Проект "Книга в городе", организованный департаментом культуры Москвы, прошел в столице с 1 июня по 14 сентября, собрал тысячи зрителей и подарил москвичам встречи с известными писателями и актерами. Одной из участниц проекта стала автор детективных романов, сценарист и телеведущая Татьяна Устинова, чьи произведения давно завоевали любовь читателей. Она рассказала ТАСС, каких тем не хватает современной детской литературе, жив ли жанр детектива и как она относится к экранизациям классики
— Проект "Книга в городе" этим летом собрал тысячи зрителей. Как вы думаете, может ли он действительно повлиять на интерес молодежи к чтению?
— Чтобы увидеть эффект, нужно время. Но любое событие, связанное с книгами, особенно публичное, работает — притягивает внимание к магическому процессу, который называется чтение. Даже если человек просто пробегал мимо, подросток он или бабушка, и вдруг остановился, чтобы послушать стихи в исполнении Ирины Климовой, значит, библиотеки Москвы не зря старались. Это уже победа.
Что касается молодежи, я не могу привести статистику, но у меня есть собственный опыт — мои дети. И по ним я вижу: очень медленно, но книга снова входит в моду. Сегодня девушка с книгой на скамейке выглядит гораздо круче, чем сверстница с телефоном и леденцом за щекой.
— Если говорить о детях, каких тем, на ваш взгляд, не хватает современной детской и подростковой литературе?
— Гарри Поттер, при всей моей любви к этой истории, сделал с детьми одну ужасную вещь. Он убедил их в том, что можно быть добрым сыном, хорошим товарищем, смелым парнем, и тогда у тебя все будет хорошо, если у тебя есть волшебная палочка. Но палочки нет. И вот в литературе не хватает именно этого понимания.
Должны появиться книги, которые, как "Тимур и его команда", объясняли бы: вы можете все сами — ногами, руками, головой, помогая другим. Это не про идеологию, а про сам подход. Авторы должны писать волшебно, но не про волшебство, а про реальную жизнь.
— Какой жанр сегодня востребован больше всего? Какие задачи перед собой ставили?
— Я как автор детективов могу сказать: этот жанр читают с большим удовольствием. Мне долгие годы твердили: "Ну все, детектив умирает". Так же когда-то "умирали" театр, библиотеки, радиоспектакли. А потом мы видим: театр переживает невиданный расцвет, библиотеки снова полны людей, аудиокниги слушают все. Так же и с детективом: раз его хоронят, значит, самое время для подъема.
— Почему вы приняли участие в проекте "Книга в городе"?
— Я всегда соглашаюсь участвовать в любых проектах, которые связаны с книгами. Потому что нет на свете ничего лучше книг. Моя задача здесь проста: удержать аудиторию и сделать так, чтобы ей было интересно.
— Сегодня много споров вызывает мода на экранизации. Одни считают, что это вредит классике, другие — что привлекает к ней внимание. Каково ваше мнение?
— Считаю, что чем больше экранизаций, тем лучше. Но есть опасность — плохая экранизация способна отбить интерес к оригиналу, а это ужасно.
Что касается интерпретаций, то я думаю так: если режиссер уверен, что он может "добавить" что-то к Чехову или Толстому, то пусть он лучше напишет свой собственный текст — не "Вишневый сад", а "Крыжовниковый огород" — и экранизирует его.
— Эта мода на экранизации — она откуда? От нехватки идей?
— Скорее от нехватки воображения. Интернет стал частью нашей жизни, и та функция мозга, которая отвечает за воображение, пошла на убыль. Но это временное явление: потом будет новый рост. Сейчас же проще взять готовый сюжет и обработать его — это путь наименьшего сопротивления.
— Как вы понимаете слово "цензура" сегодня, в XXI веке?
— В идеальном мире цензура — это защита читателя, зрителя и слушателя от пошлости и безвкусицы. Запреты же бессмысленны. Я человек советский и знаю: если что-то запрещают, тут же появляется самиздат, и текст все равно будут читать. Только не будут платить деньги государству.
— Недавно ушел из жизни композитор Родион Щедрин. Он говорил, что Лесков воплотил русский характер лучше всех. А для вас какой писатель — символ русского человека?
— Лев Толстой. Есть даже интересная статистика. Во время Великой Отечественной войны, когда солдаты возвращались с передовой и знали, что завтра снова пойдут в бой, им по радио читали художественные тексты. И лучше всего воспринимались Толстой и Твардовский. Потому что они понимали русского человека так, как никто другой.