В массовой культуре даже еда превращается в символ. На одном полюсе простая картошка, на другом так называемый дубайский шоколад. Первая тянет к себе ностальгией и бытовой понятностью, второй ассоциируется с роскошью и вирусными трендами.
Сегодня разберём, что стоит за этими образами, как они стали культурными феноменами и какие мифы обросли вокруг их популярности.
Реальность vs. миф
Простая картошка уже скорее символ, чем рецепт, и в контексте кино даже нет никакого конкретного блюда: чаще речь идёт о варёной картошке в мундире или похлёбках с её кусками. Исторически она считалась образом выживания на самом простом. Гурманского ореола здесь нет - только ассоциации с доступностью и буднями.
Дубайский шоколад - совсем другой случай. Это реальное лакомство, ставшее сенсацией. Его придумала в 2021 году Сара Хамуда из мастерской Fix: огромный батончик ручной работы с начинкой из кнафе, тахини, ореховых паст и кремов. Основа - хрустящее тесто фило, сверху яркая посыпка, а в составе дорогие фисташки, бельгийский шоколад, шафран, кардамон и даже съедобное золото для украшения.
Цена только подчёркивает премиальность: оригинальный батончик весом 100 граммов стоит около $29 (2,5-3 тысячи рублей), а перекупщики в других странах поднимают ценник до $50–60. То есть это не миф и не розыгрыш, а настоящее изделие, которое интернет превратил в культурный феномен.
Мифология "чистки картошки" в армии и в кадре
Когда в кадре показывают алюминиевую миску с парой варёных картофелин или мутный суп с кусками картошки, зрителю сразу ясно: герой оказался на самом дне. Этот визуальный код десятилетиями использовали и советские военные фильмы, и голливудские драмы о бедности. Простая еда до предела - знак того, что у человека нет выбора и он живёт впроголодь, или обстоятельства сложились непростые.
Вот как-то так культурном контексте картошка закрепилась как маркер дефицита и минимально сносных условий.
Образ солдата с тазом картошки уходит корнями в довоенную и послевоенную массовую культуру. В англоязычном мире это закрепилось термином KP duty (kitchen police), где чистка клубней стала меткой самого скучного и низкого поручения. Этот штамп десятилетиями мелькал в фильмах и комиксах середины XX века, и зрительская память прочно "склеила" армейские наказания именно с картошкой.
Почему картошка легко стала знаком
В России и соседних странах картофель исторически занял место "второго хлеба".
Он спасал людей в голодные годы, и это не фигура речи, а выражение с реальными корнями - от реформ XVIII века до повседневного быта XX века.
Картофель в кино: три работающих кода
- Выживание и наука. "Марсианин" превратил картошку в полноценного персонажа научной драмы: выращивание клубней в экстремальных условиях обсуждали даже в NASA как реалистичный сценарий агротехники в космосе.
- Домашняя кухня и ностальгия. Реплика Сэма "Po-ta-toes, boil ’em, mash ’em, stick ’em in a stew" из "Властелина колец: Две крепости" стала мемом, а для лора - символом довоенной нормальности и простых радостей Шира.
- Гэг и мерч. Мистер Картофельная Голова, игрушка с 1952 года, благодаря "Истории игрушек" превратился в глобальный поп-культурный символ.
Пирожное "картошка": когда "второй хлеб" стал десертом
Десерт с таким названием встречается ещё в дореволюционных источниках, но именно советская кондитерская традиция сделала его массовым.
Пирожное придумали как способ использовать бисквитный бой: крошки смешивали со сливочным маслом и сладкой основой, обваливали в какао. Так "картошка" десятилетиями жила в столовых, гастрономах и домашних тетрадях.
Культурно это работает теми же кодами, что и в кино: доступность, быт, память о детстве. Международные энциклопедии сегодня ставят "картошку" в один ряд с cake pops или "ромовыми шарами" - простыми сладостями, выросшими из традиций бережливости.
Взлёт дубайского шоколада: соцсети сделали лакомство легендой
История дубайского шоколада - пример того, как одно вирусное видео способно запустить мировой тренд. В конце 2023 года мукбанг тиктокерша @mariavehera257 выложила ролик, где разламывает огромный батончик с ярко-зелёной фисташковой начинкой (прим. мукбанг - жанр блогинга, где на камеру потребляют неприличное и абсурдное количество еды).
Видео собрало больше 70 миллионов просмотров и около 5 миллионов лайков, а пользователи по всему миру начали искать рецепт. Запрос "Dubai chocolate" в 2024 году вошёл в топ-5 по категории еды в Google Trends. Ажиотаж быстро подхватили крупные компании: свои версии лакомства представили Lindt и Läderach.
Спрос вышел далеко за рамки интернета. Если в начале 2023-го в России продавались считанные сотни плиток в месяц, то к концу 2024-го их покупали уже тысячами - в декабре продажи превысили 17 тысяч штук. Кондитерские включали его в меню, утренние телешоу объясняли секрет начинки, а маркетологи отмечали: срабатывал эффект хруста, который физиологически усиливает удовольствие от еды. Десерт "выстрелил" настолько, что профильные СМИ уже весной фиксировали дефицит фисташек и рост цен.
Разумеется, появился и пласт мемов. Зеленая начинка и высокая цена сделали десерт объектом шуток: "купил плитку за ползарплаты - а внутри крашеная вермишель". В рунете закрепилось выражение "невкусно, как дубайский шоколад" - так стали называть вещи, которые выглядят эффектно, но разочаровывают на деле.
Кинематограф не остался в стороне. В трейлере российской комедии "Притворись моим мужем" даже на обложку вынесена фраза "В Дубай - со своим шоколадом!", обыгрывающая поговорку про самовар и Тулу. Сценаристы явно уверены, что публика мгновенно уловит отсылку. Именно потому, что образ дубайского шоколада как эмблемы чего-то избыточного уже стал узнаваемым даже для тех, кто далёк от кулинарных трендов.
Влияние на реальные тенденции: от кухни до соцсетей
За пределами мемов у еды остаётся своя реальная жизнь - и здесь картошка и дубайский шоколад демонстрируют противоположные эффекты.
Для картошки культурная популярность никак не изменила практику. Никто не запускает моду на варку овощей в кружке или на солдатскую похлёбку. Максимум - блогеры ради эксперимента показывают сто и один рецепт, а в статьях пишут про простоту и "случайно нашла рецепт и мой муж теперь ест картошку ведрами". Ну или как там в этих заголовках? И этим всё ограничивается.
Дубайский шоколад, напротив, превратился в реальный тренд. Соцсети заполонили видео "сделай сам", рецепты печатают в журналах, а повара адаптируют ингредиенты под доступные аналоги. Вместо катаифи жарят тонкую лапшу, вместо тахини используют арахисовую пасту. Получаются вариации "в стиле" за куда меньшие деньги, но оригинальный эффект роскоши воспроизвести всё равно сложно. При этом люди узнали о новых ингредиентах - кнафе, тахини, фисташковой пасте. То, что год назад было экзотикой, теперь знакомо тысячам.
Популярность закономерно породила и обратную сторону. Будьте осторожны - подделки с удешевлённым составом в ОАЭ и Турции показали в анализах вредные примеси вроде 3-MCPD и афлатоксинов. СМИ сразу заговорили о рисках: охота за модным десертом может оказаться небезопасной. Речь шла именно о фальсификате, оригинал Fix оставался качественным, но репутационный осадок остался - ещё один штрих к образу "чуда", которое оказалось не таким идеальным.
Еда всегда отражает общество со всеми его противоречиями, страхами и желаниями. И в этом смысле и картошка, и дубайский шоколад - настоящие феномены нашего времени.
Спасибо, что дочитали. Больше таких разборов и актуального в моем Telegram - обязательно подпишитесь! Если было полезно - поддержите лайком и подпиской, ваша оценка важна.