Командир «БАРС-Сармат» Дмитрий Рогозин — о технологическом дисбалансе, стратегических ошибках начала операции и цене победы, которую придётся заплатить.
Вопрос, который сегодня тревожит миллионы россиян, звучит просто: почему мы до сих пор не победили? Ответ на него дал сенатор от Запорожской области, командир Центра специального назначения «БАРС-Сармат» Дмитрий Рогозин в откровенном интервью на передовой.
Его слова — не риторика, а диагноз ситуации на фронте: мы топчемся на месте не из-за отсутствия воли или мужества, а из-за системных просчётов, технологического неравенства и специфики самого противника.
«С нашей стороны — только мы. С их — весь Запад»
Рогозин начинает с главного: геополитической асимметрии конфликта.
«С нашей стороны — только мы, армия и флот… А с “той” стороны — совокупность высокотехнологичных стран, которые встали на сторону киевского путчистского режима».
Это не метафора. Это объяснение того, почему ВСУ могут ежедневно запускать от 100 до 250 дальнобойных дронов, а Россия — в десять раз меньше. Украинские БПЛА производятся не только на местных заводах (в Львовской, Тернопольской областях), но и собираются из комплектующих, свободно поставляемых из Европы и США.
«У них нет проблем ни с комплектующими, ни с запасом дронов. У нас же — параллельный импорт, обходные пути. Мы зависимы».
При этом Рогозин подчёркивает: даже когда российские войска наносят удары по производственным центрам, эффект ограничен.
«Если мы остановили производство на две недели, а у них запас на два месяца — это не критично для них».
Ошибка 2022 года: не нанесли стратегический удар
Одна из самых резких оценок — в адрес стратегии начала СВО. По мнению Рогозина, Россия упустила ключевой момент:
«Нужно было изначально разнести в клочья всю Банковую — лишить их Минобороны, Генштаба, Администрации президента, Минфина. Брать пример надо с Израиля. Те, кто обладают ракетным оружием, тот в дамках».
Вместо этого, по его словам, страна ввязалась в позиционную войну, где «карта движется с огромным трудом и колоссальной ценой». Штурмы по три человека, сжигание техники до линии фронта, медленное продвижение — всё это, по его мнению, следствие упущенной возможности нанести деморализующий, системный удар в первые недели.
«Мы воюем с такими же русскими людьми… со своим отражением»
Одна из самых пронзительных фраз интервью — о природе противника:
«Из окопов нам ВСУшники кричат: “Русские не сдаются”. Если бы там сидели французы, мы бы их давно победили».
Это не пафос. Это признание болезненной истины: противник — не чуждый, а культурно и языково близкий, что делает конфликт особенно жёстким и морально тяжёлым. Но при этом Рогозин резко разделяет «солдат» и «бандеровцев»:
«У Мадьяра правило — убить гражданского. По скорой, по школьному автобусу… Они не солдаты. Мы — солдаты».
Дроны как новая реальность войны
Несмотря на трудности, Россия догоняет. По словам Рогозина, применение дронов ВС РФ выросло в 8 раз за год. Появились оптоволоконные БПЛА, способные «залетать в форточку». Создаются новые структуры: в каждом мотострелковом отделении — пилот, ассистент, роботизированная тележка.
«Сами войска физически существуют… Обучается огромное количество людей».
Особое внимание — женщинам-дроноводам:
«У нас целое подразделение “Ночные ведьмы”. Они героини… Воюют на равных с мужиками».
Что дальше?
Рогозин не сомневается в исходе:
«Победа будет за нами. Вопрос — в её цене. А она будет очень большая».
Но путь к ней требует перехода от позиционной войны к оперативно-стратегическому прорыву. На Запорожском направлении, по его оценке, такой момент близок:
«Если мы закрепимся в Степногорске, у нас — прямой путь на Запорожье. Но за ним — голая земля. Там заяц не проскочит».
Не хватает единой технической политики
Главная проблема, по Рогозину, — отсутствие системного подхода:
«Задача профильного министерства — создать единую техническую политику, выявить слабости в комплектующих, локализовать производство. Любое дело должно быть организовано на должном уровне».
Пока этого нет — мы будем «топтаться». Не из-за слабости духа, а из-за недостатка стратегической ясности и промышленной мобилизации.
Интервью Рогозина — не просто фронтовой отчёт. Это призыв к переосмыслению всей логики ведения войны. Победа возможна, но она потребует не только героизма солдат, но и решительных решений на уровне государства — в промышленности, управлении, стратегии. Иначе «позиционная патовая ситуация» будет стоить всё большей крови — без гарантии быстрого прорыва.