Российский суд вынес судьбоносное решение 18-летней туристке, которая бросила новорожденную дочь в туалете аэропорта Антальи. А потом захотела вернуть её.
Дарина ЕРМОЛАЕВА
Вот уже год вся страна с тревогой следит за невероятной историей. Судьба двух россиянок — 18-летней Екатерины Бурнашкиной и её дочери, маленькой Николь, — стала точкой ожесточённого спора между простыми людьми, юристами и даже целыми странами.
Появились новые известия из зала суда в Подмосковье. Катю лишили родительских прав. Девушка, которую оправдали за границей, в своей стране получила, возможно, самое страшное наказание — пожизненную разлуку с ребёнком.
День, который перевернул всё
13 октября 2024 года. Аэропорт Антальи. Российские туристки Екатерина и её мать Елена проходят регистрацию на рейс в Москву. Для Кати отпуск подходит к концу, и о том, что в её жизни вот‑вот случится главное событие, она и не подозревает. По её словам, недомогание она списывала на стресс и лёгкое отравление.
Всё произошло в туалете. Там, за закрытой дверью, девушка неожиданно для себя (как она утверждает) родила девочку.
Что творилось в голове у 18‑летней девушки, которая в таких неожиданных обстоятельствах стала матерью? Паника, шок, непонимание происходящего с собственным телом.
По версии следствия, она оставила новорождённую в унитазе и, выйдя к матери, побежала с ней на регистрацию. Туристки уже опаздывали.
На счастье новорожденной её увидела уборщица. Малышку удалось спасти (счёт шёл на минуты).
Через системы безопасности аэропорта быстро отследили, кто заходил в туалет. Мать и дочь задержали на паспортном контроле.
Я не понимала, что вообще происходило. Я вышла из туалета, пошла на контроль. Потом пришла в себя и захотела вернуться и забрать ребёнка. Но в этот момент меня задержала полиция,
— рассказывала девушка во время одного из судебных заседаний.
От пожизненного приговора к оправданию
В Турции на Екатерину завели уголовное дело по статье "покушение на убийство". Первый суд был суров и, казалось, не оставил шансов: 15 лет лишения свободы.
Общественность была шокирована жестокостью поступка. Катя провела месяцы в иностранной тюрьме, в то время как её дочь Николь, благодаря усилиям органов опеки, уже была перевезена в Россию.
Но затем в историю вмешалась турецкий адвокат Айшегюль Кюбра Полат. Она сумела доказать апелляционному суду, что состава тяжкого преступления в действиях девушки нет. Ключевым аргументом защиты стало полное, документально подтверждённое отсутствие умысла.
Девушка, имеющая лишний вес, действительно не знала о своей беременности. Её адвокат в России Виктория Елисеева предоставила суду шокирующие доказательства: незадолго до поездки Катя проходила медосмотр для получения санитарной книжки. В заключении гинеколога чёрным по белому было написано: "Здорова". Даже врач не увидел беременности, хотя у пациентки был уже шестой месяц.
Это не умышленное убийство, это — физиологический и психологический шок. Она не бежала, скрываясь. Она просто не понимала, что только что произошло,
— настаивала защита.
И турецкий суд прислушался к этим доводам. Екатерину оправдали. Она вернулась на родину.
Новое испытание: война за дочь на родной земле
Но в России девушку ждал новый, более изощрённый удар. Пока она боролась за свободу в Турции, её новорождённую дочь устроили в приёмную семью. А та, забрав девочку из больницы, уже привязалась к ней всем сердцем.
Приёмная мать, Мария Макарова, по словам близких, переживает сильнейший стресс, опасаясь, что ребёнка у неё заберут. Она принимает антидепрессанты и категорично заявила, что ребенка не отдаст.
Екатерина же, вернувшись, пыталась увидеться с дочерью. Она приезжала к дому приёмных родителей, но её не пустили даже на порог.
Очень сильно хочу забрать свою дочку. Буду её растить сама, в России. Я видела, какая она красивая. Мне очень больно, что я не рядом,
— сказала Екатерина журналистам.
Одна семья против другой: встреча в суде
И вот суд вынес решение: лишить Екатерину Бурнашкину родительских прав. Девушка разрыдалась.
Её адвокат заявила, что решение будет обжаловано, ведь семья готова забрать ребёнка — для Николь уже куплены кроватка, коляска, всё необходимое. Кстати, имя дала ей биологическая мать.
Почему малышка находится в чужой семье, а не с родной мамой или хотя бы с кровными бабушкой и дедушкой?
— задаёт резонный вопрос защита.
Ситуацию усложняет то, что Следственный комитет России, несмотря на турецкий оправдательный приговор, возбудил своё дело. Приёмная семья официально признана потерпевшей. Хотя, по логике, если турецкий суд не нашёл состава преступления, российское дело должно быть прекращено.
Это новые родители Николь потребовали лишить 19‑летнюю, запутавшуюся девчонку родительских прав. И суд встал на их сторону.
Мнение против Кати: не подпускать и близко к ребёнку
Общество порой готово простить и дать шанс на исправление даже тем, кто совершил умышленное преступление. Но к Екатерине, чья вина свелась к чудовищному стечению обстоятельств, оно оказалось безжалостным. Очень многие требовали не отдавать ребёнка родной матери.
Ребёнка нельзя отдавать биологической матери! Родила как выплюнула, бросила в унитаз и спокойно пошла дальше. Представляете, как началась жизнь человека?! А ведь, если бы уборщица случайно не зашла, сейчас малышки уже и не было бы в живых,
— писали в сети.
Мнение за Катю: родная мать в приоритете
Но очень много людей встало на защиту Кати.
Она уже заплатила за свою ошибку месяцами в турецкой тюрьме и клеймом „матери‑кукушки" на всю Россию. Неужели этого недостаточно? Неужели она заслуживает пожизненного приговора — никогда не услышать, как дочь называет её мамой?
— Вообще всё очень странно. Выбор опекуна — возрастная женщина, у которой и так много детей. На здорового младенца — толпы людей в очереди, готовых не временно опекать за деньги, а удочерить навсегда. Причём во многих случаях этот ребёнок был бы единственным и горячо любимым, а не пятым‑седьмым. И родителей можно было выбрать из относительно молодых и полных сил.
Что значит „не отдам"!? Рожай свою и не отдавай. Приёмная мамаша, пьющая депрессанты. Мать есть мать! Мать всегда в приоритете! Зачем брать ребёнка с непонятным статусом, если так за короткое время привязывается, до „медицинской помощи"?
— Система гуманна. Если ты совершил умышленное, жестокое преступление — у тебя есть все шансы на реабилитацию, снисхождение суда и общественное прощение. Но если ты 18‑летняя девушка, которая в состоянии шока совершила ошибку, и при этом была официально оправдана судом — тебе нет прощения. Теперь она должна быть навечно вычеркнута из жизни своего ребёнка. Это какой‑то новый вид фашизма — карать за невиновность строже, чем за злой умысел, — пишут люди в комментариях.
От автора, которого до глубины души задела эта история
Эта история — словно современная иллюстрация к древней притче о царе Соломоне и двух матерях, споривших за одного ребёнка.
Мудрый царь, чтобы узнать правду, предложил в прямом смысле "разделить" младенца пополам. Истинная мать тут же отказалась от своих притязаний, лишь бы её дитя осталось живо. Её любовь оказалась сильнее собственнического инстинкта.
Так где же сегодня эта соломоновская мудрость? В нынешнем споре две матери: одна — биологическая, запутавшаяся и оправданная судом, другая — приёмная, давшая ребёнку кров и заботу. Но настоящая ли та любовь, что цепляется мёртвой хваткой, не желая даже допустить возможности примирения? Та, что настаивает на полном и окончательном разрыве ребёнка с биологической матерью, которую признали невиновной?
Соломон увидел бы истину не в том, чтобы навсегда отдать ребёнка одной, наказав другую, а в том, чтобы найти решение, в котором главный интерес — благополучие девочки. Возможно, мудрость была бы в поиске компромисса: оставить ребёнка в приёмной семье, но дать шанс Екатерине, под строгим контролем психологов и опеки, доказать свою любовь и постепенно восстановить связь с дочерью.
Впрочем, судьба Николь всё ещё в руках российского правосудия. Следующее заседание назначено на 4 октября. Будем надеяться, что в этот раз в зале суда найдётся место не только для буквы закона, но и для простого человеческого сострадания, чтобы дать шанс молодой женщине, которая хочет исправить ошибку.