Доброго времени суток читателям. Вы читаете 10 часть рассказа о прохождении мною срочной службы в Вооружённых Силах России в 2024-м году. Сегодня я расскажу долгую, но очень интересную историю о том, как два срочника ненадолго перевернули буквально с ног на голову жизнь всей части. Одним из этих срочников был я. Вторым был мой товарищ, с которым мы вместе призывались.
Несмотря на достоверность описываемых событий, в целях соблюдения законодательства о государственной тайне все упоминаемые сведения, которые могут относиться к охраняемым законом данным, считаются условными. Автор не несёт ответственности за возможное совпадение изложенной информации с секретными или закрытыми материалами.
Время затянуть пояса
Но сначала пара слов о том, что происходит в части. Без этого будет трудно понять суть истории. Как вы помните, командиром часто стал полковник Сафонов. Не сказать, что и до его прихода ко власти жизнь была сахаром, но теперь всё стало ещё хуже. И первое изменение, которое он привнёс, это то, что теперь в расположении части у каждого подразделения должен находиться хотя бы один офицер или прапорщик. И если для остальных подразделений это ничего не значило, то конкретно для нашей роты это кардинально меняло жизнь. Ведь на протяжении всей моей службы командовали в нашей роте исключительно контрактиники в звании сержантов и даже рядовых. Теперь же, в подразделении на постоянной основе должен был находиться хотя бы один командир со званием прапорщика и выше. Вскоре этот приказ начал исполняться. Хотя и весьма своеобразно. Сначала с мест проведения СВО в роту приехал её штатный старшина, которого тут же переквалифицировали в командира взвода. И хотя выглядел он довольно грозно, на деле он был хорошим прапорщиком, который просто любил порядок. Хотя поначалу и пытался наводить свои порядки.
Однако он был не единственным командиром, которого нам прислали. Ровно через месяц точно также из зоны СВО приехал штатный замполит роты. Этот командир тоже наводил свои порядки, однако в чуть иной манере, нежели это делал прапорщик. Он подходил к этому скорее с психологической стороны. Он никогда не кричал в прямом смысле. Он скорее морально давил.
Таким образом эти двое менялись каждый месяц. Один уезжал на СВО - другой в роту. И потом наоборот.
Сложности лично для меня
Это было не единственное нововведение от Сафонова. В целях уменьшения случаев СОЧ в 1 ТА, во всех её подразделениях он ввёл полный запрет на перемещение срочниками по территории части в одиночку. Теперь легальным способом нельзя было ходить по части из одной точки в другую одному. Было лишь единственное исключение - если только ты в наряде. Распознать человека в наряде было легко. У него всегда при себе штык-нож. А для контроля ситуации был введён ещё один наряд - патруль. В него заступали ребята из другой роты. Суть наряда была простой - три человека ходили по определённому маршруту и патрулировали территорию части на предмет солдат, нарушавших приказ. Со временем, они также стали "охотиться" за солдатами, которые нарушали правила ношения форменного обмундирования. Например, за грязную обувь или отсутствие бушлата и перчаток. Пойманных ребят ждало наказание. Нарушителя записывали в специальный журнал. Всех провинившихся за неделю собирали в воскресенье на плацу и заставляли заниматься строевой подготовкой несколько часов подряд. А на очередном совещании командиры подразделений слушали замечания лично от полковника Сафонова.
Теперь о том, почему это было плохо лично для меня. Правила ношения формы меня не волновали, я всегда ходил опрятным и чистым. Куда больше меня волновал запрет на одиночные перемещения по части. Объясняю:
к этому моменту в части снова было 2 призыва. Только теперь я был уже в составе старшего. Это означало, что уже никакие "деды" мне ничего предъявить не могли. Народу в роте было много. Это означало, что работать есть кому. И даже без меня... Всего в день было 2 периода рабочки:
- С 9 утра до 14 дня (обед)
- С 15 дня до 19 вечера (ужин)
- Иногда заставляли работать и после ужина и, более того, после вечерней поверки, но это бывало очень редко.
Не буду скрывать, что за месяцы службы рабочка стала по горло надоедать. Да и времени на отдых в армии не хватает катастрофически. Именно поэтому я стал строить планы проё*а рабочки. Вы наверняка скажете, что эгоистично оставлять остальных ребят работать, а самому куда-то уходить. И с этим трудно не согласиться. Но в своё оправдание могу сказать, что после наряда отбиваться никогда не давали, а силы у солдата не вечные. И конкретно в армии я вывел хорошую формулу не только для службы, но и для жизни в целом - думать надо В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ о себе. Это не значит, что надо забывать о товарищах и близких, но первостепенный приоритет надо всегда отдавать себе самому.
Система, которую я разработал, была незамысловатой. Суть была в том, чтобы спустя несколько минут рабочки найти удачный момент и уйти в штаб, и там уже найти укромное место, каковых там было предостаточно. А поскольку в штабе меня знали, моё присутствие не вызывало вопросов у штабных офицеров. Реализация этой схемы у меня в большинстве случаев получалась удачной. Но были и редкие случаи, когда моё отсутствие замечали и звали обратно в роту. Но это было нечасто. Хорошо ли я делал? - нет. Оправданно ли? - я считаю да. Каждый выживает как может.
Ограничение перемещений создавало для этой схемы определённые препятствия. Всего от казармы до штаба вело 2 дороги:
- Первая длинная. На ней бОльшую опасность представлял патруль, потому как эта дорожка точно была в их маршруте.
- Вторая дорога была немного короче. Но проблема была в том, что она прилегала прямо к зданию Территориального Центра Управления, в котором находились кабинеты Сафонова и Поддубного. Плюс, именно по этой дороге ходила большая часть не только работников штаба, но и ротных командиров. У них моё присутствие в штабе уже могло вызвать вопросы.
В общем, на 100% безопасного варианта добраться от казармы до штаба не было. Оставалось либо находить какого-нибудь солдата, который по удачному совпадению тоже направляется в штаб, либо рисковать и идти одному. По возможности я пользовался первым вариантом, но чаще приходилось именно рисковать и при первом же виде патруля менять свой маршрут. Меня, конечно, на этом так ни разу и не поймали, но каждая такая ходка несла в себе большой риск.
Наряд с начальником службы ЗГТ
Потихоньку начинаем подходить к сути истории, но сперва ещё одна небольшая деталь. Каждый понедельник в наряд Старшим на КП заступал ВРиО Начальника службы ЗГТ. Наряды с ним всегда были тяжёлые. Сам по себе факт того, что сегодня в командирах у тебя будет в том числе начальник СЗГТ напрягал. Думаю, не надо объяснять почему. Заступал он по понедельникам, а на каждое утра вторника шёл на совещание. Но перед своим уходом домой он всегда ставил дежурному по штабу задачу: надо было пройтись по всем этажам штаба и составить список кабинетов, двери которых не опечатаны. Плюс, он требовал список ключей, которых у нас нет. И, поскольку за каждым ключом и за каждым кабинетом закреплены определённые офицеры, занесение в список того или иного ключа или кабинета означало сдать с потрохами этого офицера прямо в руки службы ЗГТ. Опять же, не буду объяснять, какие от этих офицеров потом могли быть последствия. Поначалу мы пытались как-то юлить, выкручиваться, но со временем мы настолько устали прикрывать офицеров, что в один момент я составил честный список тех, кто не сдаёт нам ключи и не опечатывает кабинеты. И так было каждый раз, когда приходилось заступать в наряд вместе с начальником СЗГТ. Плюсом ко всему, в дни своего заступления он задерживался в части чуть ли не до 1 часа ночи. Это означало не только то, что в телефоне не позалипать и не отдохнуть, но и постоянный контроль за ним, ведь, как я рассказывал в одной из первых статей, службу ЗГТ боится вся часть, и при каждом убытии и прибытии её начальника, надо было фишковать всем, кому только можно. Облегчение наступало лишь когда ночью поступал долгожданный звонок с КПП со словами "Это КПП, майор *такой-то* убыл".
В общем, заступать в наряд с начальником СЗГТ - дело малоприятное и никто этого не любил. В том числе и я.
Визит начальника штаба
Теперь о главном. В середине октября снова возникла угроза приезда штатного Начальника Штаба армии Генерал-Майора Шелухина. Он уже приезжал до этого несколько раз, но теперь я уже не посыльный а дежурный, а это значит, что мне лично надо будет встречать НШ.
Совсем недавно наступил период перехода на осенне - зимнюю форму одежды. В отличие от летней, она была не новой. И это ещё мягко сказано. Почти все комплекты формы были очень рваные и грязные. Конечно, мы их подшивали как могли, но это несильно помогало. Форма всё равно выглядела ужасно.
У каждого уважающего себя большого начальника должен быть свой адъютант. У нашего НШ тоже такой должен был быть. Этот самый адъютант назначался из числа срочников именно нашего подразделения. На момент выбора адъютанта командиром роты был ещё контрактник. И он выбрал адъютантом парня, с которым мы вместе призывались. И это была роковая ошибка, поскольку он же, наряду со мной, был и вторым дежурным по штабу одновременно. В теории была возможна ситуация, когда генерал приезжает, а его адъютанта нет на месте, потому как он сейчас дежурит и встречает этого самого генерала.
Адъютантом быть очень неплохо. По меньшей мере неделю солдат должен был находиться в приёмной генерала и ожидать его приезда, потому что он может приехать в любой момент. А когда генерал таки приезжает, адъютант должен его встретить, и далее просто находиться в приёмной и выполнять мелкие задания НШ. Заварить кофе, найти и вызвать такого-то офицера и так далее... Но это только на время приезда НШ. Всё остальное время это обычный солдат.
Встреча командира
Так вот, генерал-майор прибыл. Это было воскресенье. В целом, в армии воскресенье - это единственный день, в который в части относительно спокойно. Но про то воскресенье точно так нельзя было сказать. Вся часть была на взводе. ВРиО Начальника службы войск лично отрепетировал со мной встречу Начальника Штаба. Всё было готово. И хотя на словах во встрече начальника нет ничего сложного, на практике в этом довольно много нюансов. Опишу поподробнее, как это происходит:
- Ко времени предположительного прибытия начальника в штаб, дежурный должен стоять у входа и быть наготове. Он должен быть идеально ровно выбрит, иметь безупречный внешний вид и точно знать, что делать.
- Один посыльный обязательно должен стоять за тумбой. Именно он будет подавать команду "Смирно!" когда начальник зайдет. Очень желательно на этот период не ставить второму посыльному задач, и иметь его тоже в своём распоряжении. На всякий случай.
- Когда видишь за прозрачной дверью, что начальник заходит, ты сразу же встаёшь по стойке смирно и готовишься ко встрече непосредственно.
- При проходе начальника через арку входной двери, посыльный подаёт команду "Смирно!". В этот момент он сам должен также стоять по стойке смирно и держать руку у головы, выполняя воинское приветствие. После команды все, кто находится рядом, должны стоять по стойке смирно, до тех пор, пока не прозвучит команда "Вольно!"
- При приближении начальника дежурный делает 2 строевых шага, выполняет воинское приветствие и представляется: "Товарищ полковник! Дежурный по штабу рядовой *такой-то*". При этом важно рассчитать расстояние, на котором необходимо встать, чтобы двух шагов хватило для оптимального расстояния от начальника. Нельзя, чтобы ты буквально смотрел ему в подбородок. Но и слишком далеко тоже находится нельзя. Вообще-то положено делать 3 строевых шага, но у нас, в силу размеров помещения, в котором происходила встреча, делали 2 шага.
- Далее, не отводя взгляда от начальника, сделать шаг в сторону, повернуться левым боком к начальнику и ждать его команды "Вольно!", после чего посыльный дублирует команду. После этого командир может пожать тебе руку, а может просто уйти дальше. И только тогда встреча начальника может считаться успешной.
Всё это я успешно выполнил, когда Генерал прибыл в штаб. Начальник Штаба сразу же направлялся в свой кабинет. Кабинет у него тоже был особенный. Он был очень большой и солидный. Кабинет состоял из 3 помещений: приёмной, в которой сидел адъютант и все желающие попасть на приём к НШ, самого кабинета, и комнаты отдыха. Там стоял холодильник, ещё один телевизор, несколько кресел и диван. В последствии в кабинете проводили капитальный ремонт и присоединили ещё 2 помещения. Это были мини-спортзал с беговой дорожкой и другими снарядами (!), а также туалет с душевой. Всё это было сделано по личному приказу Генерала, а само проведение ремонта контролировал товарищ полковник, который был знаком с генералом лично.
На время визита НШ в штаб даже приехали штатные начальники некоторых служб. В частности, начальник медслужбы армии и начальник отдела кадров армии. Периодически я и сам бегал по задачам, которые мне поставил Генерал, либо его подчинённые. Находясь в приёмной, я даже слышал, о чём генерал с ними беседует. Не буду раскрывать, что он им говорил, но это касалось мобилизации.
Ключевой момент
И вот, близится время обеда. Генерал заканчивает свой визит. Ничего не предвещает беды. И вот он уезжает. Вся часть как минимум на оставшуюся часть дня может расслабиться. Генерал приедет только завтра. То есть в понедельник. Как мы помним, в понедельник в наряд заступает ещё и начальник СЗГТ, с которым заступать ну очень не хотелось. Сменять меня должен был адъютант. Оснований не сдавать ему наряд у меня не было. Так я и сделал. Наряд я ему сдал и ушёл заниматься своими делами (или не заниматься ими). На время приезда генерала в понедельник, по плану, из штаба должны были позвонить в роту и вызвать меня, чтобы адъютант в срочном порядке сдал мне наряд, а сам ушёл в кабинет, ожидать НШ.
Внезапный визит
Но план провалился. Генерал прибыл раньше, чем его ожидали. Обычно время его прибытия рассчитывают на основе информации, которую оперативному дежурному армии передаёт его водитель. Но в этот раз произошла какая-то заминка. Никто не ожидал его приезда настолько рано. Я успел добежать до штаба только тогда, когда генерал уже приметил, что его адъютант не на своём месте. Я заступил, посыльные вкратце мне объяснили, что произошло. Генерал стал задаваться вопросом, почему происходит такой непорядок. К тому же, он обратил внимание на состояние формы солдат. Он назвал её тряпками. И после этого началось...
Генерал вызвал к себе на ковёр ВРиО Начальника службы войск и командира нашего подразделения. Того самого лейтенанта-замполита. Кстати, именно в этот понедельник он должен был заступать Дежурным по части. Генерал отчитывал их по полной программе. И причём довольно долго. После выслушивания замечаний, оба офицера пришли ко мне в дежурку. Оба обвиняли меня в том, что я сдал наряд адъютанту. Я себя виноватым тогда не считал, и сейчас тоже не считаю. У меня не было оснований не сдавать наряд. Ибо своё время я отдежурил, а оставаться на вторые сутки, да ещё и с начальником СЗГТ мне, понятно, не хотелось. А кому я сдаю наряд - мне было неинтересно. Однако, крайним всё равно выставили меня. Последствия сего спектакля были следующими:
- Наш ротный лейтенант заступает Дежурным по штабу (что само по себе унизительно, ведь в этот наряд заступают срочники). Это было наказание для него.
- ВРиО Начальника службы войск заступает в наряд ДЧ. Это уже было наказание для него.
Когда я пришёл в казарму, меня ждал разнос от ротных контрактников. Они также считали меня виноватым. От сослуживцев я узнал, что начальник СВ устроил разнос на утреннем разводе, когда заступал в наряд ДЧ. Нет кантика на шее - отправляешься на строевую. Плохо побрился - на строевую. Не знаешь обязанности - на строевую. Это довольно легко объяснить. Никто не обрадуется, если тебя отчитает лично Генерал Шелухин. К тому же, у него появилась ещё одна возможность лично проконтролировать все наряды части.
Но помимо разноса, меня ждали ещё и новости. Во-первых, теперь, понятное дело, адъютант не будет заступать в наряд на время визита НШ. Для этого даже пришлось взять в наряд дежурного по роте, который один день заступал дежурным по роте, а второй день заступал дежурным по штабу. Да, к концу октября людей в роте снова стало не хватать. И самое главное: теперь адъютант и наряд по штабу в полном составе несут службу в офисной форме, поскольку наша повседневная никуда не годилась. Начальник службы войск приказал нашим контрактникам до вечера раздобыть 3 комплекта новых шевронов и петлиц. В тот же вечер эти комплекты были у нас на руках. Точнее, на рукавах. Хотя до этого нам их никто не покупал целых 8 месяцев. А нашему наряду была поставлена задача приводить в порядок офисную форму. Моя офисная форма лежала в сумке со времён майского концерта. Разумеется, она была вся мятая. И может быть нетрудно было погладить несколько комплектов формы. Конечно, если бы у нас были нормальные утюги. На всю роту было лишь 2 утюга, из которых более - менее нормально работал только один. Гладили они очень плохо. Наш внешний вид контролировал лично начальник службы войск. Даже разрешил не идти на вечернюю поверку, чтобы мы прикрепили петлицы и догладили форму. С горем пополам мы кое-как её погладили. Хотя она всё равно была далеко не в идеальном состоянии. На следующий день мне предстояло заступать в наряд. Но мы были уже подготовлены. ВРиО НШ также проконтролировал мой внешний вид на ежедневном инструктаже перед нарядом. Полковник Сафонов тоже не остался у стороне и специально зашёл в дежурку, чтобы проконтролировать мой внешний вид. Ему он не понравился. Он сказал, что китель всё равно мятый. Из-за чего ночью мне пришлось специально забирать из роты этот утюг и уже ночью доглаживать китель прямо на столе в дежурке.
В конечном итоге всё кончилось хорошо. Утром я встретил Сафонова и Поддубного, а позже - и самого Шелухина. Замечаний на этот раз не было. А это было самое главное. Товарищ Генерал даже пожал мне руку. Начальник СВ потом шутил потом, что руку теперь можно не мыть. И хотя я себя в данной ситуации виноватым не считаю, я всё равно иногда шутливо рассказываю, что я поставил в наряд двух офицеров.
Пожалуй, на этом на сегодня всё. В следующий раз я расскажу вам о том, как солдаты попадают на гауптвахту и о том, как мне искали приемника, вопреки моему желанию. Спасибо за прочтение.