максима! Ты очень хорошая девушка, и я не знаю, чем тебя обидел мой сын, но... Он тоже неплохой парень! Поверь мне... Понятно, что для каждой матери ее ребенок самый лучший...
– Я знаю – мягко сказала Лиля – но я... не могу вам ничего обещать, Ольга Анатольевна. Поверьте, это так! Максим найдет себе хорошую спутницу жизни, у меня же пока столько проблем, что... Я не хочу втягивать в это вашего сына...
– Но ведь вы любите друг друга – это видно!
– Именно потому, что люблю! Уверена – Максим найдет свою судьбу, и я буду только рада. Но я всегда ему помогу и поддержу его своей дружбой и никогда не оставлю в беде.
Несмотря на этот разговор, в котором они с женщиной не достигли каких-либо договоренностей, отдых их прошел просто замечательно, и Лиля возвращалась назад с чувством того, что она действительно полноценно отдохнула.
В первый же рабочий день в понедельник она расписалась в приказе о назначении ее на должность заместителя главного бухгалтера. И хотя ее зарплата была на порядок выше, она решила, что если будут предлагать подработки – отказываться не будет.
В этот же день она почувствовала, что что-то не то. Илья был озабоченным каким-то, на лице его читались досада и словно бы сожаление, все остальные тоже вслед за начальником сидели на своих местах с печальными лицами, и Лиля не могла понять, что же происходит. Спросила у девчонок, но те только улыбались и говорили, что все в порядке. Наконец, решив, что она чересчур подозрительно ко всему относится и драматизирует, Лиля погрузилась в работу.
В какой-то момент она вошла в программе в журнал контрагентов, чтобы отсмотреть поставщиков и оптовых покупателей. Некоторое время она не понимала, что происходит, и застыла, увидев то, что было перед ней на экране.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.